Чтение онлайн

Когда Илакрис закончил речь, я достал из мешка пару металлических бокалов, из тех, что были найдены мною в разрушенном Храме Магевры, и протянул их капитану проходчиков со словами:

— Залог, как и договаривались.

Приняв бокалы, Илакрис тут же поднёс один из них к своему уху и щёлкнул по нему ногтем. Тот лёгкий перезвон, который он услышал, вызвал на его лице улыбку, и капитан проходчиков кивнул шерифу, подтверждая тем самым, что все формальности и предварительные договорённости соблюдены.

Махнув рукой Кейташи, я поднял свой рюкзак, выдернул из земли копьё-лом и, легко поклонившись Илакрису и Ромеру, уверенным шагом направился к Вратам данжа. Кузнец, верно истолковав, что разговоры закончены, не отставая ни на шаг, последовал за мной. К Символу Врат мы прикоснулись практически одновременно.

«Два из двенадцати?» — Тут же возникла надпись перед внутренним взором, и, получив согласие, Врата послушно пропустили нас в подземелье.

Гранатовый Грот встретил нас почти полной темнотой и полнейшей тишиной. Этот переход от дневного шума лесной опушки к практически мёртвому безмолвию заставил меня непроизвольно прокашляться. Кейташи же выглядел, казалось, полностью спокойным, но, скорее всего, это была привычная маска равнодушия. Уверен, глубоко внутри японцу в этот момент тоже стало не по себе.

— Скидываем рюкзаки здесь, вернёмся за ними после зачистки. — Низким шепотом, словно боясь потревожить окружающую тишину, сказал я. — С собой берём только необходимое, зелья в том числе.

Немного подумав, оставил у Входа не только рюкзак, но и Разящий Шелест, предпочтя в качестве оружия использовать в этом походе копьё-лом. Если что-то пойдёт не так, и я передумаю, то всегда смогу вернуться сюда и забрать Шелест. Заглянув в свой баул, Кейташи недолго в нём порылся, после чего достал пару небольших по размеру полупрозрачных флаконов с зеленоватой жидкостью внутри и тут же один из них протянул мне со словами:

— Не думал, что пригодится, взял на всякий случай, это зелье магического пробуждения, помогает против наведённого сна и тому подобного.

— Спасибо, у меня такого нет. — Так как я практически постоянно хожу один, то подобное зелье для меня во многом бесполезно, так что даже не рассматривал его покупку.

Обстоятельно и крепко завязав свой баул, японец прислонил его к каменной стене пещеры и, внимательно посмотрев на знак Врат, произнёс:

— Почему-то меня не покидает уверенность, что стоило нам пройти в данж, как те двое, шериф и капитан проходчиков, тут же поспорили между собой, зачистим мы данж или погибнем…

— Если ты хочешь со мной поспорить на эту тему, то я пас, — с усмешкой отвечаю кузнецу, — потому как мне подобное не «кажется», а я практически уверен в этом.

— И кто же из них тогда ставит на нас? — Перехватив щит поудобнее, спросил меня японец.

— Шериф, — в моем тоне нет и тени сомнения, — а вот мастер Илакрис, знающий, с чем мы столкнёмся, на собственном опыте, уверен в том, что двух человек, даже очень умелых и опытных, для Гранатового Грота мало.

— Как-то не очень вдохновляет. — Скривился Кейташи. — Мне было бы спокойнее, если бы против нас ставил шериф.

Впрочем, то, что японец переживает, по нему не было заметно. Его лицо сохраняло полное спокойствие, а движения кузнеца были плавными и размеренными.

— Кстати, — прежде чем мы двинулись вперёд, словно невзначай произнёс японец, — что за залог ты предал мастеру Илакрису?

— То, что останется у него, если мы не вернёмся из Грота. — После чего добавляю, признаваясь. — Без подобного залога он не хотел нас пускать в Гранатовый Грот.

— Странно, — Кейташи резко развернулся и, не стесняясь, уставился мне в глаза, — мне почему-то кажется, что два обычных стальных бокала, стоимость которых серебрушка за дюжину, не могла бы кого-нибудь устроить в качестве подобного залога.

