Чтение онлайн

Эффекты в ГСЧ не ограничиваются только статистическими аномалиями. Если сгенерировать случайные числа не перед экспериментом, а, скажем, за несколько часов до эксперимента и дать оператору прослушивать эту записанную цепочку, то в этом случае тоже наблюдаются статистические аномалии [108]. Как будто генератор «знает», что на него будут воздействовать, и заранее сгенерировал нужную аномалию. Возникает эффект временной акаузальности. И хотя механизм этого эффекта очень трудно представить, опыты повторялись не только самим Шмидтом [109], но и другими исследователями – Rene Peoch в экспериментах с роботом Tychoscope (см. дальше по тексту), Радиным в экспериментах с пре-реакцией на эмоциональные фотографии [110] и другими. В целом временные аномалии типа «следствие -> причина» являются очень интересной и чрезвычайно спорной темой парапсихологических исследований (в особенности таких, как ислледования поведения животных перед землетрясением).

Из западной литературы известно множество экспериментов, направленных на измерение взаимодействий «мозг – прибор». Неплохой обзор может быть найден в работе R. G. Jahn «The persistent paradox of psychic phenomena: An engineering perspective. Proceedings of IEEE» [111]. Автор этой работы описывает также собственные эксперименты с оптическим интерферометром, с помощью которого можно измерять смещения в 0,1 длины волны. Как указывает автор, наблюдались экспериментальные смещения под воздействием операторов. Schmeidler [112] описывает эксперименты с двумя термисторами UVA-3254 с чувствительностью к изменению температуры около 0,001°К. Задачей операторов было вызвать изменение показаний сенсоров, и в некоторых экспериментах имелись позитивные результаты. В работе «The presistent paradox…» также описываются эксперименты с микроакустическими сенсорами и оптической техникой.

Описанные выше эксперименты проводились по схеме «оператор – устройство». В качестве устройства применялись всевозможные магнитные, оптические, тепловые, механические, газоразрядные, лазерные сенсоры. Практически во всех случаях регистрировались некоторые, зачастую минимальные аномалии, которые удавалось, а иногда не удавалось воспроизвести повторно. Было высказано предположение о том, что если физические системы могут взаимодействовать с неким физическим полем, генерируемым оператором, то возможно, что и сами физические системы могут также и генерировать это поле. Анализируя западную литературу, практически все эксперименты можно разделить на три вида: а) использование активных генераторов; б) использование пассивных генераторов, основанных на эффектах формы/геометрии, так же как и различные сочетания биологических/небиологических систем; в) использование обработанных объектов, способных к генерации «высокопроникающего» излучения.

Активные генераторы «высокопроникающего» излучения использовались в чехословацких исследованиях Павлиты и его последователей в Европе и США, известны вихревые генераторы Шаубергера (хотя и в контексте свободной энергии) и советские разработки, просочившиеся на Запад, например, генераторы А. Шпильмана или А. Боброва. Описание экспериментов с активными генераторами можно найти в Мельбурне, в Калифорнии и т. д. Однако эта тема, особенно в 60–70-х годах, нехарактерна для инструментальной парапсихологии.

Работам с пассивными или активными генераторами предшествовали эксперименты с растениями, например, широко известные опыты Бекстера в конце 1960-х годов [113], и с животными [114; 115; 116]. В целом влияние слабых электромагнитных, геомагнитных и геоэлектрических полей на биологические объекты давно известно (см. современный обзор в [117]). Первые эксперименты по взаимодействию растений, животных и приборов можно отнести к известным опытам Гальвани. Работа Н. Schmidt [114] представляет собой пример современных экспериментов по влиянию отрицательных «мотиваторов» на взаимодействие биологических и технических систем. Автор поместил кошку в холодное помещение, освещаемое лампой 200 Вт. Лампа была подключена к ГСЧ. Идея эксперимента заключалась в том, что лампа согревала помещение и кошка могла влиять на ГСЧ и лампу в сторону увеличения времени свечения (первые эксперименты подтвердили это предположение, хотя последующие внесли массу возражений и вопросов).

В аналогичных экспериментах в Женеве по влиянию растений на технические системы горшок с мальвой был помещен в темное помещение, которое освещалось лампой, подключенной к ГСЧ. Наблюдение заключалось в том, что во время цветения растения значения ГСЧ отклонялись в сторону уменьшения освещенности. В остальное время ГСЧ вел себя статистически «нормально». Как указывалось, статистическое отклонение бинарного ГСЧ во время цветения составляло 3 .

В современных экспериментах по влиянию животных на технические системы французские ученые разработали маленький мобильный робот «Tychoscope». Его особенность заключается в том, что движение робота контролируется через ГСЧ. Робот во время движения оставляет за собой след на полу (вертикально укрепленный стержень), и таким образом легко проследить его траектории движения. В экспериментах с лабораторными мышами [115] мыши были заключены в клетке, поставленной на краю арены 70 см в диаметре. Робот двигался по арене, причем в большинстве случаев вдали от мышей. В другом эксперименте [116] в клетку были посажены цыплята, в помещении выключен свет, а на роботе были укреплены светильники. В этом случае робот двигался большую часть времени около клеток с цыплятами, см. рис. 12. Проведенные эксперименты дают основание предполагать, что мыши и цыплята в состоянии статистически существенно воздействовать на ГСЧ (хотя по-прежнему спорными являются детали проведения этих экспериментов).

