Чтение онлайн

Я поёрзала, пытаясь хоть чуть-чуть сменить положение тела, сжала-разжала кисти рук. Металлический каркас, притиснувший меня к креслу, начинал причинять ощутимое неудобство. Мелькнула мысль: оковы – это дополнительная возможность надавить на меня, причём, в буквальном смысле? Или, так сказать, «побочный эффект» условий нашего разговора? Вообще-то, как психолог, я сейчас могла подтвердить на все сто процентов, что диктовать свои условия тому, кто каждую секунду ощущает свою беспомощность, намного легче.

Встряхнув головой, заставила себя сосредоточиться. Ну, свои приоритеты маньяк-спаситель обозначил очень чётко. Понять бы ещё, как он себе представляет выполнение этого непонятного договора.

– Допустим, я пообещаю, что не стану никому рассказывать того, что мне известно о вашей жизни после… ухода из армии. И мои друзья пообещают тоже молчать. Этого будет достаточно, чтобы отпустить нас?

Грасс еле слышно рассмеялся.

– Боюсь, что нет, Тэш. Мне понадобятся гарантии вашей честности.

– Какие?

– Достаточные, чтобы я поверил вам.

Он слегка наклонился, вытащил откуда-то из стола маленький кристалл, вложил его в гнездо кибера и знаком предложил мне прочесть появившийся текст.

По мере того, как я читала, волосы на голове пытались встать дыбом, уже в который раз. Не удержавшись, несколько раз бросила взгляд на древнего садиста, сидевшего в кресле, прикрыв глаза, словно происходящее его совершенно не интересовало.

Дочитав до самого конца, я, наконец-то осознала простую вещь: никакого моего согласия или несогласия вообще не предполагалось. Император с самого начала намеревался просто-напросто вынудить меня принять любые его условия, не стесняя себя в средствах давления. И нам ещё повезло, что он не потребовал чего-нибудь, более масштабного и невыполнимого, чем всего лишь сохранение в неприкосновенности его вселенской славы. Всевидящий знает, почему он выбрал именно меня для этого разговора, – возможно, в силу своей неприязни к ГИО-изменённым, или ещё почему, но это пока неважно. Важно то, что у меня выбора реально нет. Даже умозрительного.

– Видимо, вот это… – я запнулась, не зная, как лучше обозначить всю ту грязь, что содержалась в прочитанном мною документе, – находится у кого-то, кому вы доверяете?

– Я никому не доверяю, Тэш. Но вы правы, эта информация уже отправлена своему адресату и будет пущена в ход, как только появятся признаки нарушения вами или вашими приятелями нашего договора.

– А если это случится помимо нашей воли? Если кто-то другой, случайно или специально, начнёт выяснять подноготную ваших подвигов? Что тогда?

– Мне очень жаль, Тэш. Но и в этом случае будете отвечать вы.

– Почему?!

– Объясню. За прошедшие пятьсот лет мне и моим агентам удалось практически полностью очистить правительственные и частные архивы от компрометирующих сведений. Всё, что действительно может очернить мои действия, сосредоточено здесь, на Мирассе. Если мы с вами подпишем договор, я уничтожу и эти документы, но… у меня было слишком мало времени, чтобы собрать абсолютно всё. – Император тяжело вздохнул. – Если откуда-то и может просочиться какая-то информация, то только отсюда. Именно поэтому мне нужны гарантии вашей преданности.

От последнего слова меня передёрнуло. Грасс заметил это и усмехнулся.

– Да-да, Тэш, в этом тоже заключается какая-то злая ирония… Я оставлю вам жизнь, вопреки собственным планам, а вам придётся следить за тем, чтобы ни одна тень не упала на моё имя. Так совпало, что мы нуждаемся друг в друге. Это глупо отрицать.

Я тоже вздохнула, только несколько судорожно. Да, маньяк был прав, но как же это омерзительно: чувствовать себя червяком, корчащимся на крючке рыболова… Сделав ещё несколько вдохов-выдохов, смогла спросить:

– Есть ещё и договор?

