Чтение онлайн

– Господь тебя любит! Он тебе поможет! Верь!

В то время, пока шла сложнейшая операция, Ирина вызвала моего мужа из Магнитогорска. Вместе они сидели возле операционной несколько часов в ожидании, когда все закончится. Позже Ирина мне рассказывала, как после многочасового ожидания из дверей операционной вышел один из хирургов, зная, что родственники ждут окончания операции в коридоре клиники. Он, широко улыбаясь, подошел к моему мужу, взял его за плечи, начал трясти его:

– Представляете, операция прошла очень успешно! Она будет жить! Она обязательно будет жить! Это чудо!

– Да, да... – растерянно отвечал мой муж. – Спасибо вам за все, спасибо...

Он был растерян и до конца не понимал сложности той ситуации, в которую я попала. В это же время ко мне подошла Лейла.

– В коридоре находятся ваш муж и ваша подруга, в качестве исключения мы можем пустить на одну минуту вашего супруга, – радостно сказала Лейла.

Обида и душевная боль захлестнули меня, и я стала просить, чтобы его не пускали. У меня не было ни малейшего желания встречаться с Владимиром. Понятно, что муж начнет меня жалеть, видя мою беспомощность в данный момент, показывать свою заботу, но все это уже не представляло для меня ценности. Я чувствовала, что сейчас сама найду в себе силы, чтобы выкарабкаться и снова продолжать жить.

За те дни, которые я находилась в больнице, произошли забавные истории. Перегородки в реанимации были стеклянными, и за ними можно было видеть кровати тяжелобольных.

Вечером второго дня я услышала какой-то глухой стук в стекло с правой стороны от меня. Стала прислушиваться, откуда доносится этот стук, и, повернув голову, увидела вдалеке за стеклом, где находился коридор, девушку. Она прыгала, размахивала руками и смотрела в мою сторону. Приглядевшись, я узнала свою коллегу Юлию Школьникову. В руках у нее были букет и пакет, и она, стуча в стекло, посылала в мою сторону воздушные поцелуи. Как она попала туда, остается большой загадкой, потому что реанимация – самое недоступное место в любой клинике. Я смотрела в ее сторону, улыбалась, но не могла подать ей знак, так как лежала под капельницей.

В обед следующего дня, когда наступил пересменок и в реанимационной палате стало тихо, вдруг раздался голос возмущенного дежурного врача.

– Да что это такое? – сетовал врач. – Что вы все, с ума сошли, что ли, лезете к больной из всех щелей, сюда нельзя! Выйдите немедленно!

Врач кого-то выпроваживал за пределы реанимации. Затем он подошел ко мне, протянул мне белый пакет и, положив его рядом со мной, сказал:

– Светлана, это просили вам передать ваши близкие родственники. – Он сердито и недоуменно посмотрел на меня, на этот пакет и добавил: – Вы представляете, захожу в отделение, а он, этот мужчина, напялил на себя белый халат и на четвереньках ползет к вашей кровати, в зубах держа этот пакет. Какой-то дурдом! Что они все к вам лезут? Я такого еще не видел! – Врач резко развернулся и ушел в ординаторскую.

Я, не понимая, что же там произошло, взяла в руки пакет, заглянула в него.

В нем лежали в пленке тонкие, сухие хлебные лепешки и маленькая иконка. Вложена записка, открываю ее и читаю: «Светочка, передаем тебе кусочек хлеба из Иерусалима, освященного святой водой. Кушай его и выздоравливай! Мы тебя ждем! Мы тебя любим! С любовью, Елена и Денис Шабынины».

Меня переполнили волнение и благодарность к этим людям и к тем, кто все эти дни был рядом со мной, хотя бы мысленно. От переизбытка эмоций, обняв этот пакет, я лежала и ревела как белуга.

Ведь на самом деле мир оказывается намного добрее, чем мы думаем, и всегда надо верить в то, что в трудную минуту жизни обязательно найдутся люди, которые поддержат тебя морально, духовно и физически.

Огромная благодарность Ирине Лебедевой: именно она была рядом в это трудное время. Я благодарю Бога за встречу с ней.

