Чтение онлайн

Через час в кабинет зашла Туна, а герцог просочился сквозь стену.

— Я не уверена, что мы достигли нужного эффекта устрашения. — Туна плюхнулась в кресло.

— Она слишком скромно говорит о своих талантах. — Призрак старика улыбнулся. — Даже меня, мертвого, пробрало. Я уже вспоминаю образ пришедшей за мной тещи с большой любовью.

— Теперь Марья, твоя очередь.

Решимость, написанная на лице кракенши, могла напугать кого угодно. Только вот Моревна в свое жизни и пострашнее видала, поэтому спокойно поднялась со своего места и отправилась в «гримерку», в которую временно превратилась приемная секретарши. Когда результат работы Кракенши и герцога увидел Агафон, то даже нечисть перекрестилась, а Жнец долго смеялся во весь голос. Анкоу был весьма доволен результатом, ведь не только ему пришлось пасть жертвой перевоплощения.

Все приготовления были закончены, стихийный план составлен, время действовать пришло.

Эльфы всегда были серьезным народом, дотошным. Благодаря бессмертию, у них выработался иммунитет к ошибкам, поэтому проведение ритуала по определению ауры хозяина макового трофея длинноухие разработали тщательно. На поляну вокруг священного дерева согнали самых сильных магов, обрядились в традиционные одежды, включающие плащи с капюшонами из тончайшего шелка с золотыми узорами. Головы присутствующих украшали венки, сплетенные из цветов белого клевера и лесных колокольчиков.

Солнце коснулось линии горизонта, готовое упасть за иллюзорный край, погружая весь мир во мрак. Время ритуала пришло.

Старейшины рода Рассветных, возглавлявших Комитет по охране Грани между мирами живых и мертвых, выстроились в магический круг около священного дерева рода. В центре, на изумрудном мраморном алтаре, лежал венок с неувядающими маками. Этот предмет выделялся на чистом бело-зеленом фоне угрожающим кровавым пятном. Вокруг танцевали и пели заклинания эльфийки. Их стройные фигуры изгибались в плавных движениях, а звонкие голоса кому-то напоминали пение ветра в листве, кому-то — весеннюю капель во время таяния снегов, а иные слышали и соловьиные трели майских ночей.

Рядом с алтарем стоял командир Рассветных. Он держал в руках обнаженный меч, чье лезвие украшала древняя эльфийская магическая вязь. Воин был готов в любой момент применить свое оружие, ведь хозяином трофея могло оказаться и очень сильное в магическом плане чудовище, скрывшее себя под личиной хрупкой девушки-умертвия. За деревьями вокруг поляны расположился эльфийиский отряд, готовый в любой момент прийти на помощь командиру.

Отблеск последнего луча сверкнул на верхушках деревьев, и солнце окончательно свалилось в небытие, уступая мир мраку ночи. На стволе священного дерева засветились тонкие голубоватые линии, повторяющие рисунок коры, словно живительные соки выступили на поверхность дерева, устремляясь к алтарю, на котором возлежал, похожий на императорскую корону с кровавыми рубинами, венок. Эльфийки входили в экстаз, их движения становились все резче, а голоса все громче. Алтарь, опутываемый магической энергетикой священного дерева, тоже засветился. А щупальца поискового заклинания все тянулись к трофею, готовые поглотить безобидный предмет и спалить его в собственном холодном пламени.

Главный из Старейшин вышел вперед и протянул над артефактом руку. Энергетические нити, что уже оплетали постамент, взмыли вверх, заключая, таким образом, венок в некую клетку с тонкими, едва дрожащими прутьями. В ладони мага сформировалась сфера. Ее оставалось только толкнуть вниз, чтобы заклинание сплелось с аурой, оставленной на артефакте хозяином, когда раздался оглушающий взрыв.

В самом центре магического круга возникла черная воронка, из которой наружу посыпалась толпа существ, обряженных в костюмы Хэллоуина. Скелеты в черных балахонах и с косами в руках, уродливые ведьмы с метлами, феи с волшебными палочками, больше похожими на серпы, вампиры, офисные клерки и даже пару работников налоговой полиции и златокудрый то ли Купидон, то ли Херувим — всем скопом навалились на эльфов, зажимая им рты, прерывая заклинательные песнопения, или просто сбивая длинноухих с ног. Цель нападавших был алтарь, к которому неизвестные и пытались пропрваться.

Охрана периметра устремилась на помощь сородичам. Завязалась магическая битва: магические всплески разлетались во все стороны; растения, подвластные эльфам, тянулись к налетчикам своими стеблями и корнями, однако, соприкасаясь со Жнецами, осыпались на землю пеплом, который тут же подхватывал ветер и уносил прочь.

Командир Рассветных, не отходя ни на миг от алатаря, поднял меч, готовый опуститься на голову златокудрого Херувимчика, когда из темной бездны портала прямо на мужчину выпрыгнула Белая Дева. Удлиненные кружевные рукава ее одежд развивались на ветру, словно два трепетных крыла. Короткий подол пышной юбки открывал вид на стройные ноги в ажурных черных чулках. Стоило Деве шагнуть вперед, как шпильки ее белых ботфорт увязли во влажной лесной почве. Девушка дернулась. Освободив одну ногу, но зацепилась носком за ползущий корень, потеряла равновесие и рухнула в объятия эльфа, останови таким образом смертельный для Анкоу удар.

