Чтение онлайн

— Это красивые слова, но в жизни так не бывает. Эгоизм все равно берет верх.

— Засунь свой эгоизм себе в дальний дымоход! — его глаза блестели, он был абсолютно уверен в том, что говорит. — Ты не будешь бояться показаться слабым перед той, с кем свел Создатель. Потому что она будет знать, что ты не слаб, что только перед ней ты такой, что тебе незачем самоутверждаться за ее счет. И будет благодарна в ответ.

Как сентиментально. У этого седого здоровяка стоило учиться жизни. Он говорил искренне. И ему жутко повезло, что у него есть Саманта. Впрочем, как знать, может и мне повезло не меньше.

— Сэм? — в затянувшейся паузе после тирады Беты, я услышал еле слышные всхлипы. В темном коридоре она сидела на полу и тихонько плакала. Мой мозг стал плавиться. Ситуация была пиковая. Когда женщина плачет, у мужчины начинается паника. Тот лучше, кто быстрее с этой паникой справляется. Это такое супероружие женщин, лакмусовая бумажка, показывающая истинное лицо задействованных актеров. Когда не знаешь, как поступить правильно, когда совсем запутался в душевных переживаниях, самое верное решение — оставаться хорошим человеком. Я обернулся на Бету. Он пристально смотрел на свою женщину, хотел броситься к ней, но, только прищурившись, ждал моих действий. Легонько подтолкнул меня, чтобы я перестал сомневаться.

Встал, подошел к ней, сел напротив. Стал притягивать к себе за плечи. Она немного поотбивалась, что-то бубня себе под нос, но быстро сдалась, разрыдалась еще сильнее, уткнулась носом мне в грудь. Грузно подошел Бета. Присел рядом с нами на корточки. «Все правильно делаешь» — показал взглядом, одобрительно кивнул. «Ну а как по-другому?» — также, молча, показал я ему, пожимая плечами. Я гладил ее по волосам. Так и сидели. Бета привалился спиной к стене рядом с Самантой.

— Я, правда, правда, не могу сказать всего! — всхлипнула, затараторила.

— Это сложно, прости! Осталось совсем немного, верь мне! Просто выиграй этот дурацкий бой!

— Да, — выдохнул я ей в макушку. Как всегда, она пахла потрясающе. — Было бы так просто.

— Я принесла тебе кое-что, — Саманта перестала реветь. Засуетилась, доставая из-под себя большой прямоугольный футляр, на котором сидела. Бета с интересом покосил взгляд. — Это тебе.

— Что это? — взял черный футляр, повертел перед глазами.

— Это револьвер нашего отца. «Феникс-240». В барабане 6 зарядов каледония, по сорок выстрелов каждый, — смахнула с покрасневшего носа слезу и по обыкновению пустилась в разъяснительно поучительные беседы. Темно-зеленый, с желтым отливом цвет. Массивная рукоять с красивым узором, длинное, широкое и тупое дуло. — Вот тут сбоку, его имя. Мако Трент Оро.

— Он же был ученым, — я скривил улыбку, продолжая восхищаться оружием и искренностью момента.

— Ну, в наше беспокойное время сложно быть кем-то определенным, — она робко пожала плечиками. — Очередной виток эпохи потребления, каждый выживает, как может. Приходится быть всем понемногу.

— Спасибо, — я обнял ее. Саманта нервно усмехнулась, чуть было не заплакала вновь. Белогривый наставник закатил глаза из-за излишка сантиментов. Но был доволен, что страсти сейчас поулеглись.

— Слушай, слушай! — она отпрянула и очень серьезно, даже слегка испуганно, посмотрела мне в глаза. — Тушь не потекла?

— Нет! — я засмеялся от разрядившейся ситуации, взял ее лицо в ладони.

— Ты, как всегда, симпатичная молодая девушка!

— Молодая? — подал повеселевший хрипловатый голос Бета. — Да ты посчитай, балбес, она старше тебя на двенадцать лет, ей сорок один! Ай! — удар локтем под ребро. — Да что такое-то?

— Будешь биться также, победишь. Но не смей так грязно биться, — Бета говорил ровно, он был поглощен происходящим на огромном экране. А там, словно под бой барабанов войны, сайрос Дюка, моего «брата», методично расшвыривал, доводя до изнеможения двух молодых ребят в легкой броне, жалил, ранил, ломал их смехотворное вооружение.

