Чтение онлайн

По силе влияния на дальнейшее развитие тарика особое место среди суфиев раннего времени занимает Абу Мадйан Шу'айб б. ал-Хусайн (1126-1198)67. Он родился неподалеку от Севильи и юношей перебрался в Фес, где его привлек мистический Путь. Он был посвящен Мухаммадом ад-Даккаком и Абу Йа'азза (ум. 1176). Последний был неграмотным бербером, не говорившим по-арабски. Он совершил паломничество и ездил по Ираку, где встретил Ахмада ар-Рифа'и, с которым его связали узы братства и сверхчувственный контакт68. По возвращении он поселился в Бужи (Биджайе). Популярность его учения вызывала зависть и противодействие альмохадских улама, в результате ему было велено явиться в столицу Марракеш и отчитаться в своей деятельности, он умер дорогой в деревне 'Уббад (предположительно одном из центров "посвященных") около Тлемсена.

Несмотря на то что независимый мадйанитский Путь ведет свое происхождение непосредственно от Абу Мадйана и что он был наставником суфиев западного ислама XII в., с его именем было связано сравнительно небольшое количество таифа. Часть его духовных сыновей и внуков обосновались в Египте и прославились там69. Среди них были Абу-л-Хаджжадж Йусуф, бывший таможенный чиновник, основавший завийу в Луксоре в развалинах храма Амуна, в которой он и умер (642/1244). Его мавлид стал самым популярным в Верхнем Египте70.

Вторым знаменитым последователем Абу Мадйана был учитель Абу-л-Хаджжаджа, 'Абдарраззак ал-Джазули, который поселился в Ахмиме в завийе, приписываемой Зу-н-Нуну, а затем в Александрии, где он и похоронен. Среди других западных суфиев, обретших подлинную духовную родину на Востоке, были андалусец Ибн ал-'Араби (ум. в Дамаске, 638/1240), Ибн Саб'ин (ум. в Мекке, 669/1270) и его ученик поэт Шуштари (ум. 668/1269, около Дамиетты), мадйанит по мистической атрибуции, автор коротких стихотворений мувашшахат, исполнение которых во время шазилитских хадра продолжается и по сей день71. В Иерусалиме, неподалеку от Баб ас-Силсила Харам аш-Шариф, до сих пор существует завийа, основанная внуком Абу Мадйана.

Мистический Путь Абу Мадйана был развит его учеником 'Абдассаламом б. Машишем (ум. 625/1228), а выдающийся ученик последнего Абу-л-Хасан 'Али аш-Шазили создал тарику шазилийа, которой суждено было стать самой известной в Северной Африке, от Марокко до Египта, и приобрести также последователей в Сирии и Аравии.

Этот Абу-л-Хасан, родившийся в 593/1196 г. в деревне Гумара далеко на западе, получил свою первую хирку от Абу 'Абдаллаха б. Харазима (ум. 633/1236), ученика Абу Мадйана. Он отправился в 615/1218-19 г. на восток, где его привлекла мистическая школа рафи'итов, и избрал Абу-л-Фатха ал-Васити своим шейхом (618/1221-22). Он был одержим идеей поиска столпа вселенной (кутб)72, и Абу-л-Фатх велел ему возвратиться на запад, чтобы обрести его. Вернувшись, он наконец нашел то, что искал, в лице 'Абдассалама б. Машиша из Феса, "подготовившего его к вилайа"73. Позднее по совету 'Абдассалама он покинул Марокко, чтобы вести аскетическую жизнь в пещере около ифрикийской деревни Шазила, от которой и происходит его нисба. Время от времени Абу-л-Хасан отправлялся в путешествия с целью учить и проповедовать, чем вызвал враждебность тунисских улама. Наконец преследования стали настолько сильными, что он, несмотря на поддержку султана Абу Закарийа ал-Хафси, был вынужден укрыться в Египте, где пользовался большой славой не только среди народа, но, как это ни удивительно, даже среди 'улама. Он каждый год непременно совершал хаджж. Возвращаясь после одного из таких паломничеств, он умер в Хумейре на берегу Красного моря в 656/1258 г.74.

Мы уже говорили о том, что обычно почти невозможно пробиться сквозь туман религиозных легенд к сокрытой за ним подлинной человеческой личности. До нашего времени дошло несколько писем Абу-л-Хасана, свидетельствующих о большой человечности этого шейха, руководителя верующих во время паломничеств, поглощенного религией, но не оставлявшего при этом забот о материальном благополучии своих последователей. Письма эти, кроме того, помогают нам понять, каким образом он, а также лидеры других тарика могли стать вдохновителями устойчивых систем. Эта корреспонденция мне недоступна, но о ее ценности я могу судить по свидетельству П. Нвийа:

"Эта переписка показывает, что Шазили помимо глубоких знаний в суфийском учении восточных авторитетов личным опытом постиг духовные ценности. И если он умел вдохновить своих учеников, то достигал этого не столько элементарной проповедью суфизма, сколько своими необыкновенными качествами религиозного наставника, как это явствует из его писем. Хотя он и не создал философской системы, но обладал качествами высокой духовной проницательности и знал, как следует извлекать из своего опыта все то, что ценно для других людей"75.

