Чтение онлайн

Наконец они поднялись в верхний парк и нашли уединение в садовой беседке. Деревянная решетка ее, собранная из перекрещенных планок, закрывалась от посторонних глаз огромным кустом шиповника, но через узкий дверной проем можно было видеть весь парк и заметить любого, кто направится в их сторону по аллее молодых, подстриженных лип.

– Ну вот, теперь говори.- Анастасия поправила парик, как неудобную шапку, и внимательным взглядом окинула куст шиповника. Над малиновым цветком басовито гудел шмель.

– А он не донесет?- добродушно усмехнулся Саша, копируя жужжание, но тут же сделался серьезен, поймав строгий взгляд жены.- Произошла роковая подмена. Никита арестован вместо рыцаря Сакромозо, которому великая княгиня якобы назначила свидание.

– Что значит "якобы"? Кто же его назначил?

Тайная канцелярия, а вернее сказать - Бестужев. Он решил таким образом скомпрометировать великую княгиню. А Никите случайно попала в руки записка с приглашением.

________________________________

* фонтаж - головной убор с кружевами.

________________________________

Анастасия вздохнула глубоко, потом поежилась и, нервна теребя кудряшки у виска, спросила настороженно:

– И чего же вы хотите от меня?

Саша сразу обозлился на это "вы", Анастасия ревновала Сашу к друзьям и часто говорила в запальчивости: "Они тебе нужнее, чем я!",- а если доходило до громкого разговора, когда он упрекал жену в приверженности ко двору, она отвечала: "Да, это моя жизнь. А у тебя своя! Ради вашей мужской дружбы ты меня не пощадишь!" И попробуй объясни ей, что обида говорит в ней, а не разум.

Но сейчас об этом лучше не вспоминать. Если у женщины красные глаза, а на голове нелепый парик, то говорить с ней надо терпеливо и ласково, как с ребенком.

.
– Мы посоветовались и решили, что сейчас от тебя зависит все. Тебе отводится главная роль.

– Какая?

– Ты должна поговорить с государыней.

– Вы решили!-вспыхнула Анастасия.-Это ты и Софья?

– И еще Алешка. Я же писал тебе, что он приехал.

– Ах, да...

– И еще Мария.

– Какая Мария?

– Подруга Софьи, дочь ювелирщика Луиджи.

– Ну, конечно, если дочь ювелирщика решила, то мне остается только подчиниться...

– Настя, не сердись, что с тобой? Мы обязаны помочь Никите! Если он и должен понести наказание, то за беспечность - не более.

– Это не беспечность-быть влюбленным в великую княгиню,- быстро сказала Анастасия.-Это гораздо хуже.

– Пусть,- согласился Саша.- Назовем это непочтением, безрассудством, в конце концов. Но ведь он в этом никогда не сознается. Я его знаю. На плаху пойдет, чтоб не замарать имени Екатерины. И добро бы любовь, а то ведь так, дорожное приключение, а остальное он сам придумал.

Он вкратце рассказал события последних дней. Анастасия слушала его не перебивая, потом спросила неуверенно:

– И вы хотите, чтобы я рассказала об этом Их Величеству? Ах, как высокопарно умеет излагать Анастасия самую простую мысль! Да, да... Он именно хочет, чтобы Елизавета узнала истину.

– Истину?- Анастасия рассмеялась желчно.- Мы здесь во дворце не живем, а играем в жизнь. Правила игры каждый всосал с молоком матери. А правила такие - маскировать пред государыней все плохое и выставлять напоказ хорошее. Если нет ничего хорошего, то можно придумывать, фантазировать, то есть врать, только бы улыбнулась матушка Елизавета. А ты с дочерью ювелирщика жаждешь донести до государыни истину - смешно...

У Саши на щеках заходили желваки. Анастасия увидела, что он на пределе, и сразу сменила тон:

– Бедный Никита, угораздило его... Погоди, дай подумать.- И она надолго замолкла, глядя на кончик выглядывающей из-под платья туфли. Потом сорвала травинку, торчащую сквозь решетку, принялась ее жевать, измочалила до отдельных волокон.

– Что ты так долго думаешь?-не выдержал Саша.

Анастасия поморщилась, не говоря ни слова. Она думала не о том, стоит ли ей разговаривать с государыней, ее занимал другой вопрос: стоит или не стоит сказать сейчас мужу об истинной причине ее страхов. Впрочем, когда страхов много, это еще не беда. У нее был один, главный Страх, от которого она ночей не спала, в каждом взгляде государыни видела угрозу. А дело все в том, что Шмидша проболталась, выкрикнула ей в бешенстве ужасную фразу: "С матерью-изменщицей переписываешься? Ужо тебе!"

Три года назад, когда счастье над Анастасией воссияло, когда обручилась она с любимым и вернулась ко двору, совершила она беспечный поступок послала с нарочным небольшую писульку в Якутск. Нарочный был верный человек, старый слуга ее матери, которому разрешили отбывать ссылку вместе с госпожой. Писулька была самая невинная. Анастасия сообщала матери о своем браке и просила на то ее благословения.

Якутск - это на краю земли. Там кругом снега, льды, и так круглый год. Как-то после ласк на супружеском ложе, беспечная и веселая, она увидела эту страну во сне, и холодом пахнуло с ее подушки. Все там блестело прозрачным, колючим льдом. Она проснулась окоченелая, в слезах, со сведенными судорогой ногами. После этого и написала записочку, чтоб подбодрить мать, утешить и дать знак: жива я, помню и люблю.

Отослала писульку и ответа ждать забыла. Какой может быть ответ, если бросила она свои слова теплые в ад, в холодную, зловонную яму, а год спустя, когда повертелась она при дворе, приобрела опыт, то поняла, что писулька ее-серьезное преступление против государыни. Потом она стала с ужасом ждать, что, не приведи Господь, Анна Гавриловна вздумает ей ответить. Мать всегда была безрассудна, отпишет целую депешу с благословением да отправит со случайными людьми. И ведь не только благословения просила она у матери в той записочке. Она еще каялась и присовокупляла: "Коли виновна прости!" Знать бы, что перехватили государевы ищейки - само письмо или материнскую депешу.

Анастасия поняла, что начала говорить вслух, только поймав удивленный взгляд мужа.

– О чем ты, Настя?

– Нет, это я так... не обращай внимания.- Она твердо решила пока ничего не говорить мужу. Саша все равно не отступится от своей затеи, а знать лишнее - только волноваться зря.

– Вот что я тебе скажу,- спокойно начала Анастасия.-Помочь Никите необходимо, но рассказать тайну Екатерины я не вправе. Поверь мне, только хуже будет. Государыня страсть как не любит, когда кто-то смеет совать нос в семейные дела. О Никите рассказать государыне должна сама Екатерина.

– Но она в ссылке! Екатерина сказала, что не в силах помочь Никите, и назвала фамилию Лестока.

Анастасия рассмеялась.

– Это она пошутила. Уж за себя-то великая княгиня постоять сможет. Если ей станет известно, что в Тайной канцелярии сочиняют записки, чтобы заманивать в ее покои молодых людей, дабы скомпрометировать и тех, и этих... Понимаешь? Но какая это гадость! Если бы ты знал, как я боюсь Тайной канцелярии!

Саша отмахнулся от жалоб жены, словно и не слышал их вовсе.