Чтение онлайн

Я прочла все, подписала и довольная говорю:

— Мне было очень приятно сотрудничать с вами, компенсацию мы выплатим Маше и вам. Наконец-то скоро моя жизнь вернеться в свое русло! — сказала я.

Мы вышли из клиники, вызвали такси и поехали.

В машине мама на меня посмотрела взглядом полные презрения:

— Что мама? — не выдержала я.

— Ничего, просто смотрю, какого монстра я вырастила.

— Не нравиться, не смотри! — ответила ей.

Дальше мы поехали в полном молчании. Осталось дождаться Олега и все ему рассказать. Не забыв при этом играть расстроенную себя.

Олег

Я долго ждал эти две недели, с Мариной был ласков, если б не это, то даввно б были б с ней в Германии на обследовании, а может даже уже и на лечении.

Сижу в офисе и проверяю статью, которая пойдет на развороте журнала. Вдруг зазвонил телефон, смотрю, это Ольга Сергеевна.

— Я слушаю, здравствуйте!

— Олег, добрый день! У меня для вас плохие новости. У плода выявлена патология, нужно делать искусственные роды. Марина уже в курсе, она была у меня и подписала отказ от ребенка и разрешение на искусственные роды, теперь осталась только ваша подпись, — говорит она.

У меня после этих слов все внутри сжалось. Ведь была надежда, была! Как я скажу это Маше.

— Простите, Ольга Сергеевна, а Маша в курсе?

— Нет, не в курсе, но мы ее оповестим заранее. Вы когда подъедете на подписания договора? — спрашивает меня.

— Завтра, сегодня не могу и просьба, ничего не говорите Маше, я сам завтра ей все скажу.

— Как скажете, всего доброго, — и она повесила трубку.

Я обхватил голову руками и сильно сжал ее… За что мне такое испытание!

Ладно, надо как-то отработать этот день, будем решать проблемы по мере их поступления. Бедная Маша. Мне же еще завтра нужно ей сказать, что развода не будет с Мариной из-за ее болезни.

В кабинет заходит мой зам — Игорь:

— Ну, что Олег, как статья?

— Игорек! Я не могу нормально работать, может поработаешь за меня? А? Доплачу тебе если что, — говорю ему.

— Опять проблемы? — спрашивает меня.

— Да, не могу спокойно работать и еще, скорее всего на днях куплю в Германию билет, так что будь готов встать у руля.

— Окей! — сказал он.

Я встал, мы пожали друг другу руки и я вышел из кабинета. Нужно ехать домой.

Марина

Ксения на ужин приготовила мою любимую творожную запеканку с персиками. Как же домашняя еда отличается от больничной! Брр! Как вспомню, так вздрогну. Сидим на кухне я и мама.

— Дочка, ты все обдумала? — спрашивает меня.

Я ем запеканку с таким нереальным наслаждением, будто ее тысячу лет не ела, прерываюсь от еды, смотрю на нее и выдаю:

— Мама, ты вообще переживай за меня, а не за нее. Ты должна быть на моей стороне. Уяснила?

В этот момент приходит Олег и я становлюсь снова милой и ласковой. Встаю из-за стола и иду ему на встречу.

— Дорогой, я так рада, что ты вовремя пришел! Ксения такую вкусную запеканку приготовила!

Пытаюсь его поцеловать, но он позволяет только себя обнять и обнимает меня.

— Я голоден, буду.

Я бегом беру дополнительные приборы и тарелку для Олега. Он садится рядом и мы в полной тишине продолжаем ужин. Мама успела уйти за это время, оставив нас одних.

— Марина, мне завтра в клинику нужно, ты знаешь по какому поводу, это во-первых, а во вторых послезавтра мы уезжаем в Германию лечиться и отдыхать, — говорит он.

Я улыбаюсь, давно мы не отдыхали с Олегом, а это еще и дополнительно нас сблизит.

— Как скажешь, Олежек!

В этот момент зашла на кухню мама, она на нас смотрит и улыбается:

— Ой, я пойду. Приятного аппетита!

— Олег, мне очень жаль, что так получилось с ребенком, — говорю я, делая полное печали лицо.

— Видно такая моя судьба… Ладно, не переживай, все будет хорошо, — он встает из-за стола.

— Олег, давай в саду поговорим, погуляем? — останавливаю его я.

Он посмотрел на меня без тени улыбки и сказал:

— Марина, я очень устал, а завтра еще собираться нужно к вылету.

И оставил меня одну на кухне.

На следующий день Олег пришел после клиники сам не свой и закрылся в своем кабинете. Я же пошла собирать вещи и ликовала, что как мы вернемся домой, в нашей жизни больше не будет Маши, что у нас должно все вернуться как было, хотя придется снова завоевывать доверие Олега. Но я же смогу? Должна!

Олег

Сижу в своем кабинете, пью коньяк и вспоминаю, как я пришел в эту клинику, как подписал разрешение на искусственные роды, но самое сложное, это был разговор с Машей.

Как вышел из кабинета Ольги Сергеевны, я набрал Машу:

— Привет, я внизу в холле, есть серьезный разговор, спустись пожалуйста.

Она спустилась с улыбкой на лице, я смотрел на нее, а сердце сжималось от боли, что я ни ее, ни тем более ребенка больше не увижу.

Когда она подошла, я без слов прильнул к ее губам, чтобы запомнить их вкус, она пока ничего не знает и не понимает. Сейчас я ей скажу все, как бы мне больно не было, я люблю ее, но и Марину с ее болезнью бросить не могу, видно это моя карма.

— Привет, ты чего такой грустный? — спрашивает меня она.

— Машенька, любимая, у меня не очень хорошие новости. Мне пришлось подписать договор об искусственных родах, потому что у нашей девочки паталогия.

Она меня перебивает:

— Подожди, какая паталогия? Ты о чем? Постой, так вот зачем мне брали анализ околоплодных вод. Ничего не понимаю, о чем ты говоришь.

— Я не смогу развестись с Мариной. Она больна, болезнь Хорея у нее, видно она передалась и дочке…

— Что это за болезнь? Впервые слышу, погоди, что значит… Что это все значит?

Я вижу у нее глаза на мокром месте стали, что еще немного и она заплачет.

— Это неизлечимая болезнь, генетического происхождения. Я завтра с Мариной уезжаем на лечение в Германию. Меня не будет месяц, а может и полгода. Я не знаю как нам быть…

Я это все говорю она отходит от меня, поворачивается спиной и я слышу всхлипы, она плакала. Я подошел сзади и обнял ее за плечи в последний раз, мне очень больно с ней расставаться, но это необходимо.

— Прости, — говорю ей, целую ее в макушку головы и ухожу, оставляя одну в холле клиники.