Чтение онлайн

– Боже мой, ну почему я не застраховал светильник?!
– - воскликнул профессор.

– А чем он так знаменит, Алон?
– - поинтересовалась я, чтобы отвлечь его от дурных мыслей.
– - Вы еще не старый, поедете, еще накопаете.

– Да о чем ты говоришь, Валерия! Это же уникальная вещь! Он сделан из части статуи Осириса. Статуя была посвящена Нефертити, и перед ее изображением царица воскуривала благовония!

Он говорил с таким убеждением, что мне тут же захотелось спросить, откуда он знает, чем занималась Нефертити столько лет назад? Усилием воли я сдержалась.

– У вас не найдется того экземпляра "Скупа"? Хотелось бы посмотреть...

– Да откуда, Валерия?
– - Сара всплеснула руками.
– - Все выкинули.

– Может, вспомните, от какого числа была газета?

– Двухнедельной давности, пятничная.

– Хорошо, - кивнула я.
– - Алон, дайте мне адрес Ципи, я хочу заехать к ней, поспрашивать немного.

– Спасибо, дорогая! Мы тут с женой совсем пали духом, особенно после этого страшного известия. Обратиться в полицию насчет светильника или повременить? Как ты думаешь?

– Подождите денек, вот я съезжу к Ципи, а там видно будет.

Собственно говоря, чего это я так с головой влезла в поиски злосчастного светильника, забросив дом и работу? Меня грызло чувство вины --самое разрушающее чувство. Мне казалось, что если бы груженый фургон с мебелью не остановился возле моего дома и из него не стали бы вытаскивать шкаф и книги, то все бы обошлось: светильник бы не пропал, Вадима бы не убили, а профессор Розенталь не хватался бы за сердце.

Но история не терпит сослагательного наклонения, и я, занимаясь расследованием, пыталась задушить в себе это тягостно-сосущее чувство.

x x x

Зазвонил телефон:

– Я имею честь говорить с мадам Кристи, снова вышедшей на тропу войны?

– Денис, ты опять за свое?

– Скажи мне, на тебе боевая раскраска?

– Нет, а что?

– Еврейский диалог у нас получается. Из одних вопросов, ты не находишь?

– Так что тебе надо?

– Могу я пригласить даму сердца в уютное местечко, дабы насладиться в ее обществе гастрономическими изысками и отменным вином? Короче, жрать хочешь?

– Хочу!
– - обрадовалась я, вспомнив, что давно ничего не ела.

– Тогда жду в центре ГУМа у фонтана. Ну, ты знаешь где. Ровно в полночь.

– Денис, ты что! Какая полночь?

– То есть, я хотел сказать, полчаса. Жду тебя через полчаса.

"Центром ГУМа у фонтана" мы называли площадь перед Дворцом Культуры, где били фонтаны разной высоты. Там всегда было прохладно и свежо, прыгали счастливые мокрые дети и спешила на концерты чинная публика, наряженная в вечерние костюмы. Охранников при входе интересовали больше дамские театральные сумочки, в которые они заглядывали со служебным рвением, нежели билеты, которые проверялись только перед первым действием. В антракте публика высыпала наружу, и на второе действие можно было спокойно пройти и без билета, и с бомбой. Очередной "тришкин кафтан".

Форд "Фокус" Дениса стоял неподалеку. Нырнув вовнутрь, я поцеловала его в прохладный нос:

– Куда теперь?

– Мне посоветовали один премилый ресторанчик около яхт-клуба. Отметимся?

– Ага!

Когда нам принесли свежие булочки с чесночным маслом и салаты, Денис предложил:

– А теперь рассказывай, что у тебя там произошло?

Намазывая булочку маслом, я сообщила о визите в агенство по перевозкам, о Вадиме с проломленной головой, о просьбе профессора помочь ему в поисках светильника. Денис слушал внимательно, не перебивал.

– Вадима могли убить по разным причинам: кому-то перешел дорогу, влез чужаком в налаженный бизнес, из ревности, по пьяному делу. И розенталевский светильник, пусть он и супер-пупер ценный и принадлежит, по слухам, самой Нефертити, может не играть в этом деле никакой роли. Разве что он пропал до убийства парня. Но, как ты сама любишь произносить: "После того не значит вследствие того". Ты хочешь помочь профессору найти светильник? Очень хорошо. Абстрагируйся от смерти Вадима. Поспрашивай жену, домработницу, грузчиков -- может, сунули куда-то. Убивать-то зачем? Не твое это дело --расследовать преступление. Пусть полиция занимается.

Конечно, Денис консерватор и ретроград, несмотря на свой молодой возраст, но резон в его словах есть. Вот сейчас доем креветок в сливочном соусе и завтра с утра за работу! А поисками займусь в свободное от работы время. Найду -- хорошо, не найду -- на нет и суда нет. Решено.

– И все же я не пойму, - произнес Денис, обсасывая креветочный хвостик, - почему тебя тянет разгадывать эти дедуктивные головоломки? Книжки читай, знаешь, как успокаивает? Сказки на ночь...

– Сказки?
– - удивилась я.
– - Так они и есть самые криминальные истории! Я только не понимаю, как детям эти триллеры на ночь рассказывают, вроде "Красной шапочки".

– С "Красной Шапочкой" уже Эрик Берн разобрался4. Ты хочешь сказать, что "Курочка-Ряба" или "Колобок" тоже детективы?

– И ты еще сомневался? Ну, скажи, с чего бы вдруг Курочка-Ряба снесла золотое яйцо? Не иначе получила какое-то воздействие извне.

– Зевс к ней пришел, как к Данае, в виде золотого дождя, - усмехнулся Денис.

– Да хотя бы и Зевс. Ты же знаешь, что в древности происками или провидением высших сил назывались любые загадочные явления природы или человеческого умения и разума. Возьмем основной постулат римской юриспруденции: если что-то сделано, ищи того, кому это выгодно. Кому было выгодно, чтобы Курочка-Ряба несла золотое яичко?

– Деду с бабкой.

– А вот и нет. Они были в полной растерянности, узнав о новых свойствах своей курицы. И с присущим человеку любопытством принялись исследовать яйцо. Кстати, в этом нет ничего подозрительного -- нормальная реакция ничего не подозревающих людей. И это характеризует их алиби. Вот если бы они, зараженные вирусом стяжательства, требовали от Курочки-Рябы новых и новых кладок, а потом продавали их, как яйца Фаберже, вот тогда их можно было бы заподозрить.

– Тогда, кроме мышки, других персонажей в сказке не имеется.

– И это наводит на определенные размышления!

– Какие?

– Во-первых, уж больно она вовремя появилась на сцене. Неспроста это. В детективах случайностей не бывает. Далее, мышка -- специалист. Задачу, над которой бились дилетанты дед с бабкой, она решила одним движением хвоста. Значит, знала силовую точку, в которую надо ударить. Кстати, обрати внимание, что было дальше.

– Да знаю я, что было дальше: "Дед плачет, бабка плачет, а курочка кудахчет..." Потом она опять им стала обычные белые яйца нести.