Чтение онлайн

— Пара дней. Как щедро, господин адов прихвостень!

Михей показал Хранителю язык. Саартан закатил глаза и ущипнул его за нос.

***

Глист носился над Островом, распугивал крикливых чаек, то прячась в густых облаках, то выныривая из них вибрирующей белой каплей. Мельхиор наблюдал за ним с балкона и брезгливо кривил губы.

— Тебе давно пора сменить этого пони на кого-нибудь более породистого, Фаахи, — раздражённо проговорил Аист и обернулся на главу Высшего совета кураторов.

— Зачем? — Фаарха сидел на перилах, свесив с них длинный хвост, и ковырялся в экране своего браслета. — Он тебя бесит, а меня это забавляет.

Из сада внизу послышался весёлый девичий смех. Наг покосился на беззаботно воркующих среди благоухающей диковинными ароматами цветов зелени Бэт и Кофу, недовольно дёрнул щекой. Мельхиор, заметив это, ухмыльнулся.

— Ты превратил кураторскую организацию в сброд преступников мирового класса и осуждаешь меня? — спросил Хозяин Острова.

— Я даю возможность людям самим исправлять свои ошибки, а не коверкаю их карму вмешательством в сознание, — суховато ответил глава Совета.

— У тебя в совете достаточно недоброжелателей, чтобы задуматься над правильностью такого подхода.

— Советники — не слуги мне. У них у всех есть право выбора.

— Тебе не кажется, что ты создал культ самого себя?

— Я себя никому не навязываю. Зачем тебе Элисбэт Майер?

— Она носит под сердцем наследника Хранителя, — Мельхиор неприязненно взглянул на замигавший под пальцами нага браслет. — Когда он родится, Разрушитель потеряет связь с Менкаром. Всего лишь предосторожность.

— Вот как… А Кофа?

— Он главный претендент на роль Спасителя. Или ты забыл, что пророчество всегда дуально?

Глава Совета не ответил, надолго погрузившись в созерцание экрана перед собой. Браслет Фаархи тоненько пискнул.

— Оторвись от него уже! — Аист поморщился. — Поговори с отцом нормально, в конце-то концов!

— Все вокруг считают меня твоим приёмным сыном, — наг поднял голову. — Почему ты до сих пор не сказал никому, что ты — мой настоящий отец?

— Потому что бастарды в нашей семье долго не живут, — Мельхиор облокотился на перила.

— А я, по мнению твоей семьи, зажился, как твоя игрушка? Они снова надавили на тебя, чтобы ты избавился от надоедливого змеёныша? Поэтому ты дал Кофе силу поглотить хаима? Хотел убрать меня его руками?

— Пойми ты, глупый мальчишка! Рано или поздно они доберутся до тебя! Ты знаешь мою семью: их методы воздействия куда хуже любого самого зверского убийства. Я хочу уберечь тебя от них!

— Заточив мою душу на Острове?

— Спрятав.

— Я сам разберусь… папа.

— Ты никто против них.

— Они считают, что ты утратил контроль надо мной и над Советом? — Фаарха свернул экран на браслете и в упор посмотрел на отца. — Совет набирает силу, власть цайаров в Системе ослабевает. Они боятся. А раз они боятся, то мы априори сильнее.

— Ты заблуждаешься, мальчик мой, — Мельхиор вздохнул. — Они ничего не боятся. Твоя самоуверенность погубит тебя. Но ты прав, моей семье не нравится тот факт, что никто не курирует кураторов. Нет контролирующего органа.

— Есть, учитель, — наг улыбнулся. — Божественный Закон.

— И много твоих советников прислушивается к нему?

— Все. Кто-то глуховат, не без этого, но все.

— Тебя не переспоришь, — Аист пригладил свой ирокез. — Я принял решение, сын мой.

Мельхиор раскрыл руку, и на ладони у него появился маленький золотой кувшинчик на цепочке. Фаарха сполз с перил, выпрямился перед ним, высоко поднявшись на гибком хвосте. Чистый, открытый и загадочно улыбающийся. С насмешкой в фиалковых глазах.

— Кулон — безделушка, — прошептал он, падая, когда Мельхиор смял кувшинчик в кулаке и рассыпал его золотой пылью. — Ты ошибся, отец.

Аист подхватил обмякшее тело главы Высшего совета кураторов, опустился с ним на колени. Приложил ладонь к груди нага. Прислушался — не бьётся ли сердце? Вздохнул, убедившись, что не бьётся. Наклонился и поцеловал сына в лоб.

— Ты снова сбежал от меня, мой Фаахи, твоя душа… — грустно сказал Хозяин Острова и посмотрел на небо. Чайки спокойно кружили над домом, белого катера нигде видно не было.

Кот сдержанно похлопывал по спине повисшего у него на шее мальчишку. Иватарн, украдкой посмеиваясь над напарником, отправился в дом знакомиться с хозяевами. Фаарха внёс предоплату за проживание через Михея, но предстояло ещё утрясти кое-какие мелочи: в частности удовлетворить желание привередливого герти поселиться там, где никто не будет мозолить ему глаза.

— В подвале, — быстро сориентировалась Дейрдре, хозяйка дома.

— В подвале? — недоумённо переспросил Иватарн. И, стараясь, чтобы его слова прозвучали как можно вежливее, добавил: — Не думаю, что мой друг имел в виду нечто столь кардинальное, мадам.

— Обычно ко мне обращаются «госпожа целительница», но мадам тоже ничего, — Дейрдре сцапала куратора под локоть и повела к двустворчатым, распахнутым вовнутрь уходящего под уклон вниз коридора дверям в прихожей. — А подвал у меня комфортабельный, сами увидите. И в нём уже живёт один вампир. И ваш шебутной Михеюшка там же прописался со своим приятелем. Пойдёмте, пойдёмте! Ну что вы озираетесь, как будто я вас в казематы веду? Я люблю своих постояльцев и забочусь о них. У меня здесь всё прилично, чистенько.

Тотчас, опровергая её слова, где-то впереди раздался взрыв. В коридор пополз густой едкий дым. Запахло жжёной проводкой.

— Скормлю моропам, — непонятно сказала целительница, отцепилась от куратора и унеслась вперёд, на ходу отчитывая кого-то: — Мистер Вега! Ну, сколько раз я вам говорила, чтобы вы проводили свои портальные эксперименты под силовым полем! Совсем ополоумели?! У меня же гости!

Иватарн пожал плечами и пошёл за целительницей, прикрываясь от дыма полой плаща. Михей писал Коту что-то про Вегу и про то, что он с ним строит переход на Землю. А где Михей, там всегда взрывы, хаос, апокалипсис. Куратору вдруг стало жаль хозяйку дома: прилично и чистенько — это не к лису, он слов-то таких не знает.