Чтение онлайн

— Мне надо позвонить в несколько мест и кое-что сделать по дому.

— Конечно, мама, с нами будет все в порядке.

— Ну, пока. Стейси, дайте мне знать, если поездка к Хантерам что-нибудь для вас прояснит. — По пути к двери Иди наклонилась и чмокнула Дерека в щеку.

Они не обратили никакого внимания на еду, которую оставила им Иди.

— Она все знает, правда? — спросила Стейси.

— Да, она все знает, — негромко ответил Дерек. Стейси не поднимала головы от работы, пока не услышала, как завелся мотор автомобиля Иди на подъездной дорожке, и только тогда она подняла глаза на Дерека и встретилась с ним взглядом. Бежали секунды, а они все смотрели друг на друга, и глаза их говорили о многом.

— Как бы там ни было, а одно решение я приняла, — нарушив молчание, заговорила Стейси.

— Ммм? И какое же? — Дерек наклонился, приподнял у нее со лба свисающий завиток и нежно отвел его в сторону.

— Я останусь на все лето.

Лицо Дерека посветлело. Он вскочил, стащил Стейси со стула и стал кружить ее, пока она не запросила пощады.

— И ты не пожалеешь, — радостно заявил он.

— Знаю, что не пожалею, — согласилась Стейси. Он привлек ее к себе и крепко поцеловал.

— На все лето? — переспросил он, немного отстраняясь.

Она подставила лицо еще для одного поцелуя и погладила Дерека по щеке.

— Да, но ты же знаешь, что осенью я должна вернуться?

Он проигнорировал ее замечание и сказал как ни в чем не бывало:

— Пошли, Стейс, разберемся с этим делом в усадьбе Хантеров, чтобы с ним покончить и сосредоточиться на нас с тобой.

В усадьбу Хантеров Дерек ехал по окольной дороге, не обращая внимания на рытвины и выбоины. Дорога вилась среди полей, которые скоро запестрят полевыми цветами, потом бежала вдоль леса. Дерек проехал по дороге еще с четверть мили и остановил машину.

Вышел из машины, обошел ее кругом и открыл дверцу со стороны Стейси.

— Приехали? Это то самое место?

Дерек наблюдал за ее лицом, ища признаки притворства. Убедившись, что она действительно не знает, где они остановились, он сказал ей:

— Вот эта тропинка ведет в лес на участке Хантеров. Идем.

Они пошли по узкой тропинке, Дерек шел первым. Через несколько минут он оглянулся и спросил:

— Тебе что-нибудь здесь кажется знакомым?

Стейси резко остановилась и уставилась на него.

— Ну, привет, Дерек! Я же пейзажистка, забыл? Здесь вокруг одни деревья и кусты. Разумеется, это мне кажется знакомым.

Дерек не мог удержаться от смеха.

— Ты хочешь сказать, что если видела одно дерево, то уже знаешь их все?

— Ну да, конечно, — пробормотала Стейси, когда они снова пошли вперед по тропинке. — Кроме тех, на которых болтаются веревки с петлями, как на виселице.

Как раз при эти словах она шагнула на поляну и оказалась прямо перед деревом, нарисованным у нее в альбоме. Сразу за деревом стоял и тот небольшой, побуревший от времени коттедж.

Дерек отступил в сторону, чтобы не мешать ей видеть всю картину целиком. Прислонившись к дереву, он стал наблюдать за лицом Стейси.

Она с вызовом посмотрела на Дерека и двинулась вперед, убежденная, что никогда раньше здесь не бывала, что бояться ей, во всяком случае, нечего.

Образы нахлынули на нее сразу же; ей показалось, что они врываются к ней в мозг со всех сторон. Это было похоже на то, как если бы она смотрела одновременно на экраны полудюжины телевизоров, которые показывали разные эпизоды из одного и того же фильма. В следующую секунду в глазах у нее все поплыло, а от внезапного приступа головокружения она покачнулась и сделала несколько неверных шагов вперед.

Дерек подскочил к ней и схватил в объятия.

— Стейси, что с тобой? Что случилось?

— Я… я точно не знаю. Кажется, это были видения нескольких событий, которые здесь происходили.

— Я так и знал!

— Что ты знал?

— Это не видения, Стейси. Я уверен, что это воспоминания. Но ты была так мала, когда вы уехали из Хантерз-Бэй, что не воспринимаешь их как воспоминания, а считаешь их видениями.

Стейси немного подумала, потом кивнула, соглашаясь.

— Это объясняет, почему я мысленно видела обоих братьев Хантер. Они стояли, склонившись над детской кроваткой, и смотрели на ребенка. Наверное, этим ребенком была я.

Дерека начало охватывать волнение.

— Что еще ты видела?

Стейси попробовала напрячься, медленно поворачиваясь по кругу.

— Что-то произошло вон там, — сказала она, показав на старое дерево.

— Что там произошло? — попробовал подтолкнуть ее Дерек.

— Я… я не уверена…

Она снова повернулась лицом к домику.

— Мне надо войти внутрь, Дерек. Не знаю почему, но чувствую, что это необходимо.

— Ладно, идем. — Он обнял ее за плечи, словно хотел защитить от какой-то невидимой силы.

Никто из них не подумал, что дверь может быть заперта. Но оказалось нет, и, когда Стейси повернула ручку, задвижка отошла и дверь легко открылась.

Стейси вошла внутрь, и ее сразу же охватило чувство принадлежности к этому месту. Она пришла домой. Она поняла это каждой клеточкой своего существа еще до того, как воспоминания наводнили весь первый план ее сознания, вытеснив другие мысли.

Входная дверь открывалась непосредственно в главное помещение дома; ближняя к двери часть его представляла собой жилую комнату, а дальний конец занимала кухня. В противоположной стене были расположены две двери, и ей не нужно было туда заглядывать, она и так знала, что одна ведет в спальню, а другая в ванную.

Стейси могла закрыть глаза и увидеть отца, крупного мужчину с ласковым взглядом. Отец сидит в кресле-качалке перед камином и держит ее на коленях, а на другом конце комнаты ее мать занята чем-то у плиты или кухонной раковины. Стейси слышно, как мать что-то напевает по-русски, а отец подпевает ей, покачиваясь в кресле, и приглаживает кудряшки Стейси.

Она слышит смех — это смеется мать, когда отец подкрадывается к ней сзади и утыкается лицом ей в шею. Потом будет смеяться отец, когда мать шлепнет и прогонит его.

Стейси стояла, вспоминая, и по щеке у нее скатилась слеза. Никогда больше Стейси не слышала, чтобы они смеялись, — после того, как семья оставила этот дом и поселилась в той темной и мрачной квартире в Нью-Йорке.

Она открыла глаза. Кресло-качалка исчезло — возможно, его взяли Хантеры или кто-то из слуг. Она не могла бы сказать наверняка, но ей показалось, что остальная мебель — та же самая, что стояла там тогда. Не изысканная, но прочная, сделанная из крепкого дерева, возможно, даже ручной работы.