Чтение онлайн

– Это какие-то сектанты, - голос девушки слегка дрогнул. Она шла, стараясь светить фонариком не мне в спину, а исключительно себе под ноги. Разумно, да...
– Они поклоняются Кровавой Богине. Это...

– Я знаю, кто такая Доарликуэ, поэтому мне это неинтересно. А интересно мне, что здесь произошло от силы день-два назад, когда корабль превратился в скотобойню.

– Я... я не знаю, что именно произошло...
– в голосе бывшей пленницы прорезался сарказм.
– Я ведь сидела в клетке, получила на руку письмена и уже готовилась сдохнуть во славу Даорликуэ, но тут... Начался шторм. Потом... Потом, кажется, были выстрелы и взрывы. А потом... Потом началось.

– Началось - что?

– Безумие. Настоящее безумие. Сектанты начали убивать друг друга. Жестоко убивать. Вырубился свет. Но крики и выстрелы никуда не делись. Убили нескольких пленниц, которые сидели в соседних камерах...
– голос девушки сорвался.
– Но меня не тронули. Кто-то стоял около двери, смотрел на меня... Было темно, но я знаю, что из темноты на меня кто-то смотрел. И решал. Жить мне или умереть. Это место и раньше было Адом, но сейчас мы спустились на самое дно Преисподней...

– Поэтично, - ровным тоном произнёс я, не останавливаясь и не оборачиваясь назад.
– Как ты во всё это влипла?

– Мы вели раскопки на одном из островов... Потом нагрянули пираты. Потом мне что-то вкололи, и затем я очнулась здесь, в камере. И даже не знаю сколько я тут уже...

– Понятно, - но на самом деле мне было ни хрена не понятно.
– Теперь молчи, а увидишь какое-нибудь движение - сразу же гасишь фонарь и прячешься. Поняла?

– Поняла.

Ну, вот и славненько, люблю сообразительных девочек...

Чёрт, Саня! Нет, Вайс! Какого хрена ты творишь? Кому ты позволяешь быть за твоей спиной? Правильно! Тому, кого ты вообще не знаешь! Тебе мало Локхарта и всего, что было до него? Мало, да? Ты же просто-напросто напрашиваешься - ну, подставьте меня! Ну, ударьте в спину! На словах я - наёмник крутой, а на деле - дурак простой.

Ты же не армия спасения, Вайс! Там какого же рожна ты нацепил на себя эту обузу? Испугался, что она действительно бы заорала? Да и пёс с ними, с криками - на "Арктике" и так уже очень шумно, а при тебе оружие и гранаты. Прорвался бы, как прорывался всегда и везде.

Так в чём же дело? Так почему же? Почему?!

Почему. Ты. Делаешь. Глупости.

Потому что до сих пор пытаешься, несмотря ни на что, верить в людей и людям? пытаешь жить по совести? Эх, ты...

Эх, я. Но я не могу иначе.

– Благие намерения, - Коннорс шёл рядом со мной, заложив руки за спину.
– Снова благие намерения. Думаешь, на этот раз всё будет иначе? Вряд ли. Ты ведь часть той силы, что вечно хочет добра, но творит...

Я не слушаю тебя. Я не слушаю тебя. Я не слушаю тебя.

Новая дверь. Да когда же уже кончатся все эти двери и коридоры? Не "Титаник" ведь, небольшой корабль, в принципе...

Открываю дверь, и по глазам тотчас же ударяет хоть и неяркий, но неприятный после сплошной темноты электрический свет.

По ту сторону - средних размеров просторный зал, уставленный манекенами и какими-то коробками...

Манекенами? Твою мать, манекенами...

Их много - десятка два или даже три. Они стоят рядами вдоль стен, "лицами" к центру. На пластиковых подобиях человеческих тел была натянута одежда, преимущественно женская одежда...

Но главное - на их головах грубо прикреплены куски самой настоящей человеческой кожи. Сморщенной, как будто бы высохшей, но без сомнения настоящей. У каждого из манекенов она закрывает лишь половину "лица", а сверху падают сухие и блеклые волосы. Тёмные, светлые, русые, рыжие. Длинные, и не очень. Правые руки матово поблёскивают телесного цвета пластиком, а вот вместо левых - иссохшиеся мумифицированные культи с судорожно сжатыми костлявыми пальцами.

На той стороне - выход. Прямо перед ним тело очередного "джейсона". Явно непростого "джейсона". Вместо длинного светлого плаща - грубое подобие бронекомбинезона из множества металлических и керамических плит разного размера и очертаний. На голове не привычная уже пейнтбольная маска, а шлем с тяжёлым глухим забралом и смотровой щелью из толстого бронестекла. Рядом валяется пулемёт - кажется, "миними".

И нет, это вовсе не его доспехи чёрного цвета, а просто он весь с ног до головы покрыт жирной копотью И всё отчётливее витающий в помещении запах палёного человеческого мяса... Кто-то просто спалил "джейсона", несмотря на всю его броню.

Осторожно иду вперёд, держа на прицеле лежащее на полу тело, а то мало ли что... Позади негромко ступает освобождённая мной пленница.

Шаг, другой... Всё спокойно и тихо, нет?

Нет.

Скрип. Ещё скрип.

Закованные в тяжёлые трёхпалые перчатки руки "джейсона" скребутся по металлическому полу. Рывок, и он неожиданно выпрямляется. Подтягивает за приклад ручной пулемёт поближе, берёт его в руки. Начинает подниматься.

Да что же это!..

Бью из "томмигана" по "джейсону". Его грудь дёргается от попаданий, но хоть и мощные, но всё-таки пистолетные пули пробить его броню не в силах. А на гематомы и переломы ему, видимо, наплевать. Терминатор, мать его!..

Бронированный громила поднялся на ноги и вскинул пулемёт к поясу.

– Назад!
– рявкнул я, только сейчас вспоминая о пленнице позади. Надеюсь, она сообразит и не сдохнет по дурости...

Я сам рванул к постаменту ближайшего манекена, который был сделан из объёмистого металлического ящика. Укрылся за ним.

Надеюсь, что от пуль .223 калибра он защитить сможет в случае чего.

Высунулся, дал очередь по "джейсону", целясь в голову. Бронешлем, не бронешлем, но шею ему сломать можно. Это ж у него кустарная самоделка, а не настоящая броня "джаггернаута"...

Громила в ответ дал размашистую очередь от пояса, перечёркивая весь зал. Пули с визгом отскочили от металлических стен. И одна из них попала в здоровенный распределительный щит, висящий позади меня. Он брызнул искрами, полыхнул огнём, и тут же со светом начала твориться какая-то ерунда.

Лампы начали в хаотическом порядке то гаснуть, то вспыхивать, превращая комнату в подобие дискотеки со стробоскопами. Все движения начали складываться из отрывочных картинок, разбивая привычный ход времени. Ни тьма и не свет, не работает ни обычное, ни откуда-то появившееся ночное зрение.

Высунулся из-за ящика. Поймал распадающуюся на смазанные кадры фигуру громилы, дал очередь...

На части разлетается раскуроченный тяжёлыми пулями манекен. Чёрт, а где враг? Он же только что был там!