Будучи шайх-саих, или "бродячим аскетом", Абу-л-Хасан сам не посвящал своих учеников в определенную систему правил и обрядов, но его учение поддерживалось его учениками. В частности, один из них, Абу-л-'Аббас Ахмад ал-Мурси (616/1219-686/1287), андалусец по происхождению, присоединившийся к его кружку в Александрии, считался его преемником, и для него был построен рибат с мечетью. Своим существованием шазилитская тарика обязана именно ал-Мурси и преемнику последнего Таджаддину б. 'Атааллаху 'Аббасу (yм. в Каире, 708/1309)76, который составил биографии и сборники изречений Абу-л-Хасана и Абу-л-'Аббаса77, а также собрал их аврады. Ученики распространяли мистический Путь Шазили в разбросанных на большой территории и не связанных между собою завийа. В Ифрикии его имя не было предано забвению благодаря стараниям небольшой группы учеников, с которыми Абу-л-Хасан поддерживал переписку после того, как он был вынужден покинуть страну78. Египетской ветвью шазилийи была вафаийа, основанная Шамсаддином Мухаммадом б. Ахмадом Вафа' (703/1301-760/1359)79, сын которого 'Али (761/1357-807/1404) стал одной из самых крупных фигур в египетском суфизме. Вафаийа распространилась в Сирию80, а в Египте дожила до нашего столетия.

Благодаря трудам Ибн 'Атааллаха шазилитская доктрина мистического Пути приобрела популярность в Магрибе, отвергнувшем ее создателя. Однако этот Путь так и остался индивидуалистической системой, близкой учению маламати (хотя об этом никогда не говорилось), делающей упор прежде всего на внутреннем совершенствовании человека. Шазилиты не носили особой одежды (начиная с этого времени исчезают все упоминания об облачении в хирку) и не поощряли простонародные культы. Как уже говорилось, слово факр (бедность) не означает жизнь, полную лишений, или абсолютный отказ от обычной жизни, а скорее определяет внутреннее состояние. Мы снова возвращаемся к этому вопросу, чтобы показать отличие религиозного движения, затронувшего каждую семью в Магрибе, от шазилитского движения XV в., сильно способствовавшего распространению силсила Абу-л-Хасана81.

Царствование первых Маринидов в Марокко (правление всей династии продолжалось с 1195 по 1470 г.) и первых Хафсидов Ифрикии (1228-1534) ознаменовалось расцветом западного суфизма. Подобно Сельджукидам на востоке, Мариниды и Хафсиды сооружали медресе, оказывали покровительство суфийским наставникам и их завийа. Маринид Абу-л-Хасан, захватив в 1337 г. Тлемсен, содействовал расширению крупной обители возле гробницы Абу Мадйана, построив там мечеть, медресе, общественные бани и служебные помещения. Так фикх и тасаввуф стали мирно уживаться рядом. В Магрибе, равно как и в Нилотском Судане, суфизм вошел в число регулярно преподаваемых предметов, встав в один ряд с юридическими науками. Такое положение составляет контраст с арабским Ближним Востоком в целом, где классический суфизм только терпели.

Вполне понятно, что основная преемственная мадйанитская традиция в Магрибе существовала независимо от шазилитской, которая в те времена была скорее египетской, чем магрибинской, поскольку известна она была только в Тунисе и, медленно распространяясь в западном направлении, так и не стала популярной до возрождения в XV в. Ал-Васити, писавший свои сочинения в Ираке примерно в 1320 г., называет учение мадйанитов тлемсанийей82; связанные с ним завийа взрастили зерна, давшие начало народному движению. Ибн Кунфуз в труде "Унс ал-факир", созданном в 1385 г. и посвященном главным образом жизнеописанию Абу Мадйана, упоминает83 шесть таифа, находившихся в Западном Марокко. Магирийун ведет свое происхождение от Абу Мухаммада Салиха б. (Йансарана) Са'ида ал-Магири (ок. 550/1155-631/1234), ученика Абу Мадйана, который провел двадцать лет в Александрии, затем возвратился в Марокко, чтобы основать рибат в Асфи, и способствовал оживлению паломничества к святым местам. Он написал "Талкин ал-вирд" и много претерпел от враждебности факихов84. В конце VII-VIII вв. его орден переживал состояние разброда, и один из его потомков, Ахмад б. Ибрахим ал-Магири, составил жизнеописание шейха под названием "Ал-минхал ал-вадих" с целью уберечь имя учителя от обвинений в предосудительных нововведениях (бид'а), которые предъявляли ему маликитские фанатики, а также для того, чтобы изложить суть своих карамат, т. е. проявлений милости Божьей.

Другие, явно берберские группы включали шу'айбийун, происходящих от Абу Шу'айба Айуба б. Са'ида, святого-покровителя Азаммура (ум. 1165) и одного из учителей Абу Йа'азза; хахийун, ведущих происхождение от Абу Закарийи Йахйи ал-Хахи; гамматийун (или агматийа) или хазмирийа, ведущую начало от Абу Зайда 'Абдаррахмана ал-Хазмири (ум. 1307); группу Бану Амгар, известную под названием санхаджийун с центром в рибате Тит-ан-фитр, основанную около 1140 г.; и группу худжжадж, членами которой могли стать только совершившие паломничество в Мекку.