Командир Рассветных замер на мгновение, рассматривая свой неожиданный трофей. На лице неизвестной девицы, изрядно покрытом белилами, была вытатуирована паутина, расходящаяся от черных глаз во все стороны. Яркая подводка лишь подчеркивала глубину этого космоса, в котором сверкали звезды. Губы, окрашенные ярко красной помадой, сочетались с маками, что все еще лежали на алтаре, подсвечиваемые бледно-голубой магией эльфов.

Рассветный попытался стряхнуть вцепившуюся в его руку девушку, одновременно отталкивая ногой подобравшегося к алтарю скелета. Что-то хрустнуло, и пострадавший Жнец, выругался на вполне себе понятной межмировом языке. А наглая девица с устрашающей внешностью, точным движением кисти выбила из руки Рассветного меч, и запрыгнула к растерявшемуся эльфу на руки.

— Дорогой, не смей меня игнорировать! — Заверещала Дева противным голосом на всю поляну.

— Слезь с меня, уродина! — Эльф вцепился обеими руками в неизвестную, пытаясь оторвать от себя мешающий ему участвовать в сражении нахалку.

— Эльфы добрые! — Заголосила в ответ незнакомка. — И что ж это на свете-то белом делается! Жених от невесты отказывается! Сперва преследовал, а потом успокаиваться в месте не желает! Где справедливость?!

— Заткнись, ненормальная!

Схватка с умертвием, от которого почему-то веяло вполне реальным теплом живого создания, постепенно перешла врукопашную. Хотя отдирание от собственного тела девушки, вцепившейся в Рассветного словно кошка всеми своими когтями и конечностями, больше походило на глупую игру. Во время одного из кульбитов Дева смахнула с алтаря маковый венок, который тут же спалила растрепанная мускулистая зубная фея в разодранном розовом платье, с которого уже изрядно осыпалось блесток.

— Уходим! — Над поляной взметнулся златокудрый Херувим, ударивший по струнам арфы, которые застонали на весь священный лес воплем баньши.

Со стороны леса послышалось шарканье чьих-то ног, и на поляну медленно вышли умертвия, протягивающие свои руки к живым.

— Твоя работа? — Анкоу тут же оказался рядом со сплетенными телами эльфа и магички.

— С ума сошел?! — Марья сама соскочила с Рассветного, отталкивая того в другую сторону и занимая оборонительную позицию.

В руке некромантки тут же возник серп, подаренный матушкой еще в младенчестве, а Жнецы быстро перестроились, окружив своих лидеров. Но эльфы посчитали, что зомби были вызваны нападающими, поэтому обороняться пришлось сразу от двух противников.

Марья подскочила к эльфийке, что пыталась отбиться от вцепившуюся в нее нежить и одним движением серпа срубила умертвию голову, покатившуюся в какие-то чахлые кустики. Не останавливаясь, Моревна порубала еще пару из полчища нежити, что продолжала лезть из чащи. Жнецы и эльфы также вступили в битву.

Боясь, что магия некроманта может войти в резонанс с эльфийской, Марья продолжала отрубать головы созданиям, которые в общем-то не были виноваты в том, что в них пробудился голод. Поднятое тело не имело собственных жизненных сил, так необходимых для движения их полуистлевших тел. Несчастные, мирно почивавшие до недавнего времени в собственных могилках, были разбужены и сохранили только одну жажду убивать, чтобы продолжать существовать в реальном мире. Вопрос возвращенной в тело души не стоял. В этих пустых сосудах ее просто не было, только мысль хозяина, впечатавшаяся магически вместе с крупицами сознания в оголенные черепа. Желание свалить как можно быстрее вернуться в свой уютный офис уже зашкаливало, потому что кроме мерзких попыток захватить живых, зомби источали такой смрад, что дышать было просто нечем.

Из темноты раздались какие-то непонятные звуки, похожие толи на бульканье, то ли на чавканье. А может это кто-то так смеется?

— Хочешь сказать, что это зомби нас преследуют? — Анкоу распылили очередное умертвие. — Но это просто невозможно!

— Скорее кто-то изначально призвал часть мертвяков с деревенского кладбища к себе, — Марье приходилось кричать, чтобы перекрыть шум боя. — Либо он использовал пространственную магию для их перемещения сюда!

Сзади раздался треск ломаемых кустов и тяжелые дробные удары по земле, вибрацией расходившиеся в разные стороны. Марья едва успела отпрыгнуть в сторону и оттолкнуть Рассветного, который, оказывается, совсем рядом орудовал своим мечом, когда на них выскочил… скелет, в черных провалах глазниц которого светились два красных уголька. Останки видимо когда-то принадлежали лосю. При жизни зверюга была немалого размера, потому что даже на высокой шпильке Мороевна не доставала ему до холки. Этот представитель бывших усопших не просто проскакал через а поляну, скелет остановился напротив некромантки, выбрав ее своей целью, наклонил голову, выставив вперед белые рога, хорошо видимые даже в такой темноте, и двинулся на девушку.