Чтение онлайн

За несколько столетий западного развития Британия, разменяв политическое могущество на экономическое, стала одним из лидеров по производству шерсти и сукна. Народ-идеолог империи превратился в западном цикле в народ, отстаивающий свои права. В результате длительной эволюции складывается система английского парламента. В 1265 году парламент - это ещё случайность, с 1295 года он уже более регулярное явление, в самом начале XIV века (политическое чудо четвертой фазы) он стремительно набирает права и уже в 1343 году (конец четвертой фазы) обретает свой окончательный вид ("палата лордов", "палата общин"). Дважды парламент низлагает неугодных королей: Эдуарда II в 1327 году (18-й год четвертой фазы) и Ричарда II в 1399 году (18-й год второй фазы).

Королевская власть все более приобретает черты исполнительной, парламент - законодательной власти. Рядом с ними совершенствуется и расширяется судебная власть. В правление Эдуарда I (1272-1307) суд обретает полную самостоятельность.

Таким образом народ борется за свои политические права, а государство за свои экономические возможности. Под этим углом зрения стоит рассматривать Столетнюю войну (1337-1453). "Столетняя война была уже войной нового типа, это была прежде всего торговая война и только внешне, по форме ещё носила характер средневековых завоеваний... Столетняя война отражала растущую силу английского купеческого капитала, а также заинтересованность многочисленного и влиятельного слоя землевладельцев Англии в торговле шерстью. Ее подлинной целью было политически объединить Англию, Фландрию и Гасконь, уже связанные между собой торговыми отношениями" (А. Мортон). (Англия - шерсть, Фландрия - сукно, Гасконь - вино, соль, железо.)

Экономическая эволюция привела к исчезновению, с одной стороны, крепостных крестьян, с другой стороны - крупных землевладельцев (Запад все усредняет). Появился многочисленный средний класс - зажиточные крестьяне. Была тем самым выбита база существования феодалов. Им ничего больше не оставалось, как заняться самоистреблением в войне Алой и Белой Розы (1455-1485). Подобного позора вынести бывший политический гигант уже был не в силах и вступил в третий имперский цикл.

Все возможности старого уклада были исчерпаны, нация вновь встала перед необходимостью сплотиться, сжаться вокруг центра, чтобы родить новый уклад, новое чудо, вывести человечество на новую ступень развития. Второй английский имперский цикл подготовил человечество к седьмому возрасту (Возрождение), третий английский имперский цикл готовил человечество к восьмому возрасту. К девятому готовить будет уже Россия.

3 АНГЛИЯ (1473-1617)

"Век XVI - век сложный и противоречивый, тем не менее он, в частности на английской почве, предстает как целостная и вполне определенная эпоха, не похожая на другие. Это эпоха тюдоровской Англии. Ее хронологические рамки 1485-1603 гг. Понятие "тюдоровская Англия" обозначает специфическую систему экономики, власти и культуры" (М. Барг). Речь, разумеется, идет об имперской (деформированной) экономике, об имперской (мощной) политике и об имперской культуре.

Указанный интервал охватывает 117 лет, не хватает всего-то 27 лет, 15 лет добавили Стюарты, 12 лет - Йорки.

С точки зрения всеобщей истории, третий имперский цикл Англии имеет чрезвычайное значение, именно он породил научную и промышленную революцию, дал толчок торговле, однако необходимо помнить, что заслуги имперских циклов оценивать приходится из западного будущего, а потому имперское величие всегда умаляется имперскими нарушениями прав человека. Вот почему эпоха Тюдоров оценивается так неоднозначно. "С окончанием борьбы за престолонаследие" ("Война роз".
– Авт.) свобода внезапно исчезает, мы вступаем в период конституционной реакции, быстро разрушающей медленное создание предшествующего века. Деятельность парламента почти прекратилась или под подавляющим влиянием короны стала чистой формальностью. Законодательные права обеих палат были захвачены королевским советом. Произвольное обложение явилось снова в виде добровольных приношений или принудительных займов. Личная свобода была почти уничтожена широкой системой шпионства и постоянным применением произвольных арестов. Правосудие было унижено щедрым пользованием биллями об опале, сильным расширением судебной власти королевского совета, раболепством судей, давлением на присяжных. Перемена отличалась характером настолько широким и всеобъемлющим, что поверхностным наблюдателям позднейшего времени представлялось, будто конституционная монархия Эдуардов и Генрихов (за три века западного ритма у власти побывало по четыре Генриха и Эдуарда.
– Авт.) при Тюдорах внезапно преобразилась в деспотизм, ничем не отличающийся от турецкого" (Дж. Грин).