– Да. Прошу.

Передо мной появился новый текст. Пробежав его глазами, я горько усмехнулась. Вограны знают, кто составлял документ, но он в юридических тонкостях съел не собаку, а целого крокорауса, может, и не одного. Составленный сплошь в специальных терминах, договор очень чётко определял меня, как злостную клеветницу, которую обязывали держать язык за зубами, грозя определёнными карами.

Что ж, кажется, у меня не осталось ни одной, даже самой маленькой лазейки. Более того, нам с ГИО-изменёнными, по-видимому, придётся ещё и собственноручно уничтожать все свидетельства преступлений садиста, правящего Мирассой в последние пятьсот лет, буде такие свидетельства обнаружатся… Всевидящий, конечно, миллионы жизней стоили куда дороже, чем добрая память об этом маньяке, но мне пришлось всерьёз побороться с собой, прежде, чем подписать документ, связывающий меня по рукам и ногам.

Император, равнодушно наблюдавший за моими колебаниями, тут же отправил подписанный договор кому-то, кто должен был следить за его выполнением, а потом, у меня на глазах, тщательно уничтожил все адреса, записанные в кибере.

– Вот так, пожалуй, будет надёжнее, – прокомментировал он свои действия. – Дело сделано.

– В таком случае, может быть, я не буду больше мешать вам своим присутствием?

– Боюсь, что пока не могу отпустить вас, – равнодушно ответил реликт, набирая какие-то команды на кибере и потягивая своё голубое питьё.

– Но почему?!

– Чтобы не искушать вас, Тэш, мыслями о том, что можно найти вашего стратега, изложить ему то, о чём мы с вами договорились, и заставить его срочно изобретать способ всё переиграть.

Я покачала головой.

– Вы недооцениваете Эдора. Он не стал бы заниматься невыполнимыми вещами.

– Ошибаетесь, Тэш. Похоже, это вы не поняли, с кем имеете дело… ГИО-изменённых создавали, чтобы они помогали людям. Людям, понимаете? Сами по себе они инертны и безынициативны. Если нет человека, дающего задания, эти особи просто теряют смысл существования.

Я недоверчиво уставилась на Грасса. Это Эдор-то безынициативен?! Это Вигор – инертен?!

– Именно так, – прокомментировал мои гримасы арх-генерал. – Просто у ваших приятелей как раз есть цель, причём, очень большая и отдалённая. Пока они искали пути к ней, конечно, решали и множество побочных вещей. Ну, не мне вам об этом рассказывать. Стратеги же, кажется, даже жениться собрались?

Мне почудилась скрытая насмешка в холодном голосе императора.

– А при чём здесь это?

– Да не при чём, – равнодушно ответил маньяк. – Я просто-напросто пытаюсь избавить вас от иллюзий в отношении ваших знакомых. Вы очеловечиваете их, Тэш, и напрасно. Каждый из ГИО-особей будет просто выполнять свою задачу, невзирая на чувства. Вам повезло, что вы выбрали Вайятху, в них мы хотя бы изначально закладывали верность хозяину. А вот генноизменённые могут предать в любой момент, даже не заметив этого. Просто потому, что в их системе ценностей нет такого понятия, как верность чувствам.

Жаль, что у меня были прикованы руки, – до судорог хотелось заткнуть уши, чтобы не слышать слов арх-генерала. Всевидящий, неужели у этого человека вообще не осталось ничего человеческого?! Или ему просто доставляло удовольствие причинять боль другим?

– Вы ничего не знаете об этих ГИО-изменённых, – тихо процедила я. – Не стоит сравнивать их с другими.

– Да бросьте, Тэш, – обронил император рассеянно. – Видел я их вполне достаточно, и знал их собратьев – тоже. А то, что этих, конкретных, воспитывали как-то по-другому, ничего особо не меняет. Они – орудия, понимаете? Всего лишь орудия, назначение которых – быть полезными своим создателям, чем они и занимаются. Не более того.