Чтение онлайн

4. Все антияпонские вооруженные силы должны соблюдать и проводить в жизнь приказы коалиционного правительства и объединенного военного совета и, в свою очередь, должны быть признаны правительством и объединенным военным советом. Все военное снаряжение, полученное от союзных держав, должно справедливо распределяться между указанными выше вооруженными силами.

5. Китайское коалиционное правительство признает в качестве легально существующих партий Гоминьдан, Коммунистическую партию Китая и все антияпонские партии 10 ноября Хэрли, гордый своим успехом, сопровождаемый Чжоу Эньлаем и Барретом, возвратился в Чунцин. Чан Кайши отказался подписать документ, одобренный Хэрли. Генералиссимус выдвинул собственные предложения по урегулированию спора с КПК. Об этих предложениях в сугубо секретном докладе Хэрли доложил президенту. Предложения включали в качестве одного из наиболее важных пунктов создание «комитета 3-х» с включением в него представителей Гоминьдана, КПК и американского военного командования «с целью выработки деталей перестройки армии коммунистов в национальную». Предполагалось при этом предоставить американскому офицеру права командования всеми вооруженными силами КПК.

Чан Кайши не ошибся в расчетах. Хэрли, заняв 17 ноября место посла США в Китае, стал склоняться в сторону позиции гоминьдановского лидера. Теперь Чан Кайши снова диктовал КПК свои условия: в число членов национального военного совета можно включить только одного офицера от армии, возглавляемой коммунистами. В высокопарных тонах диктатор изложил и позицию о гражданских свободах, подчеркнув тезис о соблюдении свобод, но с учетом «специфики нужд безопасности».

Баррет, возвратившись в Яньань, убеждал руководство КПК согласиться на новые предложения Чан Кайши. Тоном, не терпящим возражений, Хэрли предупредил Чжоу Эньлая: перед началом какого-либо сотрудничества с США «китайские коммунисты должны принять условия генералиссимуса». Посол оказывал на представителя КПК в Чунцине открытое давление. КПК, согласно новым предложениям Чан Кайши, должна была, по сути дела, передать свои вооруженные силы под контроль Гоминьдана. Разгадать уловку Чан Кайши не представляло особого труда.

Чан Кайши вместе с американскими дипломатами предприняли ряд политических маневров. 20 ноября 1944 г. на заседании ЦИК Гоминьдана принимается решение о реорганизации гоминьдановского правительства. Из состава правительства выводится прояпонски настроенный военный министр Хэ Инцин. Генерал Чэнь Чэн занял его пост. Пришлось покинуть пост министра финансов и Кун Сянси — слишком уж одиозной фигурой выглядел этот родственник Чан Кайши. Вице-министр финансов Ю Хуньчунь стал министром финансов. Расстался с должностью министра просвещения Чэнь Лифу, передавший свои обязанности президенту Китайской академии — Чжу Цзяхуа.

Реорганизация походила на косметическую операцию. Хэ Инцин остался начальником генерального штаба, Чэнь Лифу — заведующим орготделом ЦИК Гоминьдана, Кун Сянси — заместителем председателя Исполнительного юаня и, как и прежде, проводил финансовую политику. Раздавались и резко критические голоса по адресу Чан Кайши: если гоминьдановское правительство низведет Китай до положения второстепенной дер жавы, комментировал 21 ноября 1944 г. происходящее Поль Шуберт, то события могут привести «к замене Чаь Кайши таким руководителем Китая, который способен сделать нечто большее из этой великой и гордой страны».

Когда в феврале 1945 г. американский дипломат Ладден вернулся в Чунцин из длительной поездки в освобожденные районы, то сразу же направился к сменившему Стилуэлла на посту главного военного советника Чан Кайши генералу Ведемейеру. Он доказывал необходимость более гибкой военной политики и предлагал, вслед за своими коллегами, использовать вооруженные силы КПК против Японии. Генерал попросил подготовить письменный доклад, поскольку собирался в Вашингтон и нуждался в информации. Доклад, естественно, самым непосредственным образом касался судьбы Чан Кайши. Времени оставалось в обрез, и Ладден с помощью Сервиса срочно написал меморандум, содержащий, кроме прочего, и идею привлечения на свою сторону всех китайских сил, способных оказать содействие союзному делу — разгрому Японии.