Таковы законы исторического сохранения энергии: за государственное величие, за величие решенных государством задач расплачиваться приходится человеку.

ПЕРВАЯ ФАЗА (1473-1509)

Достаточно позорное для Англии окончание Столетней войны (1453) переросло в ещё больший позор "войны роз": "Голый эгоизм целей, из-за которых шла борьба, полное отсутствие в ней всякого благородства и рыцарства придают ещё более ужасный характер её кровавым битвам, её жестоким казням и бессовестным изменам" (Дж. Грин). Но нет худа без добра: доведенная до абсолютных пределов унижения великая Англия вступает в третий имперский цикл.

Королем формально был Эдуард IV, вступивший на престол в марте 1461 года (проторитм), фактически же легитимность его власти была ещё чрезвычайно малой. Достаточно сказать, что это был первый представитель династии Йорков у власти. Главным же было продолжающееся противоборство Ланкастеров и Йорков. "И таков был этот государь в своем правлении, что никогда в этом краю не было другого правителя, с бою захватившего венец и после этого столь сердечно любимого народом; причем при кончине его любовь эта была больше, чем когда-либо при жизни, а после кончины и любовь и приверженность к нему сделались ещё того сильнее вследствие жестокости, злодейств и смут последующего бурного времени" (Т. Морт).

Однако воспетое Т. Мором величие Эдуарда IV не помешало Уорвику, прозванному "делателем королей" и "последним бароном", в октябре 1470 года низложить Эдуарда IV, восстановить безумного Генриха VI, а самому получить титул "заместителя короля" и прийти к реальной власти. Однако дни его были сочтены; в битве при Барнете 14 апреля 1471 года войска Уорвика были разбиты вернувшимся Эдуардом IV, сам Уорвик погиб. Именно эти события и повлекли смену исторического ритма. И вот уже "пренебрегши обычаем заключать займы с разрешения парламента, Эдуард призвал к себе в 1474 году лондонских купцов и потребовал от каждого "добровольного подарка", соразмерного нуждам короля" (Дж. Грин). В дальнейшем система "одолжений" развилась в принудительные займы и присутствовала весь имперский цикл, начало же ей положил второй (!) год цикла.

Пренебрежение парламентом, поощрение промышленности и торговли, принудительные займы, конфискации земель крупных феодалов - все это начинал Эдуард IV. "Эдуарду Тюдоры были обязаны введением широкой системы шпионства, применением пытки, привычкой вмешиваться в отправления суда" (Дж. Грин). Перечисленные имперские признаки сопровождались общим усилением власти и уменьшением беспорядка, что позволило говорить, что "Эдуард IV правил почти как неограниченный монарх" (СИЭ). 12 лет Эдуарду без Уорвика создали условия для окончания войны Алой и Белой роз.

"Этот затянувшийся вооруженный конфликт сослужил добрую службу английскому народу хотя бы тем, что истощил знать и физически, и материально, дав возможность следующему королю, Генриху VII, создать сильное централизованное государство, которому уже не угрожали могущественные претенденты на трон и которое опиралось на новую аристократию в лице капиталистических землевладельцев, разбогатевших купцов и зарождавшегося сословия финансовых дельцов" (Ч. Поулсен). Война не затронула ни город, ни село, разорялись лишь бароны и вассалы, однако "помещик разделял с купцом глубокий страх перед войной и беспорядком, свидетелями которых они были, и желали только одного - снабдить корону такой властью, которая предупредила бы возвращение анархии... Основателем новой монархии был Эдуард IV" (Дж. Грин).

Зверства Ричарда III (1483-1485), заклейменного Томасом Мором и Уильямом Шекспиром, ничего не нарушили в мирном течении первой фазы и лишь усилили всеобщее желание сильной власти и покоя.

"После того как волею Всевышнего Судьи, благоприятной для замыслов изгнанника, на Босуортском поле был свергнут и убит король Ричард, третий из носивших это имя, король лишь силою факта, по существу же узурпатор и тиран, каковым он и прослыл на все последующие времена, королевство унаследовал граф Ричмонд, именуемый с тех пор Генрихом VII" (Ф. Бэкон).