Чтение онлайн

– Что вы?..

Я рефлекторно схватила Шейна за руку, но тут же отпустила: ради развлечения такую магию накладывать не станет.

– Не смотри в сторону Абеля. На эту магию людям смотреть нельзя, конечно, если желаешь остаться в своем уме и видеть хоть что-то когда-то, – пробормотал Шейн. – Совершенно ненормальный бессмертный! Разве можно применять такую магию?

Я сосредоточилась и почувствовала ее – такую разрушительную, далекую и… знакомую.

Магия божественного уровня. Ей дали такое наименование совсем не потому, что ее использовали какие-то боги, а из-за недоступности для людей.

Если не считать специализированную магию, то в мире официально признавалось лишь три типа магии: низшая, классическая и высшая. Они не вмешивались в ткань мироздания, не имели особой отдачи и последствий, если маг не пытался выйти за свои личные пределы, а также были доступны в освоении практически любому талантливому магу.

А неофициально существовала еще одна магия, которую называли божественной. О ее существовании вроде как все знали, иногда сплетничали, упоминания о ней встречались в мемуарах великих магов, но не более того.

Официально ее не признавали, потому что не могли собрать минимальные доказательства существования: нужное количество свидетелей, особенности активации, закономерности действия и причины существования. А все потому, что все, кто лицезрел ее, сходили с ума: магия такой силы и объемы разрушала разум. И не только у тех, кто видел, но также и у того, кто ее применял. Впрочем, темный бессмертный дракон был достаточно легендарным существом, чтобы использовать такую магию без фатальных последствий для себя.

Но это значит, что она ему не аукнется. Тем более, что все бессмертные имели одну проблему: их разум с каждой смертью становился все более «хрупким», а человеческое восприятие происходящего приглушалось, уступая место холодному расчету и рациональности.

Я бы хотела повозмущаться, почему он так рискует, но… По-другому демона не уничтожить в одиночку – если хоть одна клетка, хоть одна частичка останется целой, то демон восстановит свое тело. Чтобы окончательно убить эту тварь, нужна магия колоссальной силы, которая способна изничтожить все до такой степени, что сотрет саму сущность.

Это либо божественная, которую использовал Абель, либо магия пятиконечной звезды, созданная не менее чем пятью могущественными магами. Понятно, какой вариант оказался единственно доступным.

Я вздохнула, чувствуя, как неприятно царапает на сердце. Злость, которую я испытывала по отношению к Абелю, испарилась: стало понятно, почему Абель не хотел сталкиваться с демоном. Да и как можно злиться на человека, который спас тебе жизнь? К тому же, я могла очень долго и упорно отрицать, что что-то значу для Абеля, могла плохо соображать в первый момент, но…

Но сейчас моя голова работала ясно. И если сложить все факты, все его поступки, то приходилось признать, что я – единственная причина, по которой Абель вернулся сюда и так рисковал. Выгода или что-то другое – даже гадать не буду, проще спросить, чем строить предположения.

И отплатить я ему почти ничем не могла. Разве что израсходовать все оставшиеся силы, чтобы благословить на устойчивость разума, ведь это именно то, что Абелю, который уже запустил божественную магию, нужно больше всего.

Я не стала медлить с благословением, даже силы не проверила – просто отдала все, что осталась. И благополучно позволила упасть себе в обморок от истощения: в конце концов, меня тут не уронят, да и воздействие божественной магии проще пережить, когда ты без сознания.

Сердитый мужской голос прорывался сквозь полудрему:

– Вы лекарь или нет? Вы не можете определить, когда ваша коллега упала в обморок от истощения, а не от шока?

– Но все ее целительские силы при ней. Они израсходованы чуть больше, чем наполовину, – целительница ответила довольно раздраженно.

Явно не знала, что из себя представляет Абель, иначе говорила бы куда вежливее.

– Она не исцеляла, а благословляла его. – А это уже Шейн.

– Целители, которые благословляют, используют целительскую магию, – огрызнулась лекарь. – Повторюсь, она у нее в полном порядке. В любом случае, сейчас ей ничего не угрожает.

О, неудивительно, что лекарь зла – с ее точки зрения все выглядит так, будто два мага докапываются непонятно до чего. Ну, что ж поделать с тем, что благословения я использую совсем не целительский резерв?

– Тогда почему она не приходит в себя? – выругался Шейн.

– Уже пришла. Флер, может, откроешь глаза и скажешь что-нибудь?

– Добрый день, – пробормотала я, не желая открывать глаза и смотреть на этот бренный мир с его бренными проблемами.

Признаться, я бы и дальше предпочла притворяться, что нахожусь без сознания. Уж очень не хотелось разгребать последствия своих поступков. Разумных поступков, но Абель определенно так не считает. С другой стороны, не прибил же он Шейна, а Шейн действительно провинился, тут уж с какой точки зрения не смотри: хоть с моей, хоть с Абеля.

– Вечер, – подсказал Абель. – И я сомневаюсь, что его можно назвать добрым.

– Демоны уничтожены, а монстров откинули за границу города, – тихо сказала целительница. – Если этот день нельзя назвать добрым, то какой можно?

– Отбили? – я тут же открыла глаза.

Обычный лазарет, одноместная небольшая палата, а напротив кровати, где я лежала, – Абель и Шейн. Я невольно скользнула взглядом по Абелю, пытаясь определить, в каком он состоянии после использования божественной магии. Вроде бы все в порядке. Глаза спокойные, никаких признаков того, что его разум затронут.

– Да, – ответил Абель, внимательно следя за целительницей, которая взяла мое запястье и запустила диагностическое заклинание.

– С вами все в полном порядке. Пару дней отдыха я бы порекомендовала, но ни лекарств, ни магических манипуляций не нужно. Впрочем, коллега, думаю, вы сами об этом знаете. Я пойду, сейчас слишком много раненых.

Я понимающе кивнула. Стоило девушке выйти, как заговорил Абель:

– Что ж, пора возвращаться, правда? Раз ты в полном порядке, думаю, прекрасно осилишь дорогу. Порталы уже открыли. А после нас ждет долгий, очень долгий разговор.