Чтение онлайн

Тогда Макар, не долго думая, уселся ему на плечи, всей своей массой вдавливая худое тело в мягкую обивку. Руки, связанные за спиной, сжались в кулаки, позволяя ногтям до боли впиться в ладони. Уткнувшись лицом в теплую ткань, Егор судорожно сжал зубы, начиная понимать, какую страшную пытку устроили для него коллекторы.

Дрожащей от возбуждения рукой Лева провел по проступающим позвонкам Егора, не минуя ни одного своим болезненным вниманием. Ощутив упругость напряженных ягодиц, он с жадностью раздвинул красивые полушария, наслаждаясь видом девственного ануса. Его длинные пальцы прикоснулись к манящему отверстию, заставляя острому приливу желания с силой упереться в область ширинки, откровенно натягивая брючную ткань.

Макару было интересно одно: делал ли Лева обрезание. Его и раньше это интересовало, но вот теперь представилась возможность воочию увидеть подтверждение своей догадки. Обернувшись в сторону явно озабоченного товарища, он с самодовольной улыбкой лицезрел обнажившийся член, лишенный крайней плоти. Мощная эрекция, вызванная предвкушением обладания вожделенного тела, продемонстрировала подрагивающий от напряжения половой орган во всей своей красе.

Ухмыльнувшись от одной мысли о том, как это крупное достоинство проникнет в хрупкое худое тело и какую порцию боли оно доставит при этом, Макар отвернулся, устремляя свой взгляд в мерцающий экран и нащупывая в кармане долгожданную самокрутку.

От вида беспомощного Егора, его, только его мальчика, Лева совершенно обезумел. Трясущимися руками он поспешно достал из кармана серебристый квадратик и, торопливо оторвав ребристый кончик, одним движением выдавил скользкий презерватив из упаковки. Тонкая латексная пленка прозрачным покровом обхватила горячий орган, одевая его в своеобразную боевую броню. Лева тяжело вздохнул и, обхватив Егора левой рукой за бедро, правой приставил налитой желанием член к притягательному входу, такому узкому, что Лева уже заранее содрогался от ожидания бесконечного удовольствия.

Егор крепко зажмурил глаза, почувствовав это ужасающее прикосновение. Он понимал, что самый настоящий кошмар начинается именно сейчас, под звуки классической музыки и запах ментола, неизменно тянущийся шлейфом за его будущим насильником.

Сердце Левы громко стукнуло, заглушая самые высокие ноты, когда его член постепенно начал погружаться в жаркий плен тугой плоти. Для начала медленно, сантиметр за сантиметром раздвигая стенки источника удовольствия. Лева прикрыл глаза от нарастающего блаженства и погрузился на всю длину, крепко сжимая нежные бедра. Выдавив из Егора жалобный всхлип, он вышел наполовину, а затем энергично погрузился вовнутрь, получая новую порцию ни с чем не сравнимого наслаждения.

Дикая раздирающая боль заставила Егора разомкнуть губы и издать тихий стон. Один-единственный. Принесший Леве дозу победного сладострастия. До крови закусив нижнюю губу, Егор поклялся себе больше не проронить ни звука, чтобы не доставить радости развратному мужчине, издевающемуся над ним подобным глумливым образом.

Вода прозрачными ручейками стекала с влажных волос, пропитывая собой мягкую обивку, тонкая струйка крови тянулась по подбородку, багряным цветком распускаясь на светлом вельвете. Его глаза остались сухими. Боль не смогла возвыситься над ненавистью, вылившись потоком непрошенных слез. Егор терпел все эти бесконечные мучения молча. Дышать было тяжело из-за сидевшего на нем Макара, руки свело судорогой, тянущимися импульсами распространяющейся от запястий к предплечьям, но самой сильной, самой нестерпимой являлась боль, причиняемая ему озверевшим насильником с каждым его последующим движением. Толчки были монотонными и мощными, с каждым новым вторжением растягивающими нежную плоть все больше и больше. Егору уже начало казаться, что это не закончится никогда - настолько долгим и мучительным был этот процесс. Он попытался глубоко вздохнуть и на доли секунды отключиться от новой волны нечеловеческой боли.

