Сводные. Ты не для меня
Шрифт:
— Заброшенные ангары у переезда. Я не знаю точно, где это.
Раф довольно скалится.
— Зато я прекрасно знаю.
Набирает номер и прикладывает телефон к уху.
— Тих, дело есть. Надо помочь. Заброшенные ангары. Срочно.
Он встает, кивает мне.
— Поехали.
Мы садимся в машину Рафа. Он срывает ее с места. Сердце грохочет. Руки дрожат. Я прижимаюсь к стеклу, пытаясь дышать ровно. Вскоре за нами пристраиваются еще две тачки.
— Кто это? — спрашиваю, тревожно глядя в зеркало заднего вида.
— Мои друзья. Вечер обещает быть жарким.
Я сжимаю ремень безопасности так, будто он может удержать меня от взрыва внутри.
— Надо вызвать полицию, — внезапно озвучивая мысль, что рвется из глубины страха. — Мы не можем просто так ехать туда. Это… это может закончиться очень плохо!
Рафаэль оборачивается ко мне на секунду. Его взгляд жесткий, твердый, как бетонная стена.
— Даже не думай, — отрезает он. — Такие вещи решаются между собой. По-мужски. Если вмешаются менты будет только хуже. Для всех.
Я зажмуриваюсь, сдерживая слезы. Сердце стучит так громко, что, кажется, слышно на весь салон.
Рафаэль сбрасывает скорость перед поворотом, прищуривается:
— Давай только без истерик, ладно?
— Я не истерю, — шепчу сквозь сжатые губы.
— Хорошо. Тогда просто расслабься. Ничего с твоим братом не случится.
Он жмет на газ, и машина резко ускоряется.
Глава 27
Кайрат
Мы подъезжаем. Точнее влетаем на территорию заброшки и останавливаемся, чтобы осмотреться. Место глухое. Ветер таскает пыль по бетону, фонари тусклые, как в дешевом хорроре. Старая промзона, ангары, в которых давно никто не хранит ничего.
Я вижу их силуэты еще издалека