Чтение онлайн

– Я не в обиде, так же, как и мои спутники, – Лоркан перекинул косу за спину, мягко улыбаясь, – но если ваш цирк прибудет в Аралион на гастроли, то инцидент будет полностью исчерпан.

Такой расклад Огюста устраивал полностью. Добившись от Лоркана обещания, что тот непременно сообщит, когда окажется на родине, лигодский князь наблюдал, как мы выдвигаемся к главным воротам. Я покачивалась в седле, придерживая поводья, и сходила с ума от беспокойства.

Лоркан ехал рядом, изредка поглядывая на меня. Еще в спальне мы вступили в жаркую дискуссию касательно того, следует ли мне, едва очнувшись, ехать спасать Марну или стоит подождать их в доме Огюста. И насколько бы ни был убедителен князь, переспорить меня ему не удалось. Но это не запрещало ему каждые десять минут справляться о моем самочувствии.

– Я чувствую себя просто великолепно, мой князь, – выпалила я после очередного вопроса, – вполне способна выдержать несколько часов верхом до убежища пустынных разбойников.

Конечно, я лгала ему в лицо: все тело ломило, горло болело, а сам голос звучал хрипло, как будто я прослужила десяток лет в княжеской гвардии, громкими криками гоняя молодняк. Но главной причиной моего резкого тона было то, что я не знала, как себя вести. Князь буквально признался, что испытывает ко мне чувства определенного толка. Не имея уверенности в том, насколько он был серьезен, мне хотелось оказаться как можно дальше. По крайней мере до момента, когда я смогу взглянуть ему в глаза без смущения. Мы отправились в посольство, чтобы найти ему невесту. О чем еще я могла думать?

Лоркан криво усмехнулся, переводя тему.

– Пустынники, значит? Князь Огюст поделился со мной информацией: сейчас эта их шайка занимает земли к западу от Лигода. Отхапали себе территорию и держатся за нее едва ли не зубами. В основном промышляют работорговлей и контрабандой.

– Контрабанда? – заинтересованно протянул Снорре, не сводя пристального взгляда с дороги, что раскинулась перед нами живописным полотном. – Справедливости ради хочу уточнить: лорд Рау имеет с ними какие-то взаимоотношения?

При упоминании этого имени Лоркан помрачнел: тень надвинулась на его лицо, словно предвещала грозу. Но нет, обошлось. Князь дернул плечом и усмехнулся:

– Если верить Огюсту – имеет. Лорда Рау выставили из Лигода на десять лет за одно только подозрение, что он оказывает пустынникам определенные…услуги.

Какие именно услуги оказывал Рау я даже знать не хотела, но все равно не удержалась от едкого комментария:

– Сомневаюсь, что он выступал у пустынных разбойников бухгалтером. Перекидывать счеты и сводить баланс немного не вяжется с образом Рау.

– Конечно, нет, – Лоркан улыбнулся, как будто был очень доволен, – по словам Огюста он был у них чем-то вроде главного законника.

Я не нашла слов, чтобы ответить, и дальше ехали молча. Законник? Ну, в принципе это было похоже на Рау. Он всегда тяготел к тому, чтобы проворачивать сомнительные делишки по букве закона, словно в насмешку над ним. В Аралионе он владел официальным заведением и исправно платил налоги, но что именно скрывалось за фасадом казино? Контрабанда? Да, он почти не отрицал своей причастности к этому. Что-то еще? Я сомневалась, что у меня выдастся возможность спросить самого Рау об этом, только если он не объявится под моими окнами в Геммине, разглагольствуя о неземной любви.

Снорре не мог долго молчать, ему требовалось подтверждение того, что он не виноват в пропаже Марны. Ведь именно из-за их размолвки ведьма сбежала, чтобы потом попасть в лапы пустынников.

– Зачем им ведьма? Да еще и чужестранка!

– Польстились на светлые волосы, продадут в какой-нибудь гарем, – проворчала я, прекрасно понимая, для чего разбойникам может понадобиться девица.

– Кому может понадобиться тощая девчонка? – отозвался Снорре, но смешок прозвучал слишком нервно. С каждой минутой он все больше убеждался в том, что виноват, и осознание этого факта давалось капитану нелегко. Ответ пришел оттуда, откуда не ждали. Гвардеец, из тех, кто неслышными тенями сопровождал нас на всем пути от Аралиона, тихо проговорил:

– В Цурионе, например, такая внешность очень ценится. Халги тоже не откажутся заполучить ее в свой гарем.

Лоркан воззрился на него с нескрываемым изумлением:

– Разве халги держат наложниц? Откуда такие познания, Хоррей?

Гвардеец передернул плечами, отводя взгляд. Больше от него ничего добиться не получилось. На все расспросы он лишь ежился и что-то невнятно бормотал. Сколько бы его не пытали, он не рассказал ничего стоящего. Снорре первому надоело терзать мальчишку, он лишь цокнул языком:

– Позже поговорим. И не думай, что я забуду, Хоррей.

Ровная мощеная дорога закончилась, уткнувшись в пологий склон, ведущий в земли пустынных разбойников. Они были не слишком обширны, просматривались как на ладони, а сухой западный ветер нагонял сюда песок из владений Цуриона – они были слишком близко, и сердце кольнуло, едва я сместила взгляд левее. Конечно, отсюда не было видно ни Рион, ни оазисов, в изобилии раскинувшиеся рядом со столицей, но я вновь ощутила себя беглянкой. Проклятой собственным отцом, сиротой при живых родителях, пускай мама считалась живой лишь номинально.

– Думаю, нам туда, – указал Лоркан на небольшое поселение, почти полностью состоящее из деревянных лачуг, различной степени обветшалости. Пустынные разбойники могли позволить себе шикарные дома и фасады, украшенные сапфирами и чистым золотом, но продолжали ютиться в хижинах с протекающей крышей и заколоченными окнами. Саму деревню окружало нечто вроде частокола из острых пик – чужаков здесь не привечали.

– Какой у нас план? – я прикусила губу, пережидая приступ дурноты, пока мы спускались с холма. – Просто придем и попросим вернуть Марну назад? Не уверена, что нас встретят с распростертыми объятиями.

– Тогда поговорим иначе, – произнес Снорре, красноречиво опуская руку на эфес меча.

Единственная дорога вывела нас на площадку – такую же пустынную, как и вся деревня. Мы озирались по сторонам, пытаясь отыскать хоть одну живую душу, но нет – нас окружала только тишина. Если пустынники и жили тут, то возвращались только под вечер. Или же давно покинули стоянку, отправившись на поиски лучшей доли.

– Они не могли уйти далеко, – процедил сквозь зубы Снорре, спешиваясь. Зоркий взгляд его был устремлен на землю, которая была изрыта глубокими колеями-шрамами от колес повозок. Я смогла различить рисунок из чужих следов и лошадиных копыт, заворачивающийся спиралями и уходящий прочь, за частокол. И теряющийся в пустыне.

– Тсссс, – прервала я его, подозрительно обводя взглядом лачуги, окружавшие утоптанную площадку – что-то было не так. Вокруг не было ни души, но предчувствие, что кто-то следит за нами, выжидая момент для нападения, оказалось таким острым, что я хватала воздух ртом, словно рыба, вытащенная на берег. Горло мгновенно пересохло, и я вместо продолжения мысли ткнула пальцем в ближайшую хижину.

Лоркан и Снорре насторожились, гвардейцы выступили вперед, закрывая князя от возможной атаки, но это было ни к чему: скрипучая дверь, покрытая глубокими царапинами, шевельнулась На всю округу раздался треск и скрип – и на глаза выкатилась парочка. Выглядели они как совершенно стереотипные злодеи из тех сказок, что читают на ночь детям. Встреть я их на дороге, немедленно бы свернула в ближайший переулок, и ни за что бы не стала смотреть им в глаза. Покрытые шрамами, угрожающе сопящие, они поставляли солнцу блестящие лысины и улыбались – довольно и предвкушающе. Наше появление не стало для них сюрпризом, более того, мне на секунду почудилось, что нас ждали. Как хищники подкарауливают свою жертву, выпуская от нетерпения когти, бандиты терпеливо ожидали нашего приезда. И теперь, не стесняясь, разглядывали гостей.