Чтение онлайн

Разговор на этом затих сам собой: мы принялись за завтрак. Кажется, надо бы зайти на кухню и поблагодарить тех, кто там колдует: каша была одной из самых вкусных из всех, которые я пробовала. А ведь ещё где-то повара умудрились откопать фрукты и ягоды для меня… Пусть много мне пока нельзя было, но даже чуть-чуть — это было нереально вкусно! На какое-то время я выпала из реальности, погрузившись в наслаждение едой. Единственное, на что смотреть пока не получалось, — это на хлеб… И хотя я понимала, что уж еда-то точно не виновата, но сам вид ломтей навевал неприятные воспоминания.

Но в конце концов мне надоела тишина, и я отложила ложку.

Торр по-прежнему сидел, погруженный в бумаги, даже на тарелку почти не смотрел. Но в этот раз я заметила кое-что ещё. Он не просто читал… Он напряжённо хмурился и щурился, а ещё изредка слегка встряхивал головой, как иногда делал, когда давил рвущееся ругательство.

— Твоя болезнь никак не отступает? — спокойно спросила я его.

— Нет, — сухо бросил Император, так и не подняв голову. — За последние месяцы только усилилась.

— Как и всегда, когда ты нервничаешь, — добавил Шионасс.

Торрелин недовольно дёрнул уголком губ, словно не желая признавать правоту брата. Но я сама это знала. И прекрасно понимала, что его нервное состояние было таковым из-за меня.

— Я бы хотела обсудить то, что ты сказал в прошлый раз, — перешла я к делу.

Торрелин снова замер. Голову он не поднял, но вот взгляд метнулся ко мне. Я никак не могла привыкнуть к новому цвету его глаз, слишком яркому, но всё-таки красивому.

— Алатиэль, не стоит, — довольно тяжёлым тоном уронил он.

Я про себя порадовалась, что у стула есть спинка, облокотилась на неё и сложила руки на груди.

— Я не понимаю причину, по которой ты отказываешься от наших с тобой отношений. И при этом этот отказ очень меня обижает.

Некстати я вспомнила о появившихся нитях седины в своих волосах.

— Поэтому я прошу тебя объясниться. Мне кажется, я имею право на честный и искренний ответ.

Торрелин отчётливо скрипнул зубами и отбросил свои документы на соседний стул. Тоже откинулся назад, повторяя мою позу.

— Что же ты не при всем Громарисе начинаешь такой разговор? — с вызовом спросил он меня, кивнув на наших соседей по столу.

Только вот, глупый, не учел, что я хорошо его знала. И успела заметить в его взгляде что-то паническое и болезненное. Да, похоже, Шионасс был прав: он попросту что-то затеял. Но, в конце концов, неужели нельзя было рассказать всё как есть?!

В общем, его нападки меня не задевали. Я коротко улыбнулась, понимая, что разговором всё же управляю я. А значит, я ответа добьюсь.

— Здесь все свои. И они были свидетелями нашего разговора. Я жду ответа, Торр, не увиливай.

Торрелин смотрел на меня, я — на него. Все, кажется, перестали дышать, наблюдая за нами. Только вот мы оба были слишком упрямыми.

Но при этом у Торра, видимо, осталась совесть. Потому что он сдался первым. Хотя… Нет, совесть не осталась, и он не сдался — но первым заговорил.

— Я считаю, что сейчас восстанавливать наше общение на прежнем уровне бессмысленно и нерационально. И больше обсуждать это не буду.

Он встал, практически пинком отодвинув стул.

Я сжала пальцами свои предплечья и опустила голову. Наверное, не стоило вообще начинать этот разговор…

— Торр, тебе ещё раз по роже дать?! — вдруг вспылил Амдир, от души стукнув кулаком по столу.

— Я…

— Для тебя моя любовь бессмысленна? — вдруг сорвалось с моих губ.

В столовой стало так тихо… Словно в гробу. Только из-за выступивших слез я ничего не видела. Но не очень-то и хотела.

— Или, может, ты не знаешь, как сказать мне, что твоя любовь угасла? — с ещё большей горечью продолжила я. Больно. Пламя, до чего же больно! — Если так, я не могу тебя винить, я теперь выгляжу действительно ужасно. Но лучшее, что ты мог бы сделать, — это просто сказать как есть, не мучая ни себя, ни меня!

— Алатиэль, не говори ерунды! При чем здесь твоя внешность?! Я же не из-за неё махнул на всех рукой и полетел за тобой в Империю Менд!

— Из-за любви? Или чувства вины и долга?

Торрелин не отвечал секунду… Две.

Во мне рассыпался на части ещё один кусочек сердца.

— Молчание — это тоже ответ. Спасибо, что хотя бы не стал лгать!

Я тоже рывком встала. Боль, которая терзала тело, сейчас казалась ничтожной. Я даже не заметила, как покинула столовую и как вернулась к себе — надо же, справилась, дошла сама… А едва добравшись до кровати, накрылась одеялом и снова провалилась в апатию.

Всё чаще я ловила себя на мысли, что было бы легче, если бы я умерла в плену…

Торрелин

Едва Алатиэль ушла, в столовой снова стало до ужаса тихо. И я прекрасно понимал, что меня сейчас снова будут бить. Только вот с участником драки ошибся.

На меня налетела Вистра, и столько гнева и ярости было в её лице, что я впервые испугался миролюбивую каркарему.

Она отвесила мне звонкую пощечину.

— Что ты делаешь, Торрелин?! Почему ты ей сейчас не ответил?! Сложно было сказать, что любишь её?! Я же знаю, что ты по ночам приходишь к ней, утешаешь после кошмаров! Тебе не всё равно! Так почему ты сам её ранишь?!

Всё это здорово напоминало сцену 4-дневной давности, когда примерно с такими же претензиями на меня налетели Амдир и Шионасс. Только Вистра была чуть более многословной и эмоциональной… Как и всегда, впрочем.

Я шел по кораблю, намеренно чеканя шаг. Наверное, только это и удерживало от падения. Я только что отказался возвращать ей браслеты, и на душе было муторно.

«Алатиэль меня возненавидит,» — билась в висках горькая мысль. Но я не мог заставить себя вернуться. Пусть ненавидит. Боюсь, это сейчас единственный способ её защитить.

Только боль на исхудавшем и бледном лице моей друисы, кажется, отпечаталась на сердце и отравляла каждый вздох.

— Торр, чтоб тебя!

— Ты что творишь?!

Жесткий, со своей силы, толчок чуть не сбил с ног, но тело отреагировало раньше разума. Я не задумываясь отскочил в сторону и восстановил равновесие.

Амдир и Шионасс оба казались взбешенными. И если мой друг ограничивался злыми взглядами, то брат толкнул меня в грудь, прижимая кулаком к стене.