Чтение онлайн

Слухи во дворце всегда расходились быстро, а уж новость о том, что ардек выбрал себе новую любимицу, и вовсе оставалась новостью не больше часа. Помня о том, что гнев обычно падает на лиц, принесших дурные вести, слуги не сразу решились доложить о покушении и долго спорили, прежде чем догадались прибегнуть к помощи Рошана.

– И чего ты так злишься? – собственно, друг сейчас с удобством расположился на диване с виноградом и закидывал в рот по одной ягоде. – Норита жива, почти здорова.

– Считаешь, я должен радоваться тому, что наложницы полосуют друг другу руки под носом у калфы, которая вообще-то должна следить за порядком? – Ильшенис не заходил в лазарет, но и так прекрасно представлял, в каком состоянии принесли Нориту: бледную, осунувшуюся, похожую на тень прежней себя.

Ардеку же слишком понравилась новая игрушка и мысль, что нелепый случай едва не отнял ее, приводил в настоящее бешенство.

– Роза еще легко отделалась. Если я не увижу в глазах Нориты прежнего огня, прикажу выпороть на глазах у всех.

– Ты так уверен, что это сделала Роза? Не допускаешь мысли, что Камилла, то есть, Норита, могла предпочесть смерть твоему обществу? – весь вид Рошана давал понять, что вопрос задан из простого любопытства.

Подложив под спину еще одну подушку, он небрежно подкидывал виноградинку в руке. Несмотря на то, что дипломатии официально обучался только Ильшенис, Рошан также успел кое-что усвоить. И признаваться в том, что лежащая в постели девушка радостно улыбалась, сейчас определенно было… неблагоразумно.

– Не говори глупостей! – реакция друга оказалась предсказуемой до мелочей. Фыркнув, он отобрал у Рошана подушку и, спихнув его с дивана, уселся сам. – Конечно, Нориту злит ее нынешнее положение, но она просто не успела узнать, сколько преимуществ может получить, если станет хорошо себя вести. Опять же, такая гордячка не станет добровольно прощаться с жизнью, иначе объявила бы голодовку еще на корабле.

Наверное, больше всего Ильшенис сейчас напоминал вальяжного кота, предвкушающего новую игру с очередной мышью. Пожелтевшие глаза хищно блестели и для полного сходства не хватало только азартно подрагивающего хвоста.

– Еще и с «гостями» теперь возиться. Не дай бог услышат о случившемся с Норитой, Фарид полдня страдать станет, – воспоминание о скучном родственнике помогло потушить пылающий в крови пожар, и Ильшенис заставил себя сосредоточиться на делах. – Надеюсь, все готово к их приезду?

– Фарид действительно скорбит о своей возлюбленной. К тому же не заставляет никого разделять его траур, ты сам предложил устроить вечер памяти, – счел своим долгом заступиться Рошан. – Все необходимые распоряжения отданы еще вчера.

– Надеюсь, надолго он не задержится. И надо же было Фариду отыскать любовь всей жизни именно в моем гареме? Будто собственного не хватило! – продолжив бурчать, ардек, тем не менее, пересел за стол. – Пригласи ко мне главного визиря. Может, успеем хоть немного поработать. И… узнай, как себя чувствует Норита, ладно?

Заметив, что страсть в глазах Ильшениса на мгновение уступила место неподдельному волнению, Рошан поклонился, пряча улыбку, после чего покинул покои.

Понимая, что слуги так или иначе исказят информации, в лазарет Рошан отправился лично, вот только Нориту не застал. Оказалось, что Джабира разрешила ей вернуться в гарем, считая, что присутствие подруг скорее поставит девушку на ноги.

Рошан придерживался противоположного мнения, но вечно сидеть взаперти у Нориты все равно бы не вышло, а приезд гостей хоть как-то отвлечет от нее внимание.

По дороге в гарем навстречу удачно попался Сахим. По обыкновению, учитель танцев напевал что-то под нос и выглядел с головой увлеченным своими мыслями.

– Придумываете танец для вечера памяти? – уточнил смотритель покоев.

– Господин Рошан, добрый день. Да осветит солнце ваш путь, – поклонился мужчина. – Почти все уже готово. Я знал, что господин Фарид не сможет не приехать и вместе с моими цветочками подготовил очень красивый танец, Хизер он бы понравился. Бедная звездочка, она была такой яркой, такой талантливой.

– И сейчас она наверняка танцует в облаках, – помня, что о каждой ученице Сахим может говорить часами, Рошан решительно оборвал его. – Кстати, вот еще что! Пересмотри список девушек, которые будут принимать участие в церемонии. Норита также должна принимать участие.

– Что? Господин, вы, наверное, оговорились? – судя по тому, что Сахим рискнул поспорить, судьба Нориты действительно была ему небезразлична. – Она ведь едва не погибла вчера!

– Но ведь не погибла. Я разговаривал с Джабирой и догадываюсь, что тебе она сказала то же самое: Норита достаточно хорошо себя чувствует. А небольшая прогулка пойдет ей на пользу, – копируя Ильшениса, Рошан добавил металла в свой голос. – Пусть посмотрит, как мы живет.

– На кладбище? – кажется, теперь Сахим считал, что солнце не просто осветило Рошана, а изрядно перегрело его. – Вы предлагаете отвезти девушку в то место, которое едва не стало ее новым домом?!

– Вы понимаете меня с полуслова, – позволил себе усмешку Рошан. – Думаю, вид кладбища усилит волю наложницы к жизни.

Кроме этого, мужчина считал, что Норите полезно будет услышать историю Хизер. Даже имеющая печальный конец, она была довольно познавательной и могла заставить девушку по-новому взглянуть на свою жизнь здесь.

– Несомненно, вы правы, – поклонившись в очередной раз, Сахим поспешил в гарем.

Рошан же повернул обратно. Теперь предстояло так распланировать график Ильшениса, чтобы он до последнего не узнал о небольшом самоуправстве друга. Конечно, вряд ли рассердится по-настоящему, просто не поймет.

Гарем встретил Камиллу настороженной тишиной. До этого момента девушка считала, что чувствует себя вполне сносно, но, переступив порог, ощутила, как постыдно дрожат колени.

Конечно, попытку свести счеты с жизнью нельзя было назвать смелым и вызывающим уважение поступком, но Камилле казалось, что девушек должно было порадовать устранение конкурентки. Тогда почему все смотрят на нее со злостью, презрением и… страхом?

– Добрый день, хатун! – Камилла улыбнулась лишь затем, чтобы показать: она прекрасно контролирует ситуацию, пусть даже в действительности абсолютно не понимает, что происходит.

– Для тебя, он без сомнения, добрый, – скрыв лицо за веером, фыркнула одна из девушек.

«Но вот надолго ли?» – повисла в воздухе недоговоренная фраза.

Отвернувшись, брюнетка вновь принялась обмахиваться веером, а Камилла вспомнила, что видела ее в свите Розы. Примеру девушки последовали все остальные наложницы, с деланным вниманием вернувшись к прерванным занятиям. Вот только, направляясь к своей кровати, Камилла спиной чувствовала их взгляды.