В феврале американское посольство в Чунцине во время отсутствия Хэрли приняло решение отправить в госдепартамент документ о положении в Китае. В документ должны были войти идеи Сервиса и Ладдена. Все ведущие сотрудники посольства с воодушевлением взялись за подготовку материала, тщательно обсуждали каждое его слово. Пять дипломатов поставили свои подписи под докладом от 28 февраля. В результате коллективного творчества родилось предложение от имени президента информировать Чан Кайши о том, что «военная необходимость требует от США снабжения коммунистов и сотрудничества с ними, а также с другими группами, которые могут способствовать проведению военных действий против Японии», и что предпринимаются «непосредственные шаги для достижения этой цели». Документ содержал составленную в категорической форме рекомендацию: методы и средства осуществления китайской политики США должны быть вырваны наконец из рук Чан Кайши. Эти предложения, по замыслам авторов, имели целью подтвердить отсутствие у США обязательства безоговорочно поддерживать Чан Кайши. Детали плана военного сотрудничества с КПК держались в строгом секрете.

Но в Вашингтоне прислушивались к советам Хэрли а Ведемейера. По указанию президента авторы документа были отозваны из Китая, чтобы впоследствии предстать в качестве обвиняемых перед комиссией по расследованию антиамериканской деятельности.

Американские политические деятели типа Дж. Сервиса исходили из того, что чанкайшистское правительство безжизненно даже с американской помощью. Только вооруженная интервенция могла спасти Чан Кайши, на что США не могли пойти. Кадровые дипломаты, так же как и Хэрли, задумывались над перспективой создания коалиционного правительства с включением в него коммунистов, однако с существенным дополнением; военное снаряжение, отправляемое в армию, находящуюся под контролем КПК, должно было способствовать укреплению политического контакта США с китайскими коммунистами и изоляции их от Советского Союза. Однако попытки оторвать КПК от СССР подавляющему большинству американских политиков казались тогда бессмысленными. Спустя почти четверть века после этих событий Дж. Сервис обвинил Хэрли в содействии развязыванию гражданской войны в Китае.

Дискуссии в США вокруг вопроса, на какую лошадь ставить в Китае, продолжались. Чан Кайши все время напоминал американцам, что он — это «проамериканский, демократический» Китай, что США нужно бояться поражения его режима. Американские деловые круги обращали свои взоры к обширному китайскому рынку. Уже осенью 1944 г. сообщалось, что Дюпоны, некоторые другие промышленные группы, судоходные компании, «Бэнк оф Америка» приобрели четырехмильную полосу на тихоокеанском побережье для строительства доков, намеревались купить 100 судов, готовясь к обширной торговле с Китаем.

Чан Кайши и его соратники, озабоченные туманными перспективами своего положения в стране, отходили от установок, которые так усердно отстаивались автором книг «Судьбы Китая» и «Китайская экономическая теория». Прагматизм Чан Кайши со всей очевидностью проявил себя, когда гоминьдановцы стали искать всевозможные средства, чтобы как-то поощрить американскую деятельность в Китае. Еще в декабре 1944 г. Сунь Фо в своей речи в Чунцине по вопросам экономической политики Китая сообщил о решении гоминьдановского правительства «открыть доступ иностранному частному и государственному капиталу» во все отрасли китайской промышленности. Политические деятели США, в том числе американские специалисты по Китаю, реально оценивая ситуацию, показывали всю иллюзорность планов широкой экономической экспансии в эту экономически отсталую страну: в условиях существующего землевладения в Китае не может быть приемлемого рынка для товаров современных промышленных предприятий. «Затевать такие далеко идущие предприятия, как проект гидросооружений на реке Янцзы, — отмечалось по этому поводу в американском журнале «Амерэйша», — в сегодняшнем Китае, когда земельная система еще не модернизирована достаточным образом, чтобы обеспечить потребителей продукцией этих сооружений, означает ставить телегу перед лошадью».

По мере того как в Вашингтоне росли надежды на вступление Советского Союза в войну на Тихом океане, усиливалась там и тревога за судьбы разлагавшегося режима Чан Кайши. 4 января 1945 г. государственный секретарь Стеттиниус докладывал Рузвельту: «Чан Кайши оказался перед дилеммой. Коалиция будет означать конец консервативного господства Гоминьдана и предоставление возможности для более сильных и популярных коммунистов распространить свое влияние там, где контролирует Гоминьдан. Провал переговоров с коммунистами, которые с каждым днем набирают силу, создает опасность неизбежного падения Гоминьдана». Любые планы США в Китае предполагали сохранение режима Чан Кайши. «При всех недостатках, — признал однажды Ф. Рузвельт, — нам придется опираться на Чанов».

Вслед за назначением генерала Ведемейера командующим китайским театром военных действий были предприняты усилия с целью остановить японское наступление.

В Китай хлынули американские военные, дипломаты, промышленники; правительство США не скупилось на подачки Чунцину. Но все это было напрасной тратой сил и средств. Гоминьдан продемонстрировал свое политическое бессилие, спасти его могло лишь чудо в виде прямого иностранного вмешательства. На это Вашингтон не мог решиться — не позволила международная и военно-политическая обстановка.