Чтение онлайн

— Я буду рада, если Вы мне поможете.

Ингис, как и положено представителю этого народа, темноволосый и темноглазый, лишь коротко поклонился мне и подошел ближе.

— Я вынужден буду попросить Вас подробно рассказать о всех условиях вашего содержания в Империи в течение этих двух месяцев. Помещение, питание, уровень свободы, действия других, направленные на вас…

Я подняла ладонь, прося его остановиться. В душе что-то всё же осталось. Сейчас вот там нашлось возмущение.

Я снова глянула на Торрелина.

— Два месяца? Торр, я выручила для вас три! Ещё целый месяц вы могли готовиться к войне! Я-то подумала, что вы меня ровно по истечению срока забрали!

— Алатиэль! — непривычно жестко перебил меня Торрелин, и по коже пробежали мурашки от такого императорского тона. — Ты и за два месяца набрала проблем. Или тебе напомнить, с чего ты начала наши сегодняшние разговоры? Я не хочу даже думать о том, что с тобой было бы, если бы мы ещё месяц ждали!

— У Вас действительно уже сейчас могут быть огромные беды со здоровьем, — поддержал Торра Луко. — Поэтому я бы всё же настоял на том, чтобы сперва определиться именно с ним.

Я наградила обоих ингисов, а затем и всех собравшихся ещё одним укоризненным взглядом, но…

Стоит быть честной: где-то в глубине сердца я была благодарна за эту поспешность. Пусть даже они поставили всё под угрозу. Я тоже не хотела думать, что со мной было бы ещё через месяц.

Что ж, условия содержания…

Я сглотнула. Это тоже было не то, что мне хотелось бы вспоминать. И тем не менее, пока я не расскажу, мне не смогут помочь, а как самой восстановить те же плечи, что до сих пор безумно ломило, я не знала.

— Если хочешь, мы уйдем, — негромко предложил Торрелин. — Ты расскажешь только Луко, а он никому ни слова не скажет об услышанном.

Я покачала головой. Напротив, рядом с теми, кто был мне дорог, было бы проще делиться этим ужасом.

В горле от одних только мыслей о прошлом пересохло, и я с трудом сглотнула.

— Можно мне воды?

Мне протянули сразу несколько стаканов и кружек. Наслаждаясь тем, что могу пить столько, сколько захочу, я осушила их все. Право слово, мне было бы смешно от этой жажды, если бы от воспоминаний о том, как было раньше, не хотелось плакать…

— Мы правда можем уйти, — ещё раз предложила Вистра, мягко-мягко сжав мое запястье. И тихонько тоже шмыгнула носом.

Я потянула её за руку, заставив сесть рядом со мной.

— Не надо. Я слишком долго… была одна. — Я сглотнула. — С какого момента начать? Я совсем не знаю, что сколько времени длилось…

— Лучше прямо с момента Вашего пленения, — на удивление мягким (для ингиса) тоном подсказал Луко.

Он стоял немного поодаль, не решаясь приблизиться вплотную. Амдир и Шионасс, заняв стулья, сели поближе. В темных глазах ингиса и светлых глаза фригуса отчетливо читались волнение и желание помочь. Вистра, кусая губы, чуть ли не сгорала от тревоги, то ерзая, то сжимая пальцы. Торр… был за моей спиной, моей несокрушимой опорой. И пусть я не могла видеть его лица, всё же его напряженное ожидание я чувствовала.

Я прикрыла глаза, буквально на пару секунд, но, увы, память хранила то время слишком хорошо.

— Я потеряла сознание ещё на Громарисе, по пути к его кораблю, — тихо начала я. — А очнулась уже после того, как мы приземлились там. Не знаю, сколько длился полет… И не знаю, как я его провела. Уже там, в Империи Менд, император приковал меня к стене в своих комнатах, это было что-то вроде гостиной. Я там могла сидеть, могла встать… Всё время очень хотелось пить. Но никаких окон в той комнате не было, и мне никто ничего нужного не говорил, так что я не знаю, как часто меня кормили и поили.

— Чем кормили?

— Тогда — несколькими кусками хлеба и фруктами.

Торр заметно дернулся и сжал меня в объятиях чуть крепче.

— Тогда?.. Скажи, что потом стало лучше…

Я промолчала. Никакого «лучше» там и близко не было.

— Продолжайте, Императрица, — снова довольно мягко вставил Луко.

— Довольно скоро после прибытия меня избил мой брат, который каким-то образом тоже оказался там.

Эта фраза — ужасная, отвратительная фраза! — почему-то сорвалась с губ слишком легко. И ни ненависти, ни боли я почему-то не почувствовала. Но и никакого тепла не было. Мне стало как будто всё равно.

— Я видела и его, и Варлену… Что странно, ведь они должны быть на Инновии?..

Я бросила вопросительный взгляд на Амдира, и тот недовольно скривился.

— Часть Конгресса управления была на стороне наших врагов, с их помощью их и отправили туда. Но это уже в прошлом.

— Ясно, — я снова не сильно удивилась. — После я просто сидела там… Меня не пытали, не мучили, только вот еды и воды почти не было, да и размяться было сложно, я почти всё время сидела.

Я не стала говорить, что белоснежный мрамор стал меня бесить.

— Разве что с ума сходила от волнения… Он мне сказал, что ты был ранен и уже при смерти, — я запрокинула голову, ловя слишком синий взгляд. Губы вновь пересохли. — Он был уверен, что ты… не поправишься.

К моему легкому удивлению, Торр виновато отвел глаза.

— Если бы я знал… Прости меня. Мы специально распускали такие слухи. Если бы я знал, что тебе это расскажут…

Я переплела наши пальцы.

— Я не злюсь, — честно произнесла я. — Ты делал то, что считал нужным. И предположить такое влияние на меня было бы сложно.

Торр только вздохнул и попросил продолжать. Видимо, к этому разговору решил вернуться позже, наедине.

— Потом я… меня обманули. И перевели в другое место.

Рассказывать подробнее о Шиане, которая по приказу притворялась моей союзницей, а потом отправила меня в лапы императора Виррана, мне совсем не хотелось.

— Там стало хуже. Абсолютно белая комната, в ней вообще ничего не было. Звуков тоже, только падающие капли за спиной. И там… то становилось очень холодно, так, что меня всю колотило, то было очень жарко… Может, даже тепловой удар был, сложно сказать. И там кормить стали ещё меньше. И я… на цепях была, сначала стояла, но я едва дотягивалась! Часто просто на цепях подвешенная за руки и шею висела…

Я дотронулась до шеи механическим жестом и, как ни странно, обнаружила там полосу металла. Я как-то полагала, что мои друзья догадались с меня ошейник…

— Галлюцинации там начались? — глухо спросил Торрелин.

Всех словно дернуло от гнева.

— Там.

— А спина? — вдруг мрачно спросил Луко. — Там раны остались, узкие, но…

— А они разве не зажили? — удивилась я.

— Часть — да. А ещё часть — в свежей крови.

Об этом тоже не хотелось вспоминать, но раз это заметили…