Суда-ловушки против подводных лодок - секретный проект Америки
Шрифт:
И лишь немногие переживали факт своего добровольного согласия на неизбежно опасную службу. Одним из них был Арман Р. «Френчи» Куелетт, плотник второго класса на «Этике».
Френчи Куелетт родился в 1909 году в Нью-Бедфорде, Массачусетс. Родители его были канадцы. Речь и манеры его отражали франко-канадскую культуру его двуязычного католического домашнего обихода. Он поступил на флот в девятнадцать лет и как военный моряк успел «увидеть мир». О том, как Френчи посетил свой дом 21 марта 1942 года, рассказывает его племянница Долорес М. Куелетт из Вестминстера, Массачусетс, которой тогда было 12 лет.
Как-то я сидела на кухне и занималась домашними делами. Мой дядя подошел к кухонной двери и постучался. Моя мать, очень удивившись, открыла дверь и спросила: «Что ты тут делаешь? Ведь ты был дома совсем недавно!»
Я увидела его расстроенное лицо и обратила внимание на то, как он протянул руки к моей матери, его любимой сестре. Тут же подошел мой отец и они направились в столовую и сели за стол. Нам, четверым детям, было сказал о оставаться на кухне.
Он рассказал моим родителям, что согласился на самоубийственное задание и что они видят его в последний рае. Все началось, когда командир корабля приказал построиться на палубе и предложил всем добровольно пойти на службу в особый патруль.
Мой дядя служил в военном флоте о 1927 года и считался «стариком». И чтобы подать пример более молодым, он шагнул вперед. Обычно в таких случаях находятся и другие, которые выходят вперед и у офицеров появляется возможность выбора. При этом людей, близких к выходу в отставку, редко выбирают в таких случаях — в знак признания их заслуг. Однако на этот раз, кроме моего дяди, никто вперед не вышел. Командир подошел к нему и спросил снова, в самом ли деле он готов идти добровольно на эту службу. Не имея семьи и вдруг осознав, что вернуться к своей прежней должности он уже не сможет и не располагает другим выбором, вынужден еще раз высказать согласие.
Прежде, чем отправить его в Портсмут, ему предоставили отпуск. Он рассказал моим папе и маме, что через несколько недель пришлет чемодан со всеми своими вещами, и еще сказал матери, что свою страховку он переводит на нее, чтобы использовать эти средства для нашего образования.
Нечего и говорить, что они старались убедить его в том, что он вполне может выжить, но он не соглашался. Не могу вспомнить, один следующий день или два, но у нас пронеся буквально вихрь визитов и встреч с друзьями и родственниками. Дядя, казалось, постоянно находился в состоянии подпития, и то был полон веселья, то заливался слезами. Расставание было наполнено бесконечными объятьями и поцелуями. Моя мать дала ему четки и просила молиться. После его отъезда мы каждый вечер перебирали свои четки… [71]
71
Долорес М. Куелетт. Письмо автору от 14 января 1991 года.
Айрин Сван Беккет, Этель Шоенберг Деккелмэн и Коря Мэй Джойс посетили своих мужей в Портсмуте. Им показалась подозрительной задача этого военного грузового корабля. Кора Мэй и Эд Джойс были женаты менее года. Он хотел попрощаться со своей женой, как боец. Ей предстояло вернуться в Нью-Йорк к своей работе и тягостным мыслям о муже, всегда одолевающих жен военнослужащих, чьи мужья уходят на войну. Некоторые свыкаются с ними. Другие — нет. [72]
Айрин Сван Беккет была старше других офицерских жен. Она вышла замуж за Гарольда в 1935 году. Детей у них не было. Ее можно было считать своего рода ветераном — она уже знала и горечь разлук, и радость встреч. Гарольд выжил в первую мировую и намеревался дожить до конца второй. Айрин, разумеется, не возражала. Она сама была заинтригована тем опасным предприятием, на которое согласился Гарольд. Она верила в своего мужа, и, кроме того знала Хикса и вполне доверяла его здравому смыслу и способностям.