Макар любил классическую музыку. Ее звуки погружали его в своеобразный транс, наполненный красивыми и одухотворенными образами. Легкая мелодия кружила воображение в вальсе, заставляя позабыть окружающую действительность. Чиркнув зажигалкой, Макар раскурил свою самокрутку, полной грудью вдыхая пары марихуаны и совершенно прекращая обращать внимания на жалкие потуги к сопротивлению лежащего под ним Егора. Костлявая спина уже не казалась такой неудобной, а ритмичные толчки, вынуждающие несчастное тело содрогаться от боли, уже не досаждали своим однообразием.

Макар понимал, что этот процесс будет затяжным из-за Левиного обрезания, поэтому, используя возможность насладиться моментом, он абсолютно растворился в окружающих его ритмах и пьянящем дурмане опиума. В эти мгновения Макар ощущал себя дирижером, перед которым открылся весь мир неизвестных доселе звуков. Взмахивая рукой с зажатым в пальцах косяком, он управлял прекрасным, создавая совершенное и вечное, только ему ведомое музыкальное творение.

Мощный и долгий экстаз заставил Леву выгнуться в пояснице, с силой вонзаясь ногтями в нежную кожу ягодиц. Вспышка за вспышкой перед глазами, сладкая дрожь, жалкими волнами прокатывающаяся по всему телу, рваные стоны из широкой груди - на какой-то миг Лева впал в глубокое оцепенение, целиком и полностью познав объект своего вожделения.

Новая порция боли заставила Егора еще сильнее зажмурить глаза и задержать предательский вздох, когда он почувствовал, как из него постепенно выходят. Приглушенно зашипев сквозь зубы, он слизнул кровь с прокушенной губы, насыщая рецепторы металлическим привкусом. Его кошмар прекратился, отзываясь диким жжением и растоптанной в пыли честью.

Аккуратно сняв наполненный презерватив и тщательно упаковав его в заранее подготовленный целлофановый пакетик, Лева спрятал улику в глубокий карман своих льняных брюк и наконец-то поднялся с колен, натягивая на бедра белье и застегивая ширинку.

Егор был хорош. Лева в нем не ошибся.

Музыкальный фон сменился, но Макар этого даже не заметил: в его голове звучала своя собственная мелодия.

–  Эй, - Лева довольно настойчиво похлопал его по плечу, - первая часть концерта по заявкам подошла к концу.

На удивление, Макар быстро привел в чувство свой «надежды маленький оркестр» и, сделав последнюю затяжку, соскользнул с Егора, одним щелчком отправляя тлеющий бычок в открытое окно.

Тяжелое чувство унижения, смешанного со стыдом, непомерным грузом давило на обнаженные плечи, лишая Егора возможности подняться. Он так и остался стоять на коленях, опираясь грудью на пуфик, с завернутыми за спину руками, связанными синим поясом, не находя в себе сил даже открыть глаза.

–  Хороший мой, - Лева присел возле него на корточки и осторожно провел рукой по влажным волосам, откидывая назад нависшую прядь, мешающую созерцать всю картину прекрасного.

–  Ну, дальше что?
–  немного растерянно протянул Макар: по подобному сценарию он работал впервые.

–  Предлагаю обойтись без антракта и сразу перейти ко второй части, - Лева поднялся в полный рост и, плавно продефилировав возле Егора, одними только кончиками пальцев проводя по бархатной коже своей жертвы, начиная от затылка и заканчивая округлостями ягодиц, произнес, - такой красивый и такой беззащитный... Хочешь попробовать?
–  с этими словами он протянул Макару очередной презерватив.