Рис. 12. Робот Tychoscope в эксперименте с цыплятами (фотография взята с сайта

Эти эксперименты породили следующий вопрос: если не только человек, но также животные и растения могут проявлять энергоинформационные взаимодействия (ЭИВ), то, может быть, ЭИВ – это некоторое свойство объективного мира, доступное также и неживым системам? Некоторые свидетельства тому появились опять-таки при экспериментах с ГСЧ. При подключении ГСЧ к электронному счетчику наблюдались аномалии статистического поведения генератора, причем эти отклонения зависели от частоты появления чисел [118]. Этот эксперимент дал повод для дальнейших работ в области небиологических ЭИВ. IPP-группа в Кельне обратилась к идее «негативного воздействия» из эксперимента Шмидта, перенесенной на две связанные осциллирующие системы, одна из которых подключена к ГСЧ (в работе [119] описывается механический осциллятор на основе детской железной дороги, в работе [120] электронный осциллятор с оптической связью). В зависимости от значений ГСЧ вторая осциллирующая система получает деструктивное воздействие типа электрического удара или сильных механических воздействий, которые могут разрушить систему. Идея в том, что осциллирующая система, подвергающаяся деструктивному воздействию, будет «пытаться снизить» вероятность таких воздействий. Как утверждают авторы, ГСЧ действительно претерпевают статистические аномалии, однако результаты еще не были перепроверены в независимой лаборатории.

Пассивные генераторы представляют собой, как правило, сложные геометрические объекты. Это известные пирамиды (даже каркасы пирамид), цилиндры фараона [121], конусы или даже вырезанные из бумаги фигуры сложной трехмерной формы (в СССР известны как структуры Гребенникова) [122]. Исследования пассивных генераторов широко представлены в западной литературе (см. наш обзор [123]). Это направление активно продвигается исследователями египетской истории, в частности работающими над разгадкой феномена египетских пирамид.

Последний тип – это ЭИВ-обработанные объекты. О возможности изменять некоторые свойства объектов сообщает множество эзотерических источников. Н. А. Козырев так описывал изменение свойств экрана под воздействием «потока времени»: «Оказалось, что вещество экрана перестраивается под воздействием происходящих процессов. Действительно, тело, находящееся некоторое время вблизи процесса и поднесенное затем к крутильным весам, действовало на них так же, как и сам процесс» [124, стр. 371].

Мы также не раз сообщали о способности различных объектов, подвергнутых «высокопроникающему» излучению, выступать в качестве вторичного (более слабого) источника излучения. Этот эффект известен также как «биологизация» объектов. Наиболее часто в качестве объекта, изменяющего свойства, выступает вода. Это уже известные «живая и мертвая вода», измерение «частоты воды» с помощью пассивного LC-звена [125], работы по детекции «памяти воды» и т. д.

Обобщая этот раздел, можно сказать, что работы в системе «устройство – устройство» являются в некоем смысле западным аналогом психотроники и существенно отходят от идеи виталистического флюида. Эти эксперименты имеют собственную предысторию и указывают на возможное существование некоего независимого агента, который ответствен за эти взаимодействия. Интересно, что эта идея была услышана также и в магии, где наблюдается возникновение автоматических систем «магических воздействий» (однако уже в контексте современной психотроники).

Теория осознанных сновидений является интересной темой, поскольку этой техникой интересуются одновременно парапсихология, классическая наука и современная магия. Речь идет об осознанных сновидениях – состоянии сна, во время которого осознается сам факт сна и имеется определенный контроль над развитием сюжета. В осознанном сновидении (или сокращенно ОС) можно летать, быть героем фильма, участвовать в «сказочных» действиях и т. д., при этом в различной степени контролируя свое собственное поведение. Хотя и до Лаберже об осознанных сновидениях было известно (см. неплохой обзор в работе [126]), эти сообщения не принимались всерьез. Вот как сам Лаберже описывает это: «В сентябре 1980 года мы послали в „Science“ новый вариант статьи, дополнив перечень проведенных экспериментов, так как число онейронавтов, участвовавших в них, возросло вдвое, как и число наблюдений; неувязки же первого варианта были устранены. Однако статью вновь возвратили – по существу, из-за той же философской позиции. Похоже, наши рецензенты (скорее всего, ими были члены АПИС) просто не могли поверить в возможность существования осознанного сновидения… Рассказывая о некоторых трудностях, которые нам пришлось преодолевать, я хотел бы (для полноты картины) заметить, что еще в 1980 году исследователи сна вообще и члены АПИС в частности практически единодушно отказывались принимать осознанное сновидение как закономерную особенность состояния сна – БДГ или любого другого. Осознанные сны по-прежнему рассматривались как химера, как продукт отклонения, вроде „снов наяву“, возникших в результате прерывания сна, но только не как нечто, заслуживающее внимания» [126].