Чтение онлайн

— Дориан, ты чего? — толкнула его за плечо Мери.

— Тихо и спокойно посмотри на её татуировку на правом плече.

— Птица и птица. И что с того? — Мери оборвалась на полуслове — Да что же это! Аристократка! Я ведь говорила, что притягиваю беды…

— Жизель д’Мерле, надо полагать? Ты хоть знаешь, что сделает твой отец со всеми нами и с этим селением, когда узнает, что его дочь мертва?! Может даже случится война.

— Догадались всё-таки, — надула щечки вампирка.

— Ты сказал д’Мерле, дружище? Тот самый маркиз д’Мерле из соседнего королевства?! Советник их короля?! Узаконенная нежить?

— Он самый. А это, похоже, его младшая дочь. Попали…

— Почему же «попали», уважаемые господа? — защебетала вампирка, нервно озираясь по сторонам, — Просто подарите мне покой. Какая разница, кто я такая, если не буду сопротивляться?

— Да чего ты вдруг вообще помереть решила! — не выдержала Лили и тут же схватилась за рот.

— Нежить очень могучий, — шёпотом сказал Шрум. — И страшный очень.

— Почему?! А может я не хочу быть «могучим нежитем», и «страшным» тоже быть не хочу, — щебет Жизель теперь больше походил на визг. — Почему я такой появилась на свет? Даже укушенный может выбрать смерть, а мне даже выбора не предоставили! Я просто родилась такой!

Вампирка села на пол амбара, обхватив голову руками и заскулила.

— У моего папеньки в замке был слуга, сын горничной. Ему, как и мне, девятнадцать. Месяц назад он спас из пожара лошадь моей маменьки и папенька предложил ему укус. В знак благодарности папенька отличившимся слугам может пожаловать превращение в вампира. Марсель мог отказаться, но согласился. Папенька же не знал, что мы с ним вместе были… — вампирша замешкалась, но продолжила. — Я его уговаривала, чтобы он остался человеком, но Марсель меня не послушал и сказал, что когда-нибудь состарится и умрёт, а он хочет быть со мной всегда. А папенька потом узнал про нас и очень рассердился. По-настоящему рассердился. Он бы Марселя долго мучил и пытал. Он это умеет. И мы решили сбежать из замка, но на границе с вашим королевством люди папеньки почти нагнали нас в какой-то таверне. И в следующую ночь нас непременно бы схватили. И тогда Марсель сказал, что нужно выйти на солнце и исчезнуть, чтобы, им всем плохо было! Пусть ловят наш пепел! Мы взялись за руки и вместе шагнули на свет. Я в первый раз увидела закат! Было очень красиво, но солнце так сильно жгло и кусалось! А затем Марслеь стал рассыпаться у меня на глазах, пока весь не превратился в пепел. А всё, что от него осталось — это рука, кисть, которую я держала! Потом и она распалась. А со мной было всё в порядке! Жгло только немного кожу и всё! Почему? Ведь папенька запрещал мне выходить на солнце. Почему я не превратилась в пепел? Это я его убила, моего Марселя! А он улыбался мне до последнего, пока не развеялся по ветру…

— Ничего себе! Менестрелька, ты хоть записываешь? Баллада получится — высший сорт! — ляпнула Лили шёпотом.

— Примите наши глубочайшие соболезнования, сеньорита. Но вы хоть понимаете, что, убив вас, мы обречем себя и местных на ужасную медленную смерть? Мы в отличие от вас очень хотим жить. Я уж молчу, что может случится натуральная война между королевствами.

— И вы думаете, что я вас так просто отпущу? Чтобы вы передали всё моему папеньке? Я домой больше не вернусь! Точно, если на вас напасть, вы ведь будете вынуждены защищаться? Если атаковать в полную силу, вы ведь тоже начнёте бить по-настоящему? — голосок вампирки окончательно перешёл с щебетания на вой и скрежет.

Жизель сделала молниеносный выпад. Её кулачек, чуть-чуть дотронулся до Альвареса, а он уже отправился в полет как тряпичная кукла. Грузный фехтовальщик отлетел к стене с дверью, попутно сшибая висевший сельский инвентарь, колесо от телеги, какие-то ящики. Всё это, утащенное за собой южанином, повалилось на него же, завалив сверху.