72
Delston, Ethel D. Of Love Rememeberecl — Вдова лейтенанта Дэниэла Деккелмэна выразила в этой книге всю печаль и отчаяние. Сведения о миссис Деккелмэн, впоследствии вторично вышедшей замуж, основаны на материале этой книги и нескольких бесед с сыном Деккелмэна, врачом, живущим в Нью-Йорке.
Этель Деккелмэн была элегантной и независимой дамой. Муж и годовалый сын были ее главной любовью, но отнюдь не всей жизнью. Она знала о горячей любви к ней Даниэла, но не понимала его любви к морю. Посвященная в суть предстоящего дела, она презирала ВМС за то, что они подвергают своих людей опасности и очень хотела, чтобы Дениэл получил другое назначение. Однако, ей пришлось уступить неизбежному.
К полуночи в воскресенье 22 марта 1942 года на обоих кораблях все было готово к выходу с верфи на следующий день. Закончились отлучки в увольнение на уикенд. Все находились на борту. Последняя почта должна была уйти с судов в 10:00. В 13:00 23 марта 1942 года «Этик» отдал швартовы и — с помощью местного буксира — начал разворачиваться, направляясь в сторону канала реки Пискатекуа. Мощная приливная волна вынесла его на траверз «Эстериона» до того, как судно успело закончить свой маневр. Мы — Легуен, Нэвилл, Шванер и я — стояли на мостике «Эстериона», ожидая, когда «Этик» освободит пространство для разворота. Хикса на мостике и Деккелмэна с якорной командой на баке было хорошо видно за сотню ярдов.
Когда буксир отцепил канат, Хикс перешел на правое крыло мостика и приказал дать ход вперед на половинной скорости. Затем он повернулся в сторону «Эстериона», с которого мы, четверо офицеров, наблюдали за его отходом, встал по стойке «смирно» и поднял руку к козырьку, отдавая честь. Мы все автоматически тоже приняли стойку «смирно» и ответно отдали честь. Деккелмэн, как и многие из находившихся на палубе «Эстериона», последовали примеру своих командиров. Мы пожелали «Этику» счастливого плавания и удачи. Наши приветствия имели смысл безмолвной демонстрации похвалы и уважения, искренние пожелания доброй охоты, доброй стрельбы и хорошей удачи: а еще содержали молитву о их безопасности и благополучии. Без всякого сомнения, Хикс и Деккелмэн своим жестом отображали такие же чувства — соответственный обмен эмоциями товарищей по оружию перед началом предстоящего дела.
«Этик» двинулся против течения, обогнул мыс Гендерсон Пойнт на острове Сииви и пошел посредине протока длиной в милю до мигающего зеленого буя, где начал поворот направо вокруг Форт-Пойнт. Командир скомандовал, и выполнявший роль штурмана лейтенант Даффи начал наносить пеленги, выдаваемые старшиной Далтоном. Даффи отыскал пеленг на буй «Ганбоут Шоол» — 174°. Хикс приказал рулевому, квартермейстеру второго класса Рою Бэрджессу, держать курс 174°. Когда «Этик» миновал Киттс-Роккс и мигающий красный буй со свистком, Хикс повернул его на 90° и прошел севернее островов Отмели. Вскоре «Этик» скрылся из виду. Часом позже за ним последовал «Эстерион».
К 15:00 23 марта 1942 года оба корабля были в открытом море. Находившиеся на палубе — те, кто имел возможность смотреть на воду, молчать и размышлять — испытывали симптом давнишней притягательности моря. Как писал в своей книге «В море на корабле» Ирвин Энтони: «Чары морской лихорадки охватят его и пронесут его над серыми просторами беспокойных вод». [73]
Приманчивая способность моря, его сильная непреодолимая притягательность, его очарование, которое охватывает каждого настоящего моряка, будь то древний мореплаватель, мчащийся на всех парусах от попутного ветра, или современный моряк торгового флота, ведущий судно по маршруту сквозь туман и непогоду, или наш военный моряк, в час войны покинувший безопасную гавань, чтобы встретиться с неспокойными волнами и другими воинами, жаждущими битвы.
