Строптивая для бандита
Шрифт:
«Куда уж нам обычным парням, выбившимся в люди, за счёт кулаков и Дурости. По-другому не назовёшь отсидку по малолетке за массовую драку», – хмыкнул про себя, искоса поглядывая на её тонкую шею, слегка смуглую кожу, спрятанную под белым жакетом, что был на ней надет.
Едва сев в машину девушка демонстративно отвернулась к окну и дала возможность рассмотреть её получше. Сам не понял, зачем посадил её в свою машину, а не отправил с парнями из охраны. Обычно такие порывы мне несвойственны.
Пока «Графиня» молча сидела рядом и не подавала признаков историки, я искоса поглядывал на неё. В моей жизни было много женщин, разных возрастов и состоятельности, но мало кто из них был настолько "породистым". Как говорят: кровь не водица. Это однозначно про Лиру.
В аккуратных мочках ушей сверкали бриллианты, чётко выраженная линия скул и подбородка. Словно скульптор, лепивший профиль, старался убрать излишнюю мягкость и подчеркнуть аристократичность резкими линиями. Кожа идеально ровная без единого изъяна.
«На ощупь она, наверное, нежная словно бархат» – подсказал внутренний голос. Кончики пальцев закололо от желания к ним прикоснуться, но я одёрнул себя и уткнулся в документы, пытаясь сосредоточиться на буквах, но глаза словно магнитом притягивало к загадочной девушке. «Графиня» на поверку оказалась не настолько глупой, чтобы вывести меня из себя, чем невольно и привлекла внимание.
Курносый, чуть вздёрнутый нос и пухлые губы, на которых был едва заметный блеск. То ли совсем недавно она прошлась по ним языком, то ли имеет в арсенале настолько стойкую косметику.
Пушистые опахала ресниц и такие же тёмные брови вразлёт. Светло-русые волосы, которые больше назовёшь пшеничным блондом, чем обычным русым цветом. Я ждал, когда она начнёт задавать вопросы о том, куда и в качестве кого её везут, но нет. Девушка молчала, чем невольно вызывала лёгкую смесь уважения и раздражения.
– Посмотрим, настолько ли ты холодна как пытаешься мне показать, – ухмыльнулся я и вышел из машины, когда мы, наконец, приехали в мой дом. Поднимаясь по лестнице отдал приказ разместить гостью с удобством и тут же ушёл в кабинет.
Едва я сел в кресло и включил камеры наблюдения, расставленные по всему дому, как раздалась трель телефона. Звонил один из парней, которых я оставил с отцом девчонки на «всякий случай». Сейчас, когда у меня только прошли сейсмические активности под жопой, я не имел права пускать всё на самотёк и дать Графу связаться с ментами.
– Руслан Рахимович, Степану Алексеевичу стало плохо, – едва я принял входящий, сказал мне звонивший.
– Что произошло?
– У него случился сердечный приступ. Мы вызвали скорую из нашей больнички. Едем за ним.
– Блядь, только этого мне не хватало! – выругался я, отдав приказ охранять пациента. – О его самочувствии и заключении врачей сообщать незамедлительно! – взлохматил волосы понимая, что всё прошло не так гладко, как я того хотел.
Отключил входящий и устремил взгляд в экран монитора. Там транслировались все комнаты, но рука сама потянулась к мышке и включила камеру, что размещалась в одной из гостевых спален. В ней сейчас находилась моя временная заложница, которая с опаской вошла в её новое пристанище. Откинувшись в кресле и развернув картинку на весь экран, я стал с интересом наблюдать за девочкой.
Едва за её спиной захлопнулась дверь, она вздрогнула, но не кинулась биться в истерике и пытаться выбить её с разбега. С жадностью вглядывался в её мимику и жесты, ожидая дальнейших действий.
– Лира, это прям несерьёзно! – едва не хохотнул я, глядя на то, как она кинулась к панорамному окну, что выходило на берег реки. Вернее, на лес, росший вдоль него. – Мой дом, моя крепость. Неужели ты думаешь, я настолько глуп, что оставил тебе возможность сбежать? – фыркнул вслух.
Распахнув двери, что вели на небольшой балкон, она вышла на него. Я подался вперёд переключив камеру на ту, что находилась во дворе и стал наблюдать дальше. Вот она оглядела открывшийся вид, перегнулась через перила, а после кивнула каким-то своим мыслям и вернулась в комнату.
Следующим действием она проверила второе окно. За ним не было балкона и открывалось оно лишь на проветривание. С него открывался классный вид на мост и прилегающие территории. Эмоционально стукнув кулаком по руке, она стала расхаживать вперёд-назад, явно размышляя над сложившейся ситуацией.
Когда у меня самого едва не закружилась голова от её стремительных перемещений девушка остановилась. Спустя пару мгновений развернулась и с интересом разглядывала представшую перед ней кровать.
Большое дубовое ложе, по-другому эту махину не назовёшь. Сев на краешек постели и едва не попрыгав, проверяя её на прочность девушка откинулась на спину, расставив руки в стороны. Её грудь часто вздымалась, а глаза смотрели в потолок.
– Вот такой тигрицей, запертой в клетке, ты нравишься мне намного больше, – ухмыльнулся своим мыслям я.
Глава 3.
Лира.
Комната, в которую меня привели, оказалась довольно просторной, и я бы даже сказала уютной. Светло-бежевые обои, мягкого песочного цвета шторы и ковёр с длинным ворсом под ногами. Посредине стояла большая кровать из дерева, напротив и сбоку были два больших панорамных окна.
К одному из них я рванула в желании отыскать лазейку для возможного побега. Распахнув створку тут же оказалась на небольшом балконе и едва не ликовала, что он не застеклён. Но пункт охраны, что располагался прямо напротив него и кусты тех самых роз под ним, что были мной примечены ещё при въезде во двор стёрли с лица довольную улыбку.
– Почему папа не дал мне записаться на курсы самообороны или какого-то скалолазания? – шёпотом выдохнула я.
В годы пубертатного периода я всё время пыталась заменить папе сына, которого он, как и все мужчины, страстно хотел. Но на все мои просьбы о чём-то довольно рискованном или на корню уничтожающем женственность всегда получала жёсткий отказ.
– Ты девочка. Тебе разбитое лицо с кучей шрамов совершенно противопоказано, – отвечал отец на мои просьбы заняться боксом или карате.
– С такими умениями я могла бы попробовать сбежать, но всё, что мне остаётся теперь – сидеть словно принцесса в башне, охраняемая злым драконом и его приспешниками.
Из небольшого одноэтажного строения напротив, вышел и помахал мне Константин.
– Тебя мне ещё не хватало, – плюнула я в сердцах и вернулась в комнату, перестав любоваться красотами, что были видны с высоты второго этажа.