– [Усиленный выстрел]! — Лили как разведчица, имевшая отличную реакцию, опомнилась первая и запустила стрелу вампирше в голову. [Усиленный выстрел] позволял ценой быстрого износа лука увеличить повреждения дальнобойной атаке и добавить эффект бронебойности. Вот только плевала вампирша на стрелу, которая звякнув об голову, просто отлетела, не причинив Жизель ни капли вреда.

— [Обсидиановый шип]! — Из левой руки Дориана вырос тонкий и острый, в пол метра, каменный осколок, который вонзился в Жизель. Теперь настал её черед отлететь назад. Но прямо в воздухе она сгруппировалась, выдернула прошивший её насквозь осколок, отшвырнув его в сторону, и приземлилась в кучу зерна, на которой недавно сидела. Рана её моментально затянулась.

— Мери, Фрида, хватайте Альвареса, если ещё жив, и тащите его наружу! Лили, прикрывай их и тоже вали!

— Я тебя не брошу! — Мери, не послушав Дориана встала вперёд его, выставив меч по направлению к вампирше. — Ты, я смотрю, парень серьёзный, решил погеройствовать? Так и я не пальцем деланая. Я же авангард!

— Они его не утащат, а у тебя всё равно из брони только ватная куртка!

— Утащат, никуда не денутся. Слышали, девочки, спасайте борова!

— Вот дура! — вместо Дориана ответил Обсидиан.

— Сам дурак! А ты ещё кто такой?

— Сейчас это так важно?

— Нет, конечно.

— Вот и отлично, готовься. Она бросится на тебя. [Обсидиановая броня]!

Мери окружил целый вихрь пепла, вылетевший из левой руки Дориана. Этот вихрь мгновение кружил вокруг мечницы, а затем уплотнился, принимая форму каменной брони, которая теперь красовалась на воительнице. Вместо деревянного щита появился обсидиановый, составивший комплект с доспехами. Мери ошалело осматривала себя, но не препятствовала действию умения.

— Офигеть! Это что, вариант каменной кожи?!

— Ха! А тебе не всё равно? Она нападает!

Мери выставила вперед щит, и не зря. Вампирша дествительно бросилась на неё. Латница встала в защитную стойку и приготовилась держать удар.

– [Крепость]!

Жизель налетела на воительницу. Но не смогла ни повалить, ни даже сдвинуть её с места. Мери устояла, приняв весь удар на щит. В этом ей помогло умение [Крепость], которое придавало бонус броне, дополнительную устойчивость и иммунитет к опрокидыванию её обладателю. Взамен латник не мог сдвинуться с места какое-то время.

Вампирша, тем временем, вцепившись обеими руками в щит, пыталась его вырвать, но пока ей это не удавалось.

— Я долго не продержусь, сделай что-нибудь!

— А зачем надо было лезть вперёд? [Объятья пепла]!

Дориан превратился в серое облако, тенью переместился за спину вампирше, как он проделал до этого с Лили, и, превратившись обратно, резко горизонтально махнул мечем, сжимая его обеими руками. Удар должен был снести ей голову, но Жизель невероятно вывернулась из-под лезвия в последний момент, отскочила на стену амбара, оскалилась и зашипела.

— Она же помирать собралась, какого тролля она увернулась?!

— Ха! В этой кукле уже сознания нет. Это просто зверь на инстинктах. Очень, ОЧЕНЬ опасный зверь. Даже мне с теперешним арсеналом придётся несладко.

— Это всё моё невезение… Это точно моё невезение. А ты хоть кто такой? Как звать-то? И где Дориан?

— Обсидиан. И я всё ещё здесь, — сказал он на разные голоса.

— Вот это, офигеть, раздвоение!

— Когда ты снова сможешь двигаться?

— Обсидиан, она не успеет! — закричал Дориан.

— Без тебя знаю. Вот мелкая гадость! Она может управлять кровью!

Вокруг вампирши стала собираться красноватая дымка. Марево начало разрастаться, грозя заполонить весь сарай. На месте Жизель теперь виднелось туманное красное пятно, в котором можно было различить только горящие глаза.

— Если нас заденет это облако — конец. Придётся сражаться в серьёз, а это чревато…

— Всё, я могу двигаться!