Чтение онлайн

— И кто я? — молодой человек старался не разглядывать собеседника, чтобы не портить аппетит, налегая на чудесно приготовленное блюдо. На столе также имелось подобие свежих овощей, лепёшки, соус собственного приготовления… Повар, а не анатом.

— Полагаю, вы нормализатор. Тот, о котором жужжит весь Хаосум. Ж-ж-ж-ж — это жужжание я слышу уже несколько недель, но только сейчас я получил стопроцентное подтверждение слухам. Но я на вашей стороне! Я помогу со всем, что будет необходимо. Норы не пойдут за таким как я, а нейтральные территории тем более. Я предпочту образ серого кардинала, преследующего собственные цели в этой игре. За то вознаграждение, которое обозначил заранее. Ну как, идёт?

— А за мной Норы, значит, пойдут? — Евклид, доел и откинулся на спинку деревянного стула, отметив про себя удобство привычной мебели в отличии от каменной.

— Человек, похожий на человека. Нормализатор, несущий знание. Один против всех. Звучит вдохновляюще, как мне кажется. Но решать и действовать тут не мне, а вам.

— Как сделать так, чтобы Норы поддержали меня? — прищурился Евклид.

— Норам нужен герой. Герой-человек вполне подходящий вариант, ведь большинство здешних обитателей демоны, причём весьма разного пошиба. Демоны не любят подчиняться демонам, они такие эгоисты! — он смеясь ткнул вилкой в Тимофея с Эннор. — А ещё нас, обитателей Нор, много. Так много разумных, пусть и разных существ в одном месте, идеальная армия! Осталось только убедить ещё парочку влиятельных фигур здешних мест и дело в шляпе. Я устрою вам встречу.

— Кто такой Ваджра? Лори рассказывал про него.

— О, Ваджра — легенда этих мест. — Выглядит как дряблый старик, но могущественен словно бог, если верить слухам. Артефакт и живая сущность в одном лице. Не знаю уж как так вышло, но факт есть факт. Ваджра живёт в Норах и хранит наш покой, выходит поближе к краю редко. Он как раз один из тех двоих, с кем здесь следовало бы пообщаться. И лучше бы он был на нашей стороне, встретившись с ним включи весь свой дар убеждения. Что касается его мифических способностей, о них я ничего не могу сказать, говорят многое, но в деле не видел никто.

— А второй кто?

— Киллуб Хранительница Нор. Она женского… Хм… Пола, ну или самка, кому как удобнее. Демон, похожа на двухголовую жабу. Говорят её невозможно убить. Живёт здесь давным-давно. Старейший житель этих мест. Однажды я помогал ей с одним деликатным дельцем, касательно её тела, регенерация этого существа действительно поражает. С ней считаются вообще все в Норах, особенно те, кто не верит ни во что, кроме силы. У Киллуб скверный характер, но в целом она ничего.

«Что думаешь, Тимофей? Мне не очень нравится Бракус, но…»

«Какой у нас выбор, хозяин? За Норами теперь наверняка следят, причём все фракции одновременно. Возможно, там наверху, за тебя разгорелась настоящая война. Как мы вдвоём можем противостоять силам наверху без собственной армии?»

«Я тоже чувствую себя пешкой на этой доске. Мелкой фигурой, которую разменивают на статус и земли. Причём те, кто играет на уровне выше, вроде Маркуса, кто они такие? Обычные болваны, назначенные властителями по праву рождения. Время стать королевой… Точнее ферзём».

— По рукам, Бракус. Ты поможешь мне с созданием армии и в случае нашей победы, получишь желаемое.

— Отлично, Евклид! — анатом обогнул стол и протянул молодому человеку левую, человеческую руку для пожатия. — Но мне нужно убедиться, сами понимаете. Будьте любезны, покажите мне нормализацию в действии, это будет небольшой подарок мне, а я в свою очередь преподнесу вам свой.

— Вы предусмотрительны, господин анатом! Напишите какое-нибудь заклинание, которым пользуетесь каждый день на листе бумаги.

