Чтение онлайн

— Он просто человек такой, — сказал Славик Максу. — Искренне во все сам верит. Его не переделать.

— Точно, — согласился Макс, — не переделать. Какой есть — такой есть. Но не можем же мы его придушить… Придется терпеть.

— Вы о чем? — спросил Лелик.

— Ладно, — вздохнул Славик. — Доставай, Макс…

— Думаешь, пора? — поинтересовался тот.

— Пора, пора, — сказал Славик. — Воспитательный момент мы произвели, а вот сделает ли он из этого соответствующие выводы — покажет время.

— Не сделает, — убежденно сказал Макс.

— Мне тоже так кажется, — вздохнул Славик. — Но все равно — доставай.

— Вы о чем? — переспросил Лелик, который уже понял, что сейчас ему предстоит узнать какую-то страшную тайну.

Макс полез за пазуху и достал оттуда Леликову кредитку.

— На, получи, — сказал он. — Мы хотели дать тебе понять, каково нам путешествовать под твоим тиранством.

Лелик осторожно взял кредитку, еще не веря своему счастью… Нет, все точно, это была его родная «Виза». Лелик осторожно подышал на магнитный слой, протер его рукавом, после чего спрятал карточку в бумажник.

— Так, значит, вы, мать вашу… — начал он.

— Лелик, — поспешно сказал Макс, — матом просьба не выражаться! Здесь дамы!

— …Со мной воспитательные работы решили проводить, — продолжил Лелик, наливаясь гневом. — Макаренки вы хреновы, Станиславские и Рабиновичи-Данченко фиговы!

— Ну, понеслось, — вздохнул Славик.

— Нет, не понеслось, — сказал Лелик, как-то быстро остыв. — Просто это надо было додуматься такую идиотскую шутку пошутить.

— Это была не шутка, — сказал Макс. — Это был воспитательный момент.

— Я и говорю — Макаренки чертовы, — согласился Лелик. — Еще раз так пошутите — пойдете все лесом к чертовой матери.

С этими словами он встал.

— Ну что, поехали! А то до вечера в Амстердам не доберемся.

— Мне обещали докупить картошки и бифштекс, — заныл Макс.

— Обойдешься, — оборвал его Лелик. — Тебя за такие шутки я сегодня вообще ужина лишаю. И учти, больше никаких картошек и кока-колы. Будешь питаться здоровой едой.

— Да? — разозлился Макс. — А к кому ты тогда в тарелку будешь лазить?

— Отставить разговорчики, — скомандовал Лелик, направляясь к выходу. — Через пять минут отчаливаем. Ждать никого не буду.

— Видал? — спросил Макс Славика, когда они остались одни. — Не помогло.

— Я так и думал, — признался Славик.

— Я тоже, — сказал Макс. — Но надежда умирает последней. Это еще Ленин говорил.

— Поехали в Амстердам, — сказал Славик, вставая. — Мы его там накуриться заставим, посмотрим, что из этого выйдет.

— Кстати, да, — согласился Макс. — Мне тоже интересно. Может, хоть там он человеком станет. А то прям не узнаю друга. Зверь какой-то. Тиран.

С этими словами Макс тоже встал, и они со Славиком направились в машину.

В машине Лелик совершенно неподвижно сидел за рулем и думал какую-то свою горькую думу. На приятелей, которые осторожно сели на свои места, он даже и не посмотрел. Славик с Максом занервничали. Особенно Макс — как самое бесправное существо. Сейчас проделка с запрятыванием кредитки, чтобы Лелик на своей шкуре узнал, какового терпеть его тиранства, уже не казалась удачной и морально безупречной.

— Леля, — осторожно сказал Макс, — мы тебе просто хотели показать, что не в деньгах счастье. Ой, ну то есть что ты когда с деньгами — тиран, а когда без денег — совсем даже свойский парень, хоть и достал своим здоровым питанием.

Славик молча показал Максу кулак — мол, ты бы хоть сейчас чуть-чуть помолчал, а то толку от этих извинений — ноль. Только хуже делаешь.

— Значит, хотели мне показать… — медленно сказал Лелик, багровея лицом.

— Лех, только чур без рук, — сказал Славик. — У меня же разряд, ты знаешь. Я могу не сдержаться. Лучше просто выскажи все, что ты о нас думаешь. Тебе сразу станет легче.

— Два дебильных, кретинских, идиотских и тупоголовых мудака — вот что я о вас думаю! — проорал Лелик. — Причем не думаю, а таковыми вы и являетесь! Это надо было додуматься до такого развлечения! Продемонстрировали они мне!… Уроды — одно слово.

— Правильно, — одобрительно сказал Славик. — Когда словами выскажешь, драться уже не захочется.

— Да нужны вы мне, — фыркнул Лелик, злость которого потихоньку улетучивалась.

Что и говорить, шуточка с кредиткой была та еще, но долго на них злиться Лелик не мог, а в глаз дать — уж тем более не мог. Лелик по натуре был довольно миролюбив.

— Лелик, прости засранцев, — пискнул сзади Макс, поняв, что основная гроза миновала и что с довольствия его, к счастью, не сняли.

— Самое интересное, — спокойно заметил Лелик, — что вы наказали сами себя. Потому что никуда мы не едем. Денег нет.

— Почему это нет? — удивился Макс. — У тебя же на карточке было полно денег. Я сам проверял через банкомат.

Лелик молча повернулся к Максу и посмотрел ему прямо в глаза.

— Проверял, значит? Когда это?

— Ну, — замялся Макс, — ночью. Когда мне Славик ее передал.

— Понятно, — сказал Лелик. — Картина преступления теперь как на ладони. Славик ее у меня вытащил из кармана, передал тебе, а ты с ней шлялся по отелю и гулял с Ириной… Кстати, — Лелика вдруг посетило жуткое подозрение, — а ты ею платил где-нибудь?

— Э… — замялся Макс.

— Славик, — тихим голосом сказал Лелик, — тебя не затруднит из багажника достать монтировку? И заодно себя еще по голове ею тресни, пока будешь мне нести, потому что тебе я врезать, наверное, не рискну. А Макса убить — точно рискну.

— Да я не так много и платил, — пытался защититься Макс. — Мне просто было интересно, как кредиткой платится, поэтому я и попробовал.

— Надеюсь, — осторожно спросил Лелик, — ты не стал дарить Ире жемчужное ожерелье?…

— Ну скажешь тоже, жемчужное, — возмутился Макс. — Просто обычное украшение. Там в холле отеля был магазин со всякими побрякушками.

— Макс, мать твою, буратино ты, — заорал Лелик. — Там же безумно дорогой магазин! Сплошные «Патек Филиппы» и так далее! Там даже какой-нибудь паршивый брелок для ключей стоит долларов двести!

— Да? — спросил Макс, и в голосе его звучало искреннее удивление.

— А ты что, дубина, не мог на цены посмотреть? — заорал Лелик.

— Во-первых, — с достоинством сказал Макс, — я был сильно пьян. Во-вторых, мне было неудобно при даме рыться в ценах, как будто я какой-нибудь бомж…

— Ты не бомж, — застонал Лелик, который уже четко понимал, что услышит дальше. — Ты кретин!