Чтение онлайн

Звук, вначале сливавшийся с прибоем и шумом ветра, понемногу нарастал, выделяясь резче и четче. Флейтист с трудом узнал Колдовскую мелодию – исполнение отличалось от его собственного, как морской ёж от золотой рыбки. Разгоняя голубоватый туман, на берегу засиял ярко-зеленый огонек.

– Чувак, – вполголоса обратился Флейтист к Капитану, – скажи мне, на чем он играет?

Тот молча порылся за пазухой, вытащил подзорную трубу и протянул ему.

– Черт, я так и знал, – сказал Флейтист обреченно, едва взглянув в окуляр.

Тринадцатый сидел на каком-то сыром бревне, опутанном водорослями. Сидел не поперек, а вдоль, опираясь спиной о торчащий сук. Одна нога согнута, вторая вытянута вдоль бревна. Голова запрокинута, глаза полузакрыты. Нормальный человек удержался бы в такой позе от силы секунд десять, на этого же, казалось, вообще не действовали законы гравитации. Точно его тело не имело веса и вообще состояло не из плоти и крови. Хотя кто знает, из чего там сделаны феи..

В тонких губах Тринадцатого был зажат мундштук до боли знакомой флейты.

«Вот гад», – хотел сказать Флейтист, но не сказал.

Музыка зазвучала громче. Свечение усилилось, и исполнителя стало видно фрагментами – закатанные рукава тельняшки, острые локти, быстро и уверенно мелькающие пальцы. С берега потянуло ветром, и сухое дерево на утесе щелкнуло, как больной сустав. Волна ударилась о скалу, рассыпавшись холодными брызгами. Мелодия набирала силу. В ней слышались теперь то крики чаек, то свист и подвывание ветра, то жутковатый дурашливый хохот. Утес дрогнул. Заключенное в нем судно скрипнуло снастями.

Флейтист уронил трубу, но успел подхватить ее у самой земли.

Зеленое сияние охватило половину пляжа. Тринадцатый соскочил с бревна и заиграл быстрее. Волны заколотились о скалу, фигура на носу корабля, казалось, зашевелилась. Люди сбились в кучу подальше от краев утеса. Флейтист нечаянно бросил взгляд на дерево и увидел, что на нем набухают красные почки.

Мелодия взметнулась, как ветер, заглушая все остальные звуки. Почки на дереве полопались, выпустив крупные белые цветы, – и те тут же осыпались, усеяв все вокруг лепестками, похожими на маленькие паруса.

Дохлый осьминог, над которым давно вились мухи, внезапно расправил щупальца и, оттолкнувшись от камня, плавно стек в море.

– Держитесь! – гаркнул Капитан, когда очередной толчок сотряс почву под их ногами. Никто его не услышал.

От силы звука у всех ныли зубы и стучало в висках. Берег пульсировал зеленым светом, сквозь который иногда проступала приплясывающая в воздухе сутуловатая фигурка. Скала начала крошиться, члены экипажа похватались друг за друга, беззвучно крича караул. Дерево вместе с отколовшимся камнем ухнуло в море.

Капитан, одной рукой зажимая ухо, жестом приказал всем прыгать. Флейтист в ответ повертел у виска пальцем и выразительной пантомимой изобразил, что их ждет в таком случае. Капитан помотал головой и сделал шаг к нему – и в этот момент скала треснула пополам. Трещина пролегла ровно между ногами Капитана, и тот практически сел на шпагат над пустотой. Флейтист дернул его на себя, и оба покатились по кренящейся скале, цепляясь за нее и друг за друга. К счастью, их не убило, не расплющило и не размазало, как опасался Флейтист. Оба благополучно плюхнулись в воду, погрузившись с головой.. Флейтист плавал чуть лучше слепого щенка, поэтому неминуемо бы утонул, если б Капитан не выволок его на дрейфующее неподалеку дерево. Заполошно цепляясь за вертящийся ствол, Флейтист кое-как удерживал голову над водой, изо рта и носа у него текло, глаза жгло от соли, – а рядом величественно шли ко дну каменные глыбы, образуя водовороты.

Там же, где еще недавно возвышался утес, поднималась громада корабля. С бортов низвергались целые водопады. На глазах отрастала срубленная грот-мачта, покрываясь мгновенно засыхающими цветочками; дыры на парусах затягивались лозами, тотчас обращающимися в нити. Целая и невредимая, но очень мокрая команда толпилась на палубе, держась за веревки.

Мелодия оборвалась на полутакте. Свечение пропало, и оказалось, что давно уже встало солнце.

– Надеюсь, с ним все нормально, – обеспокоенно сказал Капитан, ловко забираясь верхом на ствол и прочищая уши мизинцем. Флейтисту такой трюк был не под силу, поэтому он так и остался в воде, держась за выступающие ветки. Он изрядно наглотался воды, и теперь его подташнивало.

– Ему-то что могло сделаться?

– Да мало ли. Когда его так колбасит, он ничего вокруг себя не видит. Труба, кстати, у тебя?

– Нет, утонула к чертям! Не до нее было.

Возле них шлепнулся спасательный круг и закачался на постепенно успокаивающихся волнах.

– Иди первый, – молвил Капитан с неподражаемо героической миной. – Я подожду.

– Спасибо, чувак, – Флейтисту было не до благородных жестов. Поднырнув под дерево, он выплыл с другой стороны и быстренько накинул на себя круг. Команда споро заволокла его на борт. Парень рухнул ничком на палубу и уткнулся лицом в руки. Его желудок решительно протестовал против таких приключений.

– Смотрите, кэп! – закричал кто-то.

Пылающий жаждой мести осьминог подкрался под водой к Капитану и сдернул его за ногу со ствола. И теперь яростно пытался придушить, чему Капитан не менее яростно сопротивлялся.

Флейтист заставил себя подняться на четвереньки, подполз к борту и кое-как выпрямился. Зрелище клубящихся во взбаламученной воде щупалец, мелькающих рук и ног мигом излечило его от морской болезни.

– Слышь, гарпун дай, – крикнул ему боцман, пнув парня под ребра.

– Если б я знал, где у вас гарпун, – пробормотал тот сквозь зубы, в панике оглядывая усеянную цветочками палубу.

В двух шагах от него, подобно легендарному мечу в камне, торчала вонзившаяся глубоко в доску лопата…

Раздумывать было некогда. Оскальзываясь на мокрых цветочках, Флейтист подбежал к ней и с третьего рывка все-таки выдернул.

– На, – сунул он боцману орудие. – Только кэпа не убей.

Тот не глядя взялся за древко одной рукой и мощным броском послал лопату точно в пятнистую осьминожью башку.

– В яблочко! – заорал Флейтист, почему-то не сомневавшийся, что так и выйдет.

Матросы попрыгали в воду и вскоре втащили бесчувственного Капитана на борт. Кто-то хозяйственно прихватил лопату, собиравшуюся пойти ко дну вместе с осьминогом.

– Офигенно крутое приключение! – сипло сказал Капитан, придя в сознание. – Прямо как в книжке! Принесите кто-нибудь рому, в конце концов..

После того, как все выпили, Капитан окончательно вернулся в нормальное состояние и скомандовал «По местам!». Матросы рассыпались по судну – то есть не совсем рассыпались, а скорее расползлись, ворча и поминая разными словами Капитана, осьминога и Тринадцатого.