Чтение онлайн

– Что это значит, нир Наим? – как можно холоднее спросила я.

Понятно, что раз меня приковали, разговор пойдёт не о любви.

– Это? Вынужденная предосторожность, Тэш. Причём, исключительно для вашей же пользы.

– Спасибо за заботу, но я бы предпочла оставаться свободной и понимать, что происходит, нир Наим.

– Мы придём к этому… возможно. Но пока я вынужден оставить вас так, потому что не доверяю вашей реакции. Как вы там, руками ни до чего не дотягиваетесь?.. Ну и отлично. Вифон забери. И сумку, – бросил он подошедшему гвардейцу.

Я передёрнулась от отвращения, ощутив, как холодные руки шарят по телу.

– Наверное, это прозвучит глупо, но я себе иначе представляла вас после коронации, нир Наим, – язвительно заметила я, провожая взглядом сумочку с Деоной, которую урод в синем балахоне положил на край стола.

– Вероятно, – безразлично ответил император, прикрывая глаза. – Полагаю, прежде всего, нам следует всё-таки познакомиться, Тэш.

– А мы не знакомы? – поразилась я.

– Нет. Во всяком случае, вы со мной. Да и я видел вас только мельком. Разрешите представиться. Меня зовут Лемир Грасс.

Сувенир 67

Каюсь: в первую секунду мне показалось, что я банально ослышалась.

– Что, простите?.. – переспросила, разом нарушая все границы субординации и этикета.

– Лемир Грасс, – не открывая глаз, ответил император. – Вы наверняка слышали обо мне.

Вот тут в моих мозгах произошёл настоящий обвал, похоронивший на некоторое время всё, в том числе и здравый смысл. Какие-то дикие предположения замелькали одно за другим, пока я не уцепилась за мысль о возможном сумасшествии.

Всевидящий, да ведь Наима, наверное, опоили или накачали чем-нибудь, ясно же видно, что он болен! Возможно, у него галлюцинации или того хуже, бред! Та-ак, похоже, надо быстро вспоминать правила поведения с пациентами при обострении у них психических расстройств…

– Простите, Ваше величество, – неуверенно начала я. – Мне кажется… вы нездоровы. Может, следовало бы пригласить доктора?..

Император сухо усмехнулся.

– Я действительно болен, но к помешательству, как вы наверняка решили, это не имеет никакого отношения.

Он, наконец, открыл глаза и посмотрел на меня. В камнях, вмурованных в стены замка, было больше жизни, чем в этом взгляде!

– Тем не менее, мне совершенно необходимо поговорить с вами. И, пока вы сомневаетесь и решаете, стоит ли мне верить, я, пожалуй, начну излагать дело, которое заставило меня пригласить вас сюда в разгар бала. Времени, как я уже говорил, у нас очень мало.

– Вы куда-то торопитесь? – съязвила я, не удержавшись.

– Некоторым образом, да, – невыразительно ответил помешавшийся самодержец, – поскольку я умираю.

Тут я вторично вытаращилась на него, напрочь позабыв про этикет и даже элементарную вежливость.

– Умираете? И поэтому вы позвали меня… – тут я выразительно оглядела свои путы, – поговорить?!

– Вы удивительно верно обрисовали ситуацию, – ответил император и сделал знак.

Откуда-то сзади подошёл гвардеец и поставил на стол перед Наимом стакан с голубоватой жидкостью. Сделав пару глотков, монарх продолжил:

– Я бы хотел показать вам кое-что, чтобы вы поняли: речь не идёт о шутке или розыгрыше. Всё очень и очень серьёзно, Тэш.

Я неуверенно пожала плечами. Больше всего в этот момент меня занимал вопрос: где, Плорад их сожри, врачи, которые должны денно и нощно охранять здоровье первого лица Мирассы?! Ну, не может же быть, чтобы никто не был в курсе того, что происходит с императором!

Дав себе слово при любой возможности попытаться сбежать, я сосредоточилась на Наиме, старательно повторяя про себя первое правило общения с сумасшедшим: никогда не спорить с больным.

Самодержец тем временем поправил безразмерный плед, которым были накрыты его ноги, и набрал команду на кибере. Большие экраны на стенах засветились, на них замелькали какие-то лица, и вдруг я почувствовала, как моё сердце пропустило удар: на одном из мониторов появилось изображение Эдора и Лавинии, стоящих около стола с напитками. На первый взгляд, они казались беззаботно беседующими, но я достаточно хорошо знала их, чтобы понять: ГИО-изменённые сильно встревожены.

– Это ваши спутники, не так ли? – равнодушно спросил неузнаваемый император. – Кстати, ищут вас… Не хотите позвонить им и успокоить?

– Предлагаете соврать, что у меня всё прекрасно?

– Именно, – ничуть не смутившись, ответил сумасшедший. – Так будет проще.

– Проще кому, вам? – процедила я сквозь зубы. – Чтобы потом и их схватить?

– «Хватать» пока никто никого не собирается, если вы, конечно, не начнёте делать глупости. Но мне хотелось бы знать, что и они не станут ничего предпринимать. Именно поэтому я предлагаю вам позвонить и сообщить, что вы приглашены для беседы… нет, не мной, а, скажем, матерью Наима.

Я невольно вздрогнула. Этот ненормальный уже и родственников воспринимает через искажения бреда?! Ох, как плохо…

– Впрочем, чтобы помочь вам быстрее решиться, я покажу ещё кое-что.

Изображение Эдора и Лавинии отдалилось, опустившись куда-то вниз, и стало видно, что они стоят посреди довольно большого количества людей.

– Смотрите, – предложил император и ткнул в клавиатуру.

Вокруг моих друзей начали появляться тусклые синие точки. Я поняла, что зал буквально нашпигован гвардейцами!

Наклонившись чуть вперёд, венценосный психопат сказал негромко:

– Внимание. Приготовиться!

Синие точки начали стягиваться к ничего не подозревающим ГИО-людям.

– Нет! Пожалуйста, не надо! – я выпалила это прежде, чем сама успела сообразить, что говорю. – Не надо их трогать! Я позвоню… позвоню… только руки освободите…

– Вот и прекрасно, – тем же равнодушным тоном заметил незнакомец, в которого превратился Наим, и скомандовал. – Отбой, рассредоточиться. Наблюдайте.

Я напряжённо следила за тем, как точки цвета индиго расползались от моих друзей. Сердце то замирало, то ускорялось так, что я начинала задыхаться. Всевидящий! Что сделали с милым, простым принцем? Что за монстр сидел теперь напротив меня, с невероятной лёгкостью шантажируя и угрожая жизни тех, кого ещё вчера считал друзьями?!

В мои беспорядочные мысли снова вклинился бесцветный голос:

– Скажите вашему приятелю, что вы пошли на встречу вместе с этим…

Император поморщился, словно отхлебнул несвежего лимонада.