Чтение онлайн

— Спасибо, но одна просьба, обо всех анализах и их результатах говорите мне, Марина не готова еще об этом знать, — сказал я.

— Хорошо, договорились! — врач пожал мне руку и я вышел из кабинета.

Я вышел на террасу клиники, там был мужчина в инвалидной коляске. Я заинтересовался с чем он тут. Этот мужчина улыбнулся и сказал:

— Я тут полгода уже, на днях меня выписывают.

— А что у вас? — спрашиваю я.

— Хорея у меня, как видите она меня привязала к инвалидному креслу, но благодаря моей семье, я держусь, — говорит он

В этот момент к нам подходит девочка двеннадцати лет и женщина молодая и красивая.

— Познакомьтесь, моя дочь Алиса и жена Аня, — говорит он.

— Очень приятно, Олег. А вас как зовут? — спросил его я.

— Ой, прости не представился, Семен меня звать.

Разговаривали мы по-немецки, до тех пор пока не пришла Марина:

— Вот ты где, Олег! Я тебя обыскалась, ко мне медсестра приходила и что-то говорила, но я ни черта не понимаю!

— Так вы русские? — спросил по-русски уже Семен.

Я повернулся к нему и заулыбался, сказав:

— Приятно встретить здесь земляка! Марин, иди в номер я сейчас прийду.

— Хм, — она хмыкнула, развернулась и ушла.

— Ваша жена? — спросил Семен.

— Да, — с грустью сказал и опустил вниз глаза.

— С ней эта беда, да? — спросил он.

— Да, — ответил я, — я пожалуй пойду, еще увидимся.

— Всего доброго, — сказала его жена.

Мне страшно было думать, что Марина может так же оказаться через несколько лет в инвалидном кресле…

Я зашел в номер к Марине.

— Марина, все анализы будут завтра, не переживай. А сейчас я хочу побыть одному, обед и ужин принесут в палаты.

Не дав ей и сказать ни слова, я вышел. Вернулся в свой номер, мне удобнее называть не палата, а номер, потому что здесь все так сделано, как в гостинице, уютно и с комфортом, лег на кровать, взял телефон и стал просматривать наши с Машей фотографии, даже не заметил как уснул.

Маша.

Когда я проснулась, на тумбочке уже стоял завтрак. В палату вошла Ольга Сергеевна.

— Как спалось? Я пришла с тобой поговорить.

Я посмотрела на нее, понимая, что я тут беспомочна, что только Ленка может мне помочь.

— Нормально. О чем вы хотели поговорить?

Она улыбнулась и сказала:

— Хочу тебя предупредить, что роды бывают и неудачные, например ребенок может родиться и перестать дышать, либо через несколько часов умереть…

Я ее перебила:

— Вы мне угрожаете?

Она улыбнулась и сказала:

— Нет, просто напоминаю, что жизнь ребенка будет зависеть от того, принесешь ты мне документ или нет.

— Я все поняла, когда вы планируете мне провести роды?

— Ты не будешь сама рожать, мы проведем кесарево сечение, — она это сказала и я поняла, что реально тут, что-то не так.

— Когда? — задала один единственгный вопрос.

— Через три дня, нужно тебя обследовать, чтобы ты хорошо перенесла операцию, мне нужны документы, потому что смерть твоя мне не выгодна, — сказала она и ушла.

Три дня у меня есть, времени мало. Надо звонить Ленке и срочно!

Руки дрожат, я вся на нервах, набираю Ленку, а у нее занято. Пришлось три раза подряд набирать. Наконец-то мне повезло.

— Ленок, мне страшно, выручай!

— Что случилось? Машка, мне не нравится твой голос, — говорит она.

Я вдохнула воздуха по-больше, чтобы успокоиться.

— Лен, я согласилась на роды в обмен на документы, сохранят жизнь мне и моему ребенку, — сказала на одном дыхании я.

— Погоди, что значит согласилась на роды, у тебя только почти тридцать седьмая неделя! И что значит сохранят жизнь? — спрашивает она.

— Лен, ты не поняла? Меня держат в запертой палате, угрожают смертью ребенка, если не отдам документы! Мне страшно! — я уже не стала сдерживать слезы.

— Погоди, я что-нибудь придумаю…, -сказала она и замолчала…

— Да, что ты можешь придумать? Ты там, а я тут! — говорю я.

В трубке тишина.

— Придумала, я беру больничный и приеду к тебе под прикрытием, типа тоже хочу стать суррогатной мамой. Сколько там готовят к этому? — спрашивает она.

— Дня два, — отвечаю.

— Отлично, беру значит больняк и послезавтра буду у тебя, — она говорит и вешает трубку.

Я набираю Василия:

— Вася привет, ты мог бы послезавтра на вокзале встретить мою подругу?

— Хорошо, Маша, предварительно набери меня, все равно Олег и Марина в Германии и я свободен, — отвечает он.

— Спасибо, до созвона, — сказала я и повесила трубку.

Ребенок стала чаще пинаться, эти ощущения ни с чем несравнимые.

Олег

На следующий день Марина сдала кровь, а днем нас врач пригласил к себе в кабинет.

Разговор был на немецком языке.

— Добрый день, Олег. Вечером будут готовы анализы, но для лечения нужно знать, принимает ли ваша жена противозачаточные препараты? Это важно, так как во время лечения от них нужно будет отказаться.

— Что он говорит? — спрашивает обеспокоенно Марина.

— Нет, что вы, она не может забеременеть, — поворачиваюсь к ней и по-русски говорю, — да так спрашивает про противозачаточные препараты, что это нежелательно для лечения, но я сказал, что ты ничего не принимаешь.

Марина занервничала почему-то.

— Да, я ничего не принимаю, — говорит и обхватила себя руками.

— Что с тобой? — спрашиваю.

— Да так, замерзла немного, — слабо улыбнувшись говорит она.

Врач улыбнувшись продолжил:

— Извините, что вмешиваюсь, то что нужно, я выяснил, жду вас после семнадцати часов у себя. Можно без жены.

— Хорошо. — я встаю и беру за руку Марину и мы выходим из кабинета.

— Что он сказал? Я больна? — спрашивает она.

— Нет, просто анализы будут готовы вечером, — говорю ей.