Чтение онлайн

— Опять ты за свое?! Никто тебя никуда не выгонит… тем более с твоей же квартиры. Я говорю, что у тебя есть выбор. И время подумать над вариантами. Дом за два дня не покупают… Решить, что тебе больше нужно. Например, эта работа…

— Ну… — она поморщилась. — Среди людей все-таки надо быть… Но это… когда-то…

Она о чем-то задумалась, — Влад не торопил. А потом сказала:

— Это, наверное, хорошо, — выбирать…

[1] Торгсин (от «торговля с иностранцами») — советская организация, которая во время голода 1930-х годов, в частности, на территории Украины, занималась скупкой золота у населения, среди прочего, в обмен на продовольствие. Упоминается в песне Владимира Высоцкого «Лукоморья больше нет», там Кот Учёный «цепь златую снёс в Торгсин».

[2] Квалификационно-дисциплинарная комиссия адвокатуры (в Украине — орган, занимающийся допуском к профессии адвоката и вопросами дисциплинарной ответственности адвокатов за нарушения).

[3] Служба безопасности Украины.

6. Национальная безопасность.

Влада всегда удивляла склонность размещать органы власти, суды и тому подобные организации там, куда или трудно добраться, или где почти невозможно припарковаться. Или и то, и другое. Аскольдов переулок — это от дома Марьям на другой стороне Печерска[1], пешком не дойдешь. А найти место, чтобы припарковаться, здесь — проблема. Только на это ушло минут десять (тем более — на огромном «Инфинити»), и еще потом дойти с одной из соседних улиц…

Но вот все препятствия были преодолены, и он сидел в кабинете следователя. Сергею Дорошенко было лет тридцать пять, и он смотрел на Влада, казалось, с каким-то неодобрением.

— Знаете, по какому делу я вас вызвал? — спросил следователь.

— Со вчерашнего дня гадаю. Вроде никогда не имел дел с вашей службой, и со сферой ее интересов тоже, — пожал плечами Влад.

— Но мы занимаемся делами о терроризме, — подсказал следователь.

— И меня хотите в террористы записать? — На самом деле, Влад начал догадываться, о чем пойдет речь. Так оно и произошло.

— Вас? Нет. Но ваша сестра погибла в результате террористического акта. А мы ведем следствие… И вас надо допросить в качестве свидетеля.

— Тогда уже нужно было бы потерпевшим признавать… — решил перейти в наступление Влад. Он подумал, что следователь, видимо, не очень хорошо изучил того, кого решил вызвать на допрос.

— Вы будете этого требовать?

— Пока заявление подавать не буду. — Влад покачал головой.

— Ну, тогда ознакомлю вас с вашими правами. — Следователь зачитал стандартную и хорошо знакомую Владу формулу. — Итак, что вы можете сообщить по делу? Все же, погибла ваша сестра!

— Ничего. — Ему пришлось лишь развести руками. — Так случилось, что… я вообще не знал, что у меня есть сестра, пока она была жива. Тем более — что она живет в России, в Каластане. Мой отец оставил семью, кажется, в девяностом году, — пояснил Влад. — И уехал из Киева. С тех пор я ничего о нем не знал, как и о том, что он второй раз женился, и родилась Злата… Пока, чуть больше, чем месяц назад, мне не сообщил, что я имею право на наследство, адвокат из Каластана.

— Значит, сестру вы никогда не знали, даже о ее существовании не подозревали, но от наследства не отказались, — резюмировал следователь. Влад только улыбнулся.

— А вы бы на моем месте, что отказались?

— Нет! — рассмеялся следователь. — Но, во-первых, в Россию бы не поехал. А во-вторых, задумался бы: почему это ко мне приехал какой-то адвокат издалека, и хочет вдруг сделать меня богачом? Вы не задумывались? Если бы вы не знали о сестре и о наследстве и дальше…

— Ну, здесь долго рассуждать было не нужно: я подумал, что адвокат хочет заработать гонорар. Вы же знаете, что я сам занимался этой работой..? — Следователь, судя по всему, слышал об этом впервые. — Тогда, когда занимался, — я бы сам мог так сделать. Если бы, тем более, речь шла о таких деньгах. Это была первая мысль…

— Но потом вы ее изменили?

— Не изменил, а пришел к выводу, что это не единственное, чем руководствовался адвокат — его фамилия Таханов. Хотя гонорар свой он заработал честно. Но тут еще и другое… Каластан — маленькая республика. Там свои… расклады по бизнесу, свои связи и конкуренция. Если бы не я… Единственной наследницей была бы дочь Юнуса Талаева, Зарема. А она — жена Хайдера Тохова, тоже большой фигуры в местном бизнесе. Я так считаю, — сделал вывод по некоторым разговорам, которые там слышал, — что глава Каластана очень беспокоился, чтобы Тохов не сконцентрировал слишком много влияния в республике. Поэтому обратился к Таханову, чтобы этого не допустить. А тот нашел меня, — они ничего не могли сделать, я законный наследник, даже несмотря на то, что Злату никогда не знал.

— Они вам… ставили какие-то условия? — спросил следователь. — Возможно, заставляли что-то для них делать?

— Да нет… Вы смотрите с точки зрения вашей службы, — снова улыбнулся Влад. — Но это же не разведчики… Если бы это было, скажем, в Москве, я бы тоже удивился. А Каластан — такое себе маленькое государство в государстве. Они там решают свои проблемы, ну, и федеральный бюджет «пилят» потихоньку. На все остальное им, кажется, наплевать.

— Что ж, кажется, вы нам мало чем поможете. — Следователь распечатал протокол и дал его прочитать Владу. Тот внимательно ознакомился с документом и подписал.

— Я бы с радостью сделал что-то большее… — Он не грешил против истины. Теперь, когда выяснилось, что он, как таковой, следователя не интересует, Влад почувствовал облегчение, хотя еще вчера пришел к выводу, что прямой опасности нет. Но, когда имеешь дело с «органами», одно дело — догадаться, другое — удостовериться. Особенно, когда только вернулся из России. Интересно, как они узнали, что он поехал туда по поводу наследства, и чьего именно? — А что, собственно, вы хотели от меня узнать?

— Нас очень интересует, зачем ваша сестра вообще приехала в Киев? Вы же, наверное, согласитесь, что это странно! Молодая женщина, которая только что стала вдовой, но одновременно — очень богатой. Это произошло за границей, в Эмиратах. И вот, когда она может покинуть страну, она, — конечно, гражданка России, — летит не домой, не в Каластан. Даже в Москву. Она летит в Киев, где раньше никогда не бывала.

— Никогда? — удивился Влад.

— Нет. Вообще не въезжала в Украину. Ни как Злата Талаева, ни под девичьей фамилией — Бурсак. Мы проверили. Тогда — что ей здесь было нужно?

— К сожалению, понятия не имею. А вы, кажется, думаете, что она могла быть… не случайной жертвой? — догадался Влад.

— Мы проверяем все версии, — ответил следователь так, как и можно было ожидать. Вообще, странно, что он завел такой разговор со свидетелем. Но это было еще не все. — Вообще все. Особенно, когда речь идет о таких больших деньгах.

— Вы говорите, что не знаете, почему сестра полетела в Киев, — задумчиво сказал Влад, делая вид, что не понял намека. — А меня интересует, как она вообще стала женой этого Искандера Талаева…

— Что значит, как? — удивился следователь. — Вышла замуж за богатого… Как там у них говорят? Лицо кавказской национальности? Житейская история…

— Не все так просто… Вы знаете, какой именно национальности Талаевы? Они — хасанийцы. Это один из пяти коренных народов Каластана.

— Ну и что?