Черный комок ярости, жажды крови и нахального азарта, метался от одного солдата удачи к другому, заставляя впадать в панику, истерику и даже пару раз выстреливать друг по другу. Он был огромен, намного больше меня, усыпан кривыми острыми шипами. Скорости его можно было только позавидовать. Молодые стратеги, которым так и не суждено было стать федеральными псами закона, были повержены в шок. Спесь, с которой они выходили на огромную арену, выполненную в стиле занесенного песками старого изящного поселения, Дюк сбил в первые же секунды своего появления. Выскочил разъяренным бесом к ним на встречу, столкнул бедолаг лбами и скрылся, оставляя их размышлять, что это было. Он мог убить одного или даже обоих сразу. Но игрался, позировал, наслаждался своим превосходством. — Он носится там совсем без страха. Прекрасно понимает, что сильнее. Может это и не всегда хорошо, но сейчас выглядит эффектно.

— Мелисса хорошо программирует сайрос, — Саманта сложила на груди руки, закусила губу, всматриваясь в запись вчерашнего боя. Все же, как прекрасна была эта женщина. Облачена в длинное сиреневое с белыми вставками вечернее платье, струящееся книзу. Открытые плечи, изящные длинные перчатки. Минимум украшений.

— Мы тоже хорошо поработали. Я много лет вынашивал эти рацпредложения. Как раз пришлось кстати, — Бета одернул ворот пиджака. Официальные одежды ему явно не нравились, хотя в повседневности он одевался довольно неплохо, галстук после долгого и яркого спора с Самантой остался в номере. Нажал на паузу. На экране Дюк заканчивал бой, он крепко схватил руку несчастного федерала и с силой рванул на себя. Фонтан крови замер в объективах камер. — Вот, видишь. Они тоже до этого додумались! Увеличение физического потенциала за счет фокусного деления наноферритов. Смотри, как его раздуло.

— Бета! — Сэм скривила лицо от омерзения.

— Да все отлично, A-класс, конечно, не В, но испытания мы провели весьма успешно! — он гордился результатами своей скрупулезной работы над нашими костюмами. И сейчас был слишком увлечен своей радостью, чтобы задаваться вопросами этики.

— Бета! Выключи эту мерзость, — прикрикнула в нетерпении Саманта.

— Э, включай уже дальше, слышь! — из-за барной стойки раздался грубый голос огромного кразлера, расы, закаленной горячим солнцем и недружелюбием собственного мира. Эти ребята обладали просто огромной мышечной массой, чешуйчатыми черепами и грубой кожей, в три слоя покрывающей их могучие тела. От светло-серого, почти белого, в раннем возрасте до темно-коричневого, почти черного, к старости.

Бета быстро запустил в амбала презрительный и суетливый взгляд, потом жалобно посмотрел Сэм в глаза. Покопался в пульте управления, расположенного в столике ресторана. Запустил видеоряд.

— Я думал, мы тут последние засиделись, — извиняясь перед ней, он сложил руки у себя на груди ладонями наружу. После выпитого алкоголя его хриплая речь была уже не так отчетлива. Он был немного пьян, счастлив и великолепен. Временами он становился серьезен, но в целом он весь вечер сыпал шутками и ластился к своей женщине, как ласковый дракончик. Что-то урчал ей в ушко. А она смеялась и была счастлива.

В ресторане, действительно, уже никого не было, кроме нас и представителя кразлера, опрокидывающего рюмку за рюмкой. Шел седьмой день турнира. Целая неделя заслуженного отдыха после бесконечных испытаний новых систем сайроса. Орбитальная станция Алукард была огромным Вегасом, космическим городом, способным вмести в себя десятки тысяч особей разных рас. На огромном количестве разнообразных арен тут круглосуточно бились стратеги всех мастей. На одной из них, еще через восемь дней, предстояло биться мне. Я был готов. Сомнения по поводу правильности своих поступков у меня оставались, но было, очевидно, что лучшее, что я могу сделать — это победить. Дальше — по обстоятельствам. Что было особенно важно, сейчас меня не беспокоило возвращение на Землю, не мучили больше и, ставшие было привычными, мысли о Ней. Безысходность внесла свои корректировки. Все было определенно и понятно.