73
Anthony. Dawn to the Sea in Ships.
В середине девятнадцатого столетия Генри Уэдсворт Лонгфелло писал о мореплавателях:
Он презирает сон у дымящихся стропил, Он своим кораблем утюжит яростную глубь, Пусть Повелитель Бурь рычит и ветры воют вслед ему, Он лишь смеется им, И Повелитель Бурь смех этот любит больше сна Многие идут в море, когда их страна призовет в час нужды. Почему?По разным причинам, или вообще без причины, а только из патриотизма. Они тоже с уважением относятся к яростной глуби. Они тоже слышат ревущие шторма, их хлещут воющие ветры, а они ищут и встают лицом к лицу с упорным противником. Но смеются не все. И не все возвращаются.
В Штабе Командующего Морскими Операциями ВМФ, в Вашингтоне, несколько служащих прослеживают движение кораблей. Один из них, после сообщения о выходе из Портсмута двух «таинственных» судов, записал в официальном «Военном Дневнике Командующего Морскими Операциями»: «Ушли по ветру и с надеждой на удачу». [74]
Глава 6
Навстречу судьбе
«Лучшая защита от вражеского огня — это меткий огонь своих орудий»
74
NHC-OA. Военный Дневник Охраны Восточной Морской Границы. Суда-ловушки, 8.
Второго марта одновременно в разных местах началась деятельность, которая должна была в конце концов столкнуть лицом к лицу двух смертельных врагов. Капитан-лейтенант Гарри Хикс из ВМС США находился на военно-морской верфи в Портсмуте, Нью-Гемпшир, на борту 3100-тонного грузового судна «Кэролин», которое после некоторого переоборудования войдет в строй ВМС, как корабль «Этик»; а в тридцати одной сотне миль на восток от этого места капитан-лейтенант Рейнгард Хардеген из подводных сил германского военного флота, стоя на мостике находящейся под его командованием подводной лодки U-123 IXB серии, водоизмещением 1050 тонн, выводил ее из бункера «Кероман 3» в заливе Порта-Луи города Лоран в оккупированной Франции.
Хардеген отправился в Западную Атлантику, чтобы присоединиться к своим когортам в прибрежных американских водах. [75]
Корабли ВМС США «Этик» и «Эстерион» вошли в строй ВМС 5 марта 1942 года. Оба корабля вышли из верфи Портсмута, Нью-Гемпшир, 23 марта пополудни. Хикс отвел «Этик» в восточном направлении 70° западной долготы примерно на расстояние 35 морских миль по курсу, а в 18:00 местного времени изменил курс на 147° в юго-восточном направлении, чтобы миновать мыс Код, Массачусетс. В 23:00 «Этик» лег на обратный курс, уменьшив ход до 4 узлов. Хикс решил дождаться утра, чтобы затем начать круглосуточные тренировки ради достижения образцовой дисциплины и для практики в артиллерийской стрельбе и бросании глубинных бомб. Он понимал, что только его собственная хитрость и искусство его комендоров определят победу или поражение, жизнь или смерть.
75
NARA. Военный дневник подлодки U-123 (Вахтенный журнал) 1 марта 1942 г. Микрофильм Т 1022 2973 (Далее ссылки на военные дневники подводных лодок приводятся сокращенно как Вахтенный журнал и далее номер подлодки. Переводы дневников с немецкого на английский выполнены Фредом Н. Гейлом и автором). Порядок заполнения Вахтенного журнала предусматривал запись в дневник каждые четыре часа с указанием местоположения лодки (квадрат) и через каждые двенадцать часов — указывать направление и силу ветра, состояние моря, облачность, дальность видимости, полное число морских миль, пройденных за последние сутки и от базы, а кроме того, расстояние, пройденное за день в погруженном состоянии. Каждую запись подписывает командир лодки.