Чтение онлайн

Люди на скорости триста двадцать километров влетали в туннель... – сообразила я. Это для острых ощущений. Представляете, какой класс, когда в темноте в узком туннеле на скорости триста перед тобой вспыхивает бетонная стена!? И как ты воешь и мечешься пару секунд? Не развернуться, ни уже не затормозить. Полный класс ощущений! Фирма гарантирует!

...Он достиг стены в считанные мгновения.

– Бум!!!

Мой же тормозной путь занял как раз это зрительное расстояние. Так что я притормозила около него.

Его машина была всмятку.

Я выскочила из своей машины.

Подойдя, я быстро вытянула его из его машины, лупавшего на меня глазами в свете разгоравшегося его двигателя, и отнесла в свою. Аккуратно выехав задом из долгого узкого туннеля.

– Уважаемые гости и господа автогонщики! – раздался бесплотный голос. – Я хотел бы напомнить вам, и особенно гонщикам, что на последних километрах трассы установлены по обоюдному договору, смертельные ловушки. Ой, я, наверное, должен был сделать это раньше! – злорадно сказал он.

– Ну, подожди, подожди, я тебя поймаю, – пообещала я, оглядываясь, задом выбираясь из туннеля.

Выехав, я стала искать, где же настоящая дорога. И обнаружила ее не скоро – она была замаскирована кустарником на холме при въезде в туннель, где дорога ныряла резко вниз. И, к тому же, была перпендикулярна к трассе.

Пока я медленно и осторожно съехала вбок, ибо везла раненного, мимо меня по трассе с диким ревом прошли на скорости минимум три гоночных машины, пытавшихся обогнать друг друга. И, с ходу нырнули в туннель. Как я не махала руками из машины.

Видя, что они идут на смерть, я закричала:

– Не той дорогой идете, товарищи!!! – показывая им отчаянно на себя, на мою трассу.

Но на меня они так посмотрели...

Послышались три глухих удара.

Наверное, они подумали, что я звала их помочь ближнему, – печально подумала я.

Пока я искала дорогу и выбегала, я подкрутила те гайки на колесах, что еще чудом жили и держались. Но ехать быстро было невозможно.

Я шла по трассе медленно.

А потом, увидев скорую, свернула с трассы и подъехала к ней, не обращая внимания, что сзади по трассе шла гоночная иномарка.

Врачи мгновенно поняли меня и вытащили гонщика из заднего сиденья машины, еще когда я только приблизилась. Лишь я приоткрыла заднюю дверь.

Трибуны застонали.

– Нет, что он делает! Он же потеряет из-за своего благородства победу и жизнь!

Оставив раненного, я выехала на трассу.

И даже не дернувшись, равнодушно пропустила обогнавший меня гоночный болид. Я не хотела мешать гонщикам.

Болид взлетел на холм... а потом послышался дикий визг тормозов и чудовищный грохот.

Дело в том, что когда свернула с трассы к врачам, я увидела, пока стояла, из той точки, что ровная трасса за холмом делала не просто крутую, а почти перпендикулярную восьмерку в углублении, скрытом между двух холмов. С глубокими бетонными колодцами по сторонам дороги, а вовсе не кюветом.

В одном из колодцев и лежал незадачливый болид, с ходу махнувший через оба кольца.

– Какая дьявольская интуиция! – взвыл микрофон, перекрикивая беснование трибун. – Какое дьявольское коварство!!!

Я медленно пошла по кольцам. И, так же медленно и тщательно осматриваясь, шла потом по трассе. Мне не надо гонок, мне надо отсюда уехать живой.

Догонявшие меня далеко сзади и запоздавшие на трассе гоночные болиды какие-то не те выводы сделали из того, что я с трудом взбиралась у них на глазах на холм. Они явно подумали, что “жигуленок” того, у него вылетели шестеренки.

И, не снизив скорости, влетели на тот же коварный раздвоенный холм.

– Какая подлость! – выл в микрофон голос. – Он намеренно спровоцировал этих идиотов своим разбитым ужасным видом!!! Они купились на такую дешевую уловку!!!

Я медленно проехала по полосе, по обе стороны которой полосы вдруг исчезли, обнажив бездонные колодцы, то есть две полосы словно обрывались на метров сто. Иди я на скорости, мне ничто не помогло бы.

– Нет, этот человек все-таки Бог и король трассы! – почему-то выл и бесновался у микрофона голос, хотя я ничего не делала. И чем дальше я тихо ехала, тем он выл больше, все почему-то усиливаясь и доходя до крещендо.

Дорога пошла чуть на холм.

Я нажала на газ.

Трибуны как-то странно замерли и застыли.

И тут я увидела идущую сзади на всей скорости иномарку. Впрочем, этот болид с грохотом тут же исчез на том кольце дороги, где не было других трасс.

Но трибуны так же молчали...

Голос в микрофоне все-таки достиг небывалого крещендо. Он прямо почему-то дрожал с каждым метром моего пути, набирая силу.

– Итак... Итак... Итак... Ну...

И тут я увидела ленточку поперек дороги на уровне груди машины. Я сразу все вспомнила про смертельные ловушки в конце трассы. Я мигом сообразила, что это заминировали дорогу. Я отчаянно вдавила тормоз, но он окончательно отказал и сдал. Машина не выдержала в самый последний момент.

Я в ужасе заметалась, но отказали уже давно готовые тормоза.

Трибуны как-то мертво застыли, даже голос замолк.

И я прорвала эту ленточку, закрыв глаза.

И тут что-то словно взорвалось!

Трибуны бесновались в каком-то чудовищном экстазе. Дикий рев, с поднятыми руками, бросались на ограждения, пытаясь прорваться к катящейся машине. Они выли, топали и плакали, что-то безумно крича и потрясая руками.

Охрана тщетно сдерживала толпу.

– Выиграл!!!!!!!! – бешено вопил микрофон. – Аааааааааа!!!!!

Я медленно проехала, намереваясь под шумок выехать на трассу и слинять отсюдова.

Но мотор чихнул и вырубился.

– Жигуль! Жигуль! Жигуль! – несся просто безумный рев.

Я сидела в машине, не зная, что делать и как отсюда удрать.

Видя, что я сижу и не выхожу, что двери машины не открываются, голос в микрофоне встревожено замолк.

– Наверное, водитель ранен, – взволнованно сказал он. – Еще бы, пройти такое и победить! На машине живого места нет! Врачи!

К машине бросились санитары.