Вскоре меня перевели в отдельную платную палату класса люкс, об этом позаботилась опять Ирина. В палате телевизор, холодильник, картины. Я пролежала там практически две недели, и каждый день ко мне приходили мои коллеги по бизнесу, представители руководства Компании, директора бизнес-групп. Несли цветы, подписанные открытки и сувениры. Если бы они все знали, что каждый их приход, каждое слово, которое мне говорили, цветы и их искренняя забота обо мне давали мне вновь силы и надежду на быстрое выздоровление.

В один из дней в палату пришла Елена Шабынина с большой коробкой. Она поставила ее на тумбочку и гордо встала рядом, медленно достала дорогой гарнитур: халат и рубашку – и твердо заявила:

– Светлана, с сегодняшнего дня ты должна надевать только этот халат и носить это дорогое белье, потому что ты – женщина!

Когда я могла уже более-менее передвигаться, то надевала этот роскошный наряд. Посетители и пациенты с удивлением смотрели на меня, так как одежда подходила для дорогой спальни в элитном доме. Во мне просыпалась та самая женщина, которая много лет не позволяла себе надевать дорогую одежду, носить роскошное белье.

Муж каждое утро приносил мне бульон, сваренный в одном из ресторанов, свежие букеты цветов, покупал дорогие лекарства. Однажды он принес мне в подарок костюм, пиджак и юбку невзрачного серого цвета. Видно было, что эта вещь была дешевой и куплена на рынке. Я приняла ее, понимания, что это – его восприятие меня и поэтому он дарит мне такой подарок. Для себя окончательно решила, что буду одеваться теперь только в дорогих бутиках. Я стала мечтать, что в самое ближайшее время обязательно позволю себе отдохнуть в санатории и займусь своим здоровьем.

Муж без меня купил новую мебель, но меня это совершенно не радовало. Отношения были прохладными, и я приняла окончательное решение подать на развод.

В конце лета я заказала тур в Париж на две недели. Появилось желание побродить по улицам Парижа, посмотреть музеи, картинные галереи, выпить чашку кофе с горячим, ароматным круассаном. Это была мечта многих лет, я долго не позволяла ее себе реализовать. В Москве заказала тур и отель, но муж, узнав, что я улетаю во Францию, стал просить, чтобы мы полетели вместе. Он очень надеялся, что эта поездка объединит нас и отношения изменятся. Сложно сказать, что произошло в моей душе. После стольких лет искренней любви к этому человеку в глубине души образовался вакуум, пустота и безразличие.

С большой неохотой я согласилась, и поездка состоялась. Мы прилетели в Париж, поселились в прекрасном, престижном отеле. Дни были заполнены экскурсиями, посещением выставок, музеев. Чаще всего муж на все эти мероприятия не ходил – ему было неинтересно. Я все больше убеждалась в том, насколько мы с ним разные, насколько у нас расходятся взгляды на жизнь, общими была только работа и ведение совместного бизнеса.

В Париже я бродила по площадям, наслаждаясь красотой города. Любвеобильные и вечно улыбающиеся французы кивали мне головой, приветствовали и не раз пробовали со мной познакомиться, приглашая выпить вместе чашку кофе или бокал вина. Я упивалась энергией жизни этого прекрасного города. Маленькие кафе со столиками, тихая музыка, чашка ароматного кофе – все наполняло меня новизной ощущений европейской жизни. Там, в Париже, бродя по его старинным узким улочкам, я мечтала о том, что теперь каждый год буду ездить за рубеж, брать с собой сына и показывать ему мир. У меня появилась мечта поехать на океан, увидеть эту мощь, искупаться в его волнах. Я начала мечтать о своем загородном доме и уже представляла, каким он будет. Там же я пообещала себе, что в один из дней рождения, в какой-нибудь свой юбилей, я подарю себе поездку в Страну восходящего солнца – загадочную Японию.

...Перед отъездом из Парижа Владимир пригласил меня в дорогой ювелирный магазин и предложил выбрать любое украшение. Впервые в жизни мне был преподнесен дорогой подарок – кольцо и серьги с бриллиантами, изготовленные на знаменитой ювелирной фабрике.

Вечером муж организовал ужин при свечах, все еще надеясь, что я смогу это оценить. В конце ужина я поблагодарила супруга за все то, что он сделал для меня в этой жизни, и сообщила ему о своем окончательном решении: по возвращении из Парижа я подаю на развод.