— Заклинание… Хм… Да, есть такое! Я хочу, чтобы огонь в моей небольшой печурке разгорался побыстрее, мне приходится часто топить её… — анатом взял ручку и кривым почерком вывел несколько строк. — Никак не научусь писать левой достаточно хорошо! Не думал, что это займёт так много времени!

Евклид взял листок бумаги и спустя минуту вернул владельцу, исчерченный новыми символами.

Бракус побежал глазами по строчками и пламя внутри его печи разгорелось ярче.

— Потрясающе! И удивительно быстро! С вами Норы действительно смогут достичь иного уровня развития. А теперь моя очередь! Пройдёмте за мной, я покажу вам свой подарок.

Они встали из-за стола и прошествовали за хозяином дома в дальнюю часть его норы. Там обнаружилась ещё одна дверца, которая свернулась вверх, впуская гостей.

— Прошу вас, будьте сдержанны, друзья! Для неподготовленных, некоторые вещи в этой комнате могут показаться весьма шокирующими.

Бракус не обманул, пространство за дверцей напоминала лабиринт из небольших коридорчиков с нишами, в которых, словно в музее, были выставлены образцы «творчества» анатома. Евклид вспомнил, что в детстве посещал кунсткамеру — место, где собраны различные биологические аномалии или попросту уродства. Так вот «комната за шторкой», как назвал музей Бракуса Евклид, в разы превосходила кунсткамеру градусом сумасшествия. В первую очередь потому, что большинство экспонатов были живыми.

Молодой человек уже привык к тому, что демоны могут выглядеть очень специфично, но здешние существа поражали воображение. Евклид пожалел, что согласился перекусить, его мутило от того, что он видел вокруг.

На одной из «витрин» копошился странный червь, который вцепился мелкими острыми зубами в свой же собственный хвост и медленно втягивал его в себя, пожирая. «Хорошо, что он находится за стеклом» — подумал Евклид.

— Интересный, да? — окуляры Бракуса переливались, отражая свет немногочисленных лампочек. — Я назвал его «кольцевик», он пожирает себя и параллельно регенерирует и этот процесс никогда не прекращается, хоть и непрерывно доставляет ему страдания. Самое удивительное, что кольцевик относительно разумен. Он понимает, что наносит себе увечье, но его злость к собственному хвосту настолько сильна, что он готов мириться со всеми неудобствами. Благодарит меня за то, что я держу его здесь и ему никто не мешает. Мечтает, что когда разделается с хвостом, превратится в крылатую бабочку и улетит прочь. Но это, как вы понимаете, вряд ли когда-то произойдёт.

— А вот ещё, посмотрите! — метнулся к следующему террариуму Бракус, — это «ябеда», но не обычный. Это «ябеда-камикадзе». Он разгоняется и со всей мощи врезается в металлическую пластинку, сплющивается и падает без чувств. Потом просыпается и летит к противоположной пластинке. Он делает это настолько точно, что по нему можно часы сверять. Видите циферблат наверху? Уверяю, что количество вмятин на пластинах точно соответствует минутам на часах. Только пластины надо менять периодически, изнашиваются.

— А это вот, человек…

Евклид вздрогнул. Анатом показал на лежащее тело мужчины, покрытое неким подобием мха. Тело лежало без защитного колпака и местами было покрыто тянущимися сквозь отверстия в теле отростками, вроде инопланетных грибов. Живая клумба.

— Симбиоз человека и гриба. Не трогайте, руками, пожалуйста, ему это не нравится. Василий Семёнович. Мы познакомились лет пятьдесят назад. Два человека в Норах, когда-то мы были почти друзьями. Людям психологически сложно оставаться в таких закрытых пространствах, я ушёл в науку, а Вася пристрастился к наркотическим веществам. У нас тут растёт мох, да и вообще много чего галлюциногенного… В конце концов, тело его загнило заживо, но никак не хотело умирать. Тем не менее, прервать жизнь ему не позволяла религия и он умолял меня найти способ избавить его от страданий, не убивая. Я избавил, теперь ему хорошо. Главное поливать периодически. Он взял стоящую рядом игрушечную пластиковую лейку розового цвета и показательно увлажнил своего старого приятеля.