Судьба
Шрифт:
В приподнятом настроении вернулся в салон. Пристегнулся, и только после этого мы тронулись. На этот раз ехали не в пример осторожнее, хотя Мисато все равно посматривала на часы, и опасливо косилась на телефон. Торопится, значит. Ну а я… я достал каким-то чудом уцелевший плеер, нашел свой любимый трек, и стал слушать трогательную историю Краузера 2 об убийстве своих родителей… мечты-мечты… насколько я знаю Гендо, встречать он меня будет при охране человек в пять, либо спрятавшись за бронированным стеклом. И не потому-что я могу что-то сотворить с его тушкой, а потому-что не имеет желания он общаться со мной напрямую. Я это хорошо понял, хоть и не сразу. Хотя наверняка он вдобавок боится того что я бы мог сделать, ибо врезал бы я ему с удовольствием, и плевать на последствия! Но такой возможности у меня скорее всего не будет. Внезапно мне что-то падает на колени. Избавляюсь от наушников, и вопросительно смотрю на Кацураги.
– Ознакомься. –кивает она вниз, не отрывая взгляд от дороги.
Опускаю взгляд вниз. Папка с бумагами. Герб какого-то NERV. И девиз на английском – «пока бог на небе, на земле все спокойно». Примерный перевод, за точность не ручаюсь. Открываю папку, и просмотрев по диагонали несколько страниц, закрываю ее, и бросаю на заднее сиденье.
– Синдзи-кун?
– Раз в этом институте глава – мой отец, читать ЭТО считаю бесполезным, и даже более того – вредным. Для мозгов. –меланхолично поясняю я.
– Похоже, ты не очень ладишь со своим отцом?
– Он меня бросил сразу после смерти мамы, десять лет назад. Выслал в захолустье, в котором жил какой-то его родственник, и забыл про меня. Так что да, мы «не ладим».
– Ну… он все-таки твой отец. –искоса посматривая на меня, сообщает Кацураги мне.
– Биологический. –уточняю я. И чуть помедлив, уточняю еще кое-что очень важное, на мой взгляд.- Настоящих родителей у меня нет, и не было.
Мисато притормаживает перед каким-то гаражом, кидает на меня странный взгляд, и въезжает внутрь. Доезжает до странного вида платформы, заезжает на нее. А затем платформа уходит под землю, вместе с нами, и начинает двигаться.
– Этот лифт доставит нас в геофронт всего минут за десять. –откинувшись на сиденье, говорит она мне. И чего привязалась?
– Угу. –киваю я.
– Синдзи, а ты никогда не думал, что ему пришлось так поступить? –продолжает свои попытки добраться до моего мозга Кацураги.
– Думал. Было несколько лет, когда я думал что если стану лучше, то он поймет какой я хороший, приедет и заберет меня. Слушал дядю с тетей, был аккуратным беспроблемным мальчиком, и прилежно учился.
– И? –тянет она. Сначала я ее не понимаю, но потом до меня доходит, и я заканчиваю:
– Конец истории. Позже понял, что это было глупо.
Неловкая тишина, которую прерывает Мисато, задавая очередной «взрослый» вопрос.
– А… ну скажем, в каком ты классе? И как учишься? Не расскажешь?
Судя по ее лицу, она и сама понимает, что спросила глупость но приходится отвечать, она же не виновата что у меня такое «жизнерадостное» настроение последние лет десять. Хотя она меня… уже достала. А значит скорой мой мерзкий характер проявится во всей красе…
– Ходил в девятый. –тем временем отвечаю я.
– Ну а какие оценки получал? Ты же не заучка!?
Как… фальшиво…
– Никакие. Я просто посещал школу. Экстернатом я закончил ее четыре года назад, и с тех пор просто туда ходил, ибо заняться в деревне было просто нечем.
– Закончил школу, учась в пятом классе!?
– Ну да, я же говорил, что прилежно учился. Это помогало не думать. А после того как закончил, выяснилось что отправлять меня в колледж никто не собирается, пока я не подрасту. Так что смысла в этом не было никакого. –пожимаю я плечами.
– Ну не скажи, получается, что ты у нас вундеркинд! –с улыбкой глядя на меня, выдает она.
– Во-первых, не у вас, а у нас, в смысле у меня. А во-вторых - не имеет значения.
В этот момент мы выехали из туннеля, и оказались в том самом геофронте. Что я могу сказать о нем? Громадно, нелепо, глупо, и… красиво. Очень красиво. Залитые солнцем леса, вода, кажущаяся золотой, здания, свисающие с крыши, эдакие небоскребы наоборот. И в центре всего комплекс зданий в виде пирамид. Внизу, то есть на земле.
– Ну как тебе? –гордо, будто сама все это построила, интересуется девушка.
– Неплохо… -нехотя признаюсь я.
– Всего лишь!? Да я когда увидела, от восторга неделю как девчонка скакала!
– У нас разный уровень эмоционального восприятия действительности, основанный на разнице в интеллектуальных возможностях. –прищурившись, поясняю я ей.
– Так, насколько я поняла, это ты меня сейчас так дурой обозвал!?
– Ну что вы, Кацураги-сан, конечно же н… хотя… наверное, все же ДА. –чуть поразмыслив, признаю что она права.
– Мелкий, не боишься что я сейчас тебе уши надеру? –рычит она в ответ.
Молча открываю дверь, и смотрю вниз.
– Злая вы… уйду я от вас…
Кацураги побледнев, с ужасом смотрит на меня.
– Не дури… захлопни дверь…
– Хорошо!
Хлопаю дверью.
– Идиот! А если бы ты свалился!?
– Заполнить вам пару отчетов бы пришлось.
– Идиот, ты что, смерти не боишься!?
– Боятся, когда есть что терять.
Сняв часы, демонстрирую шрамы на запястье.
Кацураги бледнеет снова.
– Ты… себе вены резал?
– Да.
Снова тишина. Которую снова прерывает Кацураги.
– Зачем же ты тогда живешь? Если тебе терять нечего?
– Мне… просто интересно. Что будет дальше? И поэтому я ставлю на судьбу.
– Ставишь на судьбу?
– Да. Перейти дорогу на красный свет, с закрытыми глазами. На спор пройти по парапету крыши. Идти от вертолета, гадая о том, когда взорвется боекомплект - до того как я отойду подальше, или раньше. Ставлю на судьбу.
– Ты не идиот.
– О, вот как? Спасибо. –признательно киваю я.
– Ты хуже, ты просто псих! Надо будет тебя нашим психиатрам показать.
– Хорошо. –в который уже раз за сегодня киваю я.
Еще один взгляд, только на этот раз… жалостливый. Поэтому просто отворачиваюсь, размышляя о том, почему же я столько о себе рассказал фактически первому встречному. Или просто накипело, и надо было выговориться? Наверное, так оно и есть. Размышляя, пропустил момент остановки. Привело в чувство меня прикосновение к плечу.