— Пф-ф-ф-ф. — Выдохнул я, закатив глаза, после чего шагнул к своим вещам. — Как уже говорил ранее, легче один раз показать, чем десяток объяснять. — Достав из мешка один из таких же бокалов, бросаю его японцу. — Ты же называешь себя мастером кузнечного дела? — Не скрывая усмешки, спрашиваю я, а затем добавляю. — Если не поймёшь, не стесняйся спросить ещё раз.

Поймав тонкостенный металлический бокал левой рукой, Кейташи поднёс его к глазам, а на его правой ладони появилось магическое пламя. Почти минуту японец разглядывал посуду, причём чем дольше смотрел, тем больше хмурился. Затем догадался ударить по стенке бокала ногтем, как это сделал совсем недавно Илакрис. Вслушался в мелодичный звон, нахмурился ещё больше и повторил щелчок. Ещё раз прослушал мерный перезвон и, погасив волшебное пламя на правой руке, заменил его знаком Руны Металла. После чего кончиками пальцев, словно касался хрупкого стекла, ощупал бокал. По поведению Кейташи я понял, что он никогда ранее не видел авалоний вживую, и мне стало даже любопытно, к какому выводу он придёт в итоге. Впрочем, когда исследование японца затянулось уже более чем на пять минут, я был вынужден вмешаться. Прокашлялся и требовательно протянул открытую ладонь:

— Мне, конечно, совестно отвлекать мастера от дела, но тебе не кажется, что мы сейчас находимся в далеко не самом лучшем месте для подобных исследований?

Сарказм в моём голосе Кейташи уловил верно, но не подал виду, только кивнул и вернул мне бокал.

— Поделишься впечатлениями? — Склонив голову, я подкинул бокал в руке и улыбнулся.

— На вид это искусно выкованный из высокоуглеродистой стали предмет. Но, как мне удалось понять, это далеко не всё. Данный образец реагирует на течения маны и праны иначе, нежели это делает обычная, даже зачарованная магически сталь. Конечно, у меня было мало времени, но из-за того, что прану данный образец пропускает почти без потерь, чего не наблюдается в случае с маной, то рискну предположить, что данный бокал выкован из материала, которые местные жители именуют авалонием.

— Снимаю виртуальную шляпу. — С лёгким поклоном, без малейшего сарказма и издёвки произнес я. — Да, всё верно, это авалоний. И если учесть цену данного материала, то два переданных мною в качестве залога бокала полностью устроили мастера Илакриса.

— И судя по звону, который я слышал в твоём мешке, у тебя этого добра примерно килограмм? — Едва удержавшись от того, чтобы облизнуть губы и сделать шаг вперёд, словно кот, увидевший любимую сметану, поинтересовался Кейташи.

— Почти полтора. — Развязав мешок, прежде чем вернуть в него бокал, демонстрирую содержимое японцу. — В моих планах на доспех было нанести авалоний на внутреннюю часть кирасы и усилить всё это руной Орс.

— И ты говоришь это только сейчас? — Немного более низким, слегка осипшим голосом переспрашивает японец. Впрочем, только изменение интонации и выдаёт его волнение.

— Ну… — Пожав плечами, я бросил мешок с посудой из авалония в приоткрытый рюкзак, а затем резко обернулся к кузнецу и, выдержав его взгляд, спокойно произнёс, — Ты столь быстро и резко ответил отказом на моё предложение, что такие подробности я предпочёл не разглашать.

— Понимаю. Но зря. Подобная деталь, скорее всего, изменила бы моё решение. Я давно хочу поработать с таким материалом, как авалоний.

— Да? — Выпрямившись во весь рост, я посмотрел на него свысока. — А кто тебе сказал, что мне было бы интересно отдавать столь дорогой материал в руки того, кто его впервые в жизни видит?

На самом деле я бы отдал весь авалоний Кейташи и просто так, грубо говоря, на опыты. Потому как это изрядно сэкономило бы ему время и ресурсы. Но показывать подобную решимость открыто с моей стороны было бы, мягко говоря, недальновидно и вызвало бы у японца только ответную настороженность, потому как все мы знаем, где бывает бесплатный сыр и для кого.