Чтение онлайн

– Вы не успеете до рассвета подвести к Гинсаверу «огневержцы». Это раз. Ваша дружина ослаблена, ей нужен отдых. Это два. А варанская экспедиция еще располагает внушительными силами. Это три. При таких условиях вы просто не сможете взять замок! К тому же, вы и сами толком не знаете, на что способны Лараф и его книга.

– Да что вы нам голову морочите? – Шоша сказал это, впрочем, уже без прежней аффектации. – Этой ночью, видите ли, атаковать мы не можем, потому что не подтянем метательные машины. А начиная со следующего утра мы не сможем напасть на Ларафа и подавно, потому что «молнии Аюта» вновь войдут в строй!

– Лагха, однако, прав, – заметила Зверда. – Но что-то мне подсказывает, что он знает, как нам следует действовать.

– Да, – Лагха самодовольно ощерился. – В Гинсавер я пойду сам, один-одинешенек. Ведь моя теперешняя глиняная оболочка – точная копия тела Лагхи Коалары, то есть моего собственного, Шилол подери, тела! Я выгляжу как гнорр, потому что я, ха-ха, и есть настоящий гнорр!

– Зачем это? Зачем вам в Гинсавер? – подозрительно осведомился Шоша.

Но Эгин не дал Лагхе ответить.

– Я с вами! – воскликнул он. – Я пойду с вами!

– А вот это лишнее, – покачал головой Лагха. – Если я – гнорр, то вы, Эгин, простите, всего лишь какой-то подозрительный бродяга. Если же кто-то узнает в вас Эгина, бывшего аррума Опоры Вещей – тем хуже. В любом случае, вы не пройдете мимо сторожевых постов. Да и делать вам в Гинсавере нечего.

– Я не собираюсь проходить через сторожевые посты. Я собираюсь проникнуть в Гинсавер по воздуху.

– Вы тоже гэвенг, да? – насмешливо поинтересовался Шоша. – Гэвенг из Потерянного клана? Вы имеете гэвенг-формы грифа и летающего змея?

– Нет, я человек. Зато я имею кое-что такое, о чем вам, гэвенгам Фальма, остается только мечтать.

Так случился второй миг торжества Эгина за этот долгий день. Первый случился тогда, когда Эгин, шокированный общением с шептуном, наконец вынырнул в родном аспекте мира и обнаружил, что его качают на руках дюжие фальмские дружинники, а воздух полнится экстатическим гомоном славословий.

Заморский гость совладал с нечистой силой варанцев! Заморский гость спас отечество! Заморский гость почти такой же сильный, как и любимые хозяева Маш-Магарта! Гамэри! Гамэри! Гамэри!

Зверда смотрела на Эгина со смесью недоверия, восхищения и зависти. Во взгляде Шоши было одно лишь уязвленное самолюбие, но и это Эгина вполне устраивало. Даже Лагха выглядел обескураженным.

Что же такое есть у Эгина? Хват Тегерменда? Коготь Хуммера? Молот Хуммера? Черен Хуммера?

Эгин выдержал надлежащую паузу и собирался уже раскрыть свою страшную тайну, которая, кстати, для Лагхи никакой тайной не являлась, как вдруг в шатер без спросу ввалился Лид.

– Барон! Баронесса! Не велите казнить!

Вслед за тем военный советник бухнулся на колени. Сейчас он походил на тихого, но шкодливого оболтуса-переростка, который долго подворовывал из кладовки цукаты и варенья, а после, страшась неминуемого разоблачения и не решившись свалить вину на кого-либо из слуг, прибежал каяться.

– Против воли своей виноватый я! Запродал сердце сергамене! Точнее – отъяли его прочь у меня!

– Ну-ну, – поощрила советника к дальнейшим признаниям Зверда.

– Снова начинается, Шилол бы его побрал… Я уж думал – все, конец, отпустил меня окаянный…

– Да по порядку давайте, гамэри-кан аруптах!

Но «по порядку» Лид не успел вымолвить ни слова. Вместо этого военный советник опрокинулся на спину, раскинув руки крестом.

– Кажется, еще один вещий транс, – равнодушно прокомментировал Лагха.

Эгин тоже с трудом подавил зевоту. Несмотря на то, что Медовый Берег научил его прислушиваться к словам вещих, созерцание чужих трансов не доставляло ему ничего, кроме скуки.

Однако, вместо завываний и двусмысленных сообщений о близости потаенного-неведомого, неименованного-ужасного, темного-подземного врага-погубителя Лид вдруг ясным и твердым голосом сказал:

– Добрый вечер, бароны. Добрый вечер, чужеземцы.

Зверда сразу же подобралась. Неужели это новая шутка «Семи Стоп Ледовоокого»? Или глас самих феонов?

На всякий случай баронесса обнажила меч и глазами призвала Эгина сделать то же самое.

Верхняя часть туловища Лида заняла вертикальное положение, упершись руками в ковры на полу шатра.

– Сразу хотел бы обратить ваше внимание на мое благородство. Я мог бы сделать так, чтобы в самый неподходящий момент, например, в критический момент боя с варанцами, Лид всадил вам, баронесса, и вам, барон, меч в спину. И когда вы временно лишились бы контроля над своей гэвенг-формой, появился бы я. А уж я, в отличие от варанцев, знаю как сделать так, чтобы бароны Маш-Магарт отправились прямиком в Пределы Исхода.

– Извольте представиться, – потребовала Зверда. – Время сейчас, знаете ли, военное. Когда кто-то овладевает чужими устами – это смердит премерзко.

В принципе, баронесса уже догадалась. Но ей не хотелось озвучивать свое предположение, чтобы неизвестный, глаголющий устами Лида, в случае, если она все-таки ошибается, не смог подыграть ей, выдав себя за того, другого, о котором догадалась Зверда.

– Более того, именно так я и собирался поступить, – продолжал запредельный гость, игнорируя требование баронессы. – Еще сегодня утром я готовился именно к этому. Вам очень, очень повезло, что варанцы сошли с ума и упредили мое нападение. И вам повезло втройне, что я не заключил союза с баронами Семельвенк.

«Вот видите», – одними губами сказал Лагха барону Шоше.

– Назовите свое имя! – Зверда вскочила на ноги. Больше всего на свете баронесса ненавидела, когда ее слова пропускают мимо ушей. – В противном случае я снесу вашему болвану голову и вы не сможете сказать то, ради чего тратите сейчас свои таланты!

Если бы сознание Лида было включено в этот разговор, военный советник имел бы все основания обделаться от страха. Потому что баронесса не шутила: она действительно была готова пустить в ход меч. Вместо этого Лид легкомысленно улыбнулся:

– Но ведь тогда вы не узнаете, кто я, и зачем ищу разговора с вами. А разговор этот для вас важен, очень важен.

Эгин вмешался:

– Да имейте же совесть, кто бы вы ни были! Баронесса сейчас и впрямь отрубит бедолаге голову, как вы не понимаете!? Какое отношение он, наемный харренский солдат, имеет к вашим фальмским дрязгам!? Тем более сейчас, когда его воля не владеет его же собственным телом!

При этом щека разболелась так, что Эгин поклялся воздержаться в ближайшие дни от подобных тирад.