Чтение онлайн

— Чего «ничего»?

— Чувствуешь себя ничего?

— Да вроде бы… — все еще потрясенно отвечал Павел.

— Мы тут с ребятами посоветовались… Решили: дело это, по убийству на Красногвардейской, Степанову передашь. Ну, а совхозом я сам буду заниматься.

— Это как это, как это?! — опешил Павел.

— Мы ж понимаем, тебе сейчас будет трудно — о делах. Ходатайство напишем, я уже говорил с начальством. Лучшие профессора, клиника в Москве. Все будет как надо. Что ты смеешься? Чему ты радуешься? — вдруг начал сердиться Мустафа, потому что Павел, вместо слов, как полагается, благодарности, принялся идиотически подхихикивать.

— Откуда вам был звонок?

— Мне…

— Из железнодорожной больницы?

— Из онкологического диспансера.

— И что говорили?

— Ну… Результаты анализов… Необходимо госпитализировать. Ты только, понимаешь, не храбрись, не храбрись!

— Так вот, милый Мустафа Иванович! Я очень тронут чуткостью и так далее, но дело вот в чем. По делу об убийстве я разрабатываю сейчас одного врача. Чтобы войти в контакт и прощупать — прикинулся больным. Дескать, проконсультируйте и все такое прочее. Он что-то почуял. Вот и решил во что бы то ни стало отстранить меня от следствия — я его насквозь вижу. Не сомневаюсь, что результаты анализов фальсифицированы. Я это предвидел. Специально для этого одновременно сдал анализы в Первую городскую…

Мустафа глядел на него с недоверием.

— Вот если оттуда позвонят, тогда… И вот что еще. Когда дело дойдет до обострения, очень возможно, что вам будет еще не один звонок. Дескать, Игумнов возводит напраслину на этого человека по причинам сугубо личным — из ревности. Сведение счетов, и так далее. Считаю необходимым поставить об этом в известность заранее, чтобы меня потом не дергали попусту.

— Ты это… брось! — нерешительно стал сердиться Мустафа.

— Убийца — почти стопроцентно — мне известен. Сегодня я предполагаю сделать обыск в его квартире и сегодня же арестовать. Дела с совхозом тоже в активной стадии. Так что, Мустафа Иванович, все о’кей.

Начальство перестраивалось, но с некоторой натугой.

— Значит, я оставляю твои дела за тобой? — полуспросил-полусказал Мустафа. С явным, однако, облегчением.

— Конечно. Не хватало нам клевать на приманку, которую подкидывают преступники. Так?

— Так-то оно так… — непонятно согласился Мустафа и поднялся. Трудного разговора не состоялось, и начальник был доволен.

— Держи в курсе. Не нравятся мне твои методы, понимаешь. Паришь, понимаешь, в облаках…

Про надклассовость мышления не было сказано на сей раз ничего, но это и так начальнику было ясно как божий день.

Так. Савостьянов дерзнул. Тем хуже для него. Вот только вспомнить бы, что мне примерещилось там, во время «беседы-допроса»! Ах, как надо бы вспомнить! Только где уж тут! Витя передал из совхоза, что Химик засобирался в город. Предупредил директора, что не сможет быть на собрании. Соседку попросил присмотреть за женой, пока будет ездить. Назад обещался к вечеру.

Павел посмотрел на часы. Было без десяти пять. В 17.00 из совхоза отправляется рейсовый автобус в Н.

— Я — Первый. На пульте. Готов работать.

— Я — Второй. На месте. Готов.

— Третий готов.

— Четвертый готов.

Водитель не догадался поставить машину в тень, и вот теперь Павел задыхался от жары.

— …Стоит на остановке. Автобус на заправке. Важная деталь: грызет семечки.

— Я — Четвертый, интересуюсь, правда ли, что у Паши, говорят, нашли рак?

— Четвертый, ты — дурак! Кто сказал?

— Ты сбрендил, что ли, Четвертый? Я его вчера видел.

Павел взял связь на себя:

— Я Павел Первый. Внимание всем постам. Слухи о моей смерти, как говорил Марк Твен, несколько преувеличены. Можете работать спокойно, не отвлекаясь скорбными мыслями.

— Я — Второй. Ура!

— Я — Третий. Ура.

— Я — Четвертый. Гип-гип-ура!

— Я — на пульте. Растроган.

— Я — Второй. Автобус на стоянке. Химик сел. Второе кресло у окна, справа по ходу. Соседнее место свободно. Витя Макеев, загримированный под молодого человека, сидит сзади. Ковыряет в ухе. Наверно, передатчик сломался.

Внимание! Всем! Поехали…

Химика «повели».

— Я — Второй. Проследовали мимо населенного пункта Варваринский. Контактов нет.

…Приближаемся к «полям орошения». Не могу не отметить дивного аромата, разлитого в воздухе.

Стоп! Какая неожиданность. На остановке стоит Миша Поливанов и, что характерно, садится в тот же автобус.

Внимание! Интервью с нашим прославленным сотрудником, милейшей Альфой Центаврой. Говорите.

— Никаких контактов. Полдороги место рядом с ним вообще пустовало. Потом села тетка из соцгородка, я ее знаю. Мне показалось, что Химик волнуется.

Павел не выдержал и стянул с себя рубаху — казалось, что под машиной разведен костер.

— Третий! Можешь переходить на другое место.

— Четвертый, меняйся со Вторым. Начинается город. Всем внимание!

— Я — Третий. На месте.

— Я — Четвертый. Следую за автобусом.

— Я — Второй. Передал Четвертому. Следую на свой шесток.

— Я — Четвертый. Контактов нет.

— Второй прибыл на точку рандеву.

— Третий! Перебирайся на новое место.

— Я — Четвертый. Внимание! Химик вышел на остановке «Гастроном». Угол Чехова и Садовой. Идет в сторону центра.

— Второй! Быстро к парку.

— Третий! Перекрой Садовую от железнодорожной больницы.

— Я — Четвертый. Макеев говорит. Наблюдения не замечает, ведет себя спокойно, хотя и волнуется. Внимание! Переходит улицу возле универмага. Павел Николаевич!

Но Павел Николаевич и сам уже догадался.

— Второй и Третий! Быстро во двор за гастрономом. Там барак номер 24-а, во дворе — детская площадка. Кажется, он направляется туда.

— Четвертый! Витя! Успеешь опередить? Заскочи прежде него в коридор. Второй и Третий! Оставайтесь снаружи.

Павел отчетливо видел в воображении, как стягивается вокруг Химика невидимое кольцо наблюдателей, становится все уже и уже, и центр, вокруг которого сомкнулось кольцо, — все тот же злополучный барак, Красногвардейская, 24-а.

— Нич-чего не понимаю… — пробормотал он.

— Я — Четвертый. Макеев побежал дворами. Химик на левой стороне. Идет навстречу мне. Контактов нет. Миша следует за ним. Внимание! Он сворачивает во двор. Красногвардейская, 24-а, Меняю Мишу. Конец связи.

— Я — Четвертый. Провел от угла Чехова до Красногвардейской, 24-а. Никаких контактов. Наблюдения не замечает.