Чтение онлайн

— Верно и то, и другое.

Саартан чуть не скинул голову нага с колен, когда тот заговорил. Фыркнул возмущённо:

— Опять подслушиваешь?!

— Я не специально, — Фаарха улыбнулся. — А Творец любит всех. И всем даёт второй шанс. Иногда даже третий и четвёртый, в отличие от меня. Я не такой щедрый.

— Ты раздал пауков убийцам и фанатикам.

— Опять ты об этом! — Фаарха приподнялся на локтях, и Хранитель подставил ему своё плечо для опоры. — Люди иногда блуждают во тьме, и кто-то должен показать им путь к свету. Нет злых людей, Саа, есть только больные и несчастные. Им можно помочь. Предоставить выбор. Потому что выбор — это великий дар Творца всем разумным существам.

— Не мучай меня своими проповедями, — Саартан поморщился. — Иначе я окончательно запутаюсь.

— А что тут путаться? Я предложил тебе остаться со мной, но ты решил, что журавль в небе — заманчивее. Суушир — это та самая судьба, против которой ты так отчаянно борешься. Всё равно, что кричать, мол, этот путь ведёт не туда, но упрямо следовать ему, сбивая ноги в кровь. А я — твой шанс. Твой выбор, который ты не сделал. И не сделаешь.

— Во мне уже слишком много тьмы, Фаарха, чтобы пытаться вести меня к свету.

— Да тебе семнадцать было, когда Менкар навсегда погас, гениальный мой! При всём желании в тебя не запихнуть столько тьмы, сколько ты на себя вешаешь! — наг всплеснул руками, и Хранителю пришлось приложить усилия, чтобы удержать главу Совета от падения. — Глупый мальчишка! Разрушь кровную связь с вампирессой, выжми до последней капли ядовитую любовь к ней из своего сердца, и ты увидишь, насколько светел и прекрасен мир вокруг тебя! Сколько в нём возможностей! Открой душу для новой, чистой и естественной любви, Саа! Останься… собой.

— Второй раз вижу тебя без эмоционального контроля, — Хранитель отвернулся, чтобы не встречаться взглядом с пылающими от негодования глазами нага. — У тебя закончились люди, чтобы их спасать? Или ты меня в особенные выделил?

— Ты мне симпатичен, — уже спокойно ответил Фаарха. — Очень.

Саартан вспыхнул, но от продолжения щекотливого разговора его спасли две белые молнии, полыхнувшие почти одновременно. Первая — это спустился за своим хозяином с неба Глист. Вторая — вернулся Лэуорд. С Лаурой.

— Меня не было всего ничего, а ты уже успел паренька в краску вогнать, — подмигнул главе Совета Лэуорд.

Саартан покраснел гуще и решил про себя, что этот белобрысый ему определённо не нравится. Лаура многозначительно улыбнулась, и Хранителю стало совсем не по себе. Сговорились они что ли?!

— Я спросонья поднимаю весьма щепетильные темы, — пришёл на выручку Хранителю Фаарха. — Удивляюсь выдержке Саартана. Другой бы на его месте давно мне зубы пересчитал.

— Была такая мысль, — пробурчал Саартан.

— Вот видишь, — Фаарха рассмеялся, а Лэуорд недоверчиво усмехнулся.

— Мальчик улетает с тобой или остаётся? — спросил джинн.

— Остаётся, — ответил глава Совета и потрепал Саартана по плечу. — К сожалению.

— Тогда прощайтесь, — Лэуорд кивнул.

— Да мы уже, — Фаарха поймал взгляд Хранителя, улыбнулся.

Саартан опустил голову, сжал в ладони кулон, снятый с шеи нага. Ему вдруг стало ужасно стыдно.

— Фаарха, то, что я говорил о тебе… подумал, то есть, — начал было Саартан, но глава Совета жестом остановил его.

— Я всё понимаю, не волнуйся, — тихо сказал наг. — Вам с Кирой дать минутку?

— Д-да… — Саартан запнулся и глянул на Лауру.

Что ей говорить?! Мне было хорошо с тобой, спасибо и прощай?.. Лаура дождалась, когда Фаарха и Лэуорд отойдут к Глисту, подошла к Хранителю, застенчиво сцепила руки перед собой.

— Поцелуешь на прощание? — спросила она.

— Лаура… то есть, Шекира…

— Ой, иди сюда! — Лаура крепко обняла Хранителя за шею и жарко поцеловала. С сожалением оторвалась от его губ, посмотрела с грустью в глаза, погладила его по щеке. — Береги себя.

И быстро, почти бегом, направилась к катеру главы Совета. Фаарха обнял Лэуорда, что-то сказал ему на ухо и, не обернувшись на Саартана, переместился вместе с Лаурой на свой корабль. Глист мелко завибрировал, рванул вверх, подняв на земле целую тучу пыли. Хранитель закашлялся, принялся тереть заслезившиеся глаза. Когда пыль рассеялась, и Саартан поднял к небу взгляд, белого катера уже не было видно.

— Его тяжело не любить, — проговорил подошедший Лэуорд. — Но любить ещё тяжелее. Уж больно своенравный.

— Я его не люблю! — вспылил Саартан. Слёзы от пыли катились по его щекам, и Хранитель злился, вытирая их широким рукавом балахона. Мало ли что может показаться со стороны? — Он влез в мою жизнь без спроса и не принёс мне ничего хорошего!

— Ты кого в этом сейчас убеждаешь: меня или себя? — иронично поднял бровь Лэуорд.

— Я… говорю как факт.

— А, раз так… Мне пора возвращаться в Лигу. Твой нелюбимый Шу попросил меня держаться от тебя подальше, но я всё же рискну предложить тебе прогуляться со мной до башни. Передохнуть, переосмыслить произошедшее. А потом — весь Суушир в твоём распоряжении. Согласен?

— Не в горах же мне одному оставаться, — Саартан насупился. Подумал вдруг, что ведёт себя как обиженный подросток, скрипнул зубами. Нацепил на лицо непроницаемое и немного надменное выражение, выровнял голос и добавил: — Буду благодарен тебе за гостеприимство, Лорд.

Джинн помолчал немного, насмешливо разглядывая Хранителя, кивнул. Коснулся его плеча и в один миг перенёс их обоих к подножью чёрной, высокой и островерхой, башни.

***

Гретое с фруктами и приправами вино расслабляло. Саартана неумолимо клонило в сон, что не удивительно — Хранитель работал в лаборатории Кофы без сна и отдыха, да ещё и атер высосал порядочно силы. Рана, оставленная жуком, затянулось, благодаря тому, что Саартан забрал жизнь Стефана, но полностью заживать не спешила. А может, и вовсе не собиралась. Ведь Фаарха сказал, что тело Хранителя разрушается…

— … своеобразные кураторские филиалы, — сказал Лэуорд, подливая Саартану дымящегося вина в бокал.

Саартан тряхнул головой, разгоняя сонное марево. О чём разговор? Ах, да! Лига и Гильдия. Тёмная Лига — своеобразная колония на добровольных началах для чёрных колдунов, некромантов и прочих возмутителей гармонии мира. А Гильдия боевых магов — то же самое, но наоборот. Что-то вроде школы для одарённых людей и нелюдей, среди лучших которой глава Высшего совета отбирал себе внешних кураторов. Из лигионеров, конечно, тоже отбирал, но гораздо реже. Значительно чаще из Лиги получались кураторы внутренние, подконтрольные рычаги воздействия на мир, когда равновесие сил в нём нарушалось.