Сварливый роман
Шрифт:
Просто дыши, Кения. Ненависть, нахлынувшая на меня, снова. Я всю свою жизнь была хорошей девочкой, спокойно работала, заботилась о своей семье и пыталась помочь Саше всем, чем могла.
Не было времени на вечеринки, безудержное пьянство несовершеннолетних или безрассудную развязность. Когда кто-то в семье болен, все больны. Может быть, не физически, но во всех смыслах этого слова я тоже жила в больнице.
После того, как Саше стало лучше, я, наконец, была готова отправиться в мир и оставить свой след. Чтобы меня увидели благодаря моим собственным талантам и способностям.
Я превращала себя в женщину, которая может с гордостью смотреть на мир. Я не боюсь быть замеченной, но я хочу, чтобы меня замечали по правильным причинам. За мой талант. Мое мастерство. Мою настойчивость.
Я не хочу грязи.
Я не хочу запятнанной репутации.
После нескольких глубоких вдохов я беру себя в руки достаточно, чтобы оторваться от стола и открыть свою дверь. Если люди хотят говорить обо мне, им придется делать это мне в лицо.
Там.
Открыто и прозрачно.
Через несколько минут появляется Иезекииль с чашкой кофе. Он кладет его на мой стол, но я слишком расстроена, чтобы поднять его.
Обеспокоенно нахмурившись, он наклоняется ближе. — Алистер пытается найти источник слухов, но на это уходит немного времени.
— Зачем беспокоиться? Это уже лесной пожар. Не имеет значения, кто его начал. Пока мы не будем подкармливать пламя, оно в конце концов погаснет.
— Я не знаю, мисс Джонс. Это не какой-то беспочвенный слух. Была сделана фотография…
— Что? — Мои глаза расширяются. — Покажи мне.
Он поворачивает свой телефон, чтобы показать фотографию меня и Алистера. Мои пальцы запутались в его волосах, а его тело практически перегибает меня через перила лестницы. Мы выглядим так, словно в нескольких секундах от того, чтобы сорвать друг с друга одежду.
Мое дыхание покидает мое тело. — Я не могу в это поверить.
— Вот почему мы изо всех сил пытаемся найти источник. Мы хотим его очистить. Держать его в этом здании.
Я опускаюсь на стул и прижимаю руку ко лбу. — О боже.
— Не волнуйтесь, мисс Джонс. Алистер не остановится ни перед чем, чтобы разобраться с этим.
— Для этого слишком поздно. — Мои глаза бегают туда-сюда.
Иезекииль озабоченно пододвигает кофе ко мне. — Сначала тебе нужно выпить это.
Мои пальцы дрожат, когда они проскальзывают сквозь ручку кружки. Я не могу поднести ее к губам. Мой разум крутится на этой картинке. Все знают. Сейчас нет никакого способа потушить этот пожар.
— Есть еще кое-что. — Глаза Иезекииля устремляются в сторону. — Алистер хочет, чтобы ты сегодня ушла из офиса.
— Что? Нет! У меня слишком много дел.
— Есть еще одно место Belle's Beauty, которое нуждается в капитальном ремонте. Он хочет, чтобы вы работали над этим так же, как вы работали над проектом Yazmite.
— Он выгоняет меня?
— Он хочет, чтобы ты была подальше от жары. — Иезекииль хмурится. — Я думаю, он также хочет удержать себя от увольнения сотрудников без уважительной причины. У него вспыльчивый характер, но это ничто по сравнению с безжалостностью, которая проявляется, когда его люди становятся мишенью.
— Позволь мне поговорить с ним.
— Я бы не советовал этого, мисс Джонс. — Он встает у меня на пути. — Алистер упомянул, что вы не хотели, чтобы вас видели с ним в офисе. Это одна из причин, по которой он принял эти меры.
— Я могу позаботиться о себе. Мне не нужно, чтобы он приказывал мне уходить.
— Мисс Джонс. — Он стоит на своем. — Бернард отвезет вас.
Кажется, что я либо ухожу, либо меня выпроваживают, поэтому я собираю свои вещи и убегаю под пристальными взглядами моих коллег.
Иезекииль сопровождает меня всю дорогу, и я не удивлюсь, если узнаю, что это было указание от Алистера.
Когда я сажусь в машину, Бернард ободряюще улыбается мне. — Мисс Джонс.
— Привет.
— Ты в порядке?
— Ты знаешь о фотографиях?
— Да. — Он качает головой. — Я надеюсь, ты не позволишь этим комментариям задеть тебя. Люди выдумывают дикие истории.
— Могу себе представить.
— Мы знаем правду. Я верю, что все тоже это увидят.
— Спасибо, Бернард.
Остаток пути он едет молча.
Когда я приезжаю на новое место, я засовываю свои заботы глубоко внутрь. Работа есть работа. Хотя мне не нравятся напористые методы Алистера, я благодарна за смену обстановки. Офис вызывал клаустрофобию, и это идеальный предлог ‘сбежать’, чтобы на самом деле это не выглядело как отступление.
Я уверенно вхожу в элегантный магазин и представляюсь всем.
Их глаза смотрят на меня с отвращением.
Беспокойство скручивает мой желудок. Я заставляю свой тон оставаться оптимистичным. — Давайте проведем встречу с менеджерами через пять минут. Э-э, а где здесь ванная?
— Туда, — ехидно говорит один из менеджеров.
Я шаркаю мимо них. В ванной я заново наношу макияж и делаю несколько дыхательных упражнений. Менеджеры в ресторане Yazmite тоже были грубы, когда мы впервые встретились. Я расположила их к себе. Я могу сделать то же самое здесь.
Несколько минут спустя я направляюсь в конференц-зал. До меня доносятся голоса менеджеров.
“Это та, что на фотографиях?”
“Да. Это видно по сумасшедшим волосам”.
“Она думает, что имеет право командовать нами, потому что она шлюха генерального директора?”
“Я не могу поверить, что некоторым людям все сходит с рук, в то время как остальным из нас приходится страдать”.
“Я не буду слушать ни слова из того, что она говорит. Что она знает, кроме того, как соблазнить богатого мужчину?”
“Я не могу поверить, что они послали ее сюда”.
“Что теперь будет с компанией?”
“Что ты имеешь в виду?”
“Если женщины узнают, что генеральный директор Belle's Beauty — подонок, они собираются уволить его. Если они уволят его, они собираются бойкотировать продукцию. Вы думаете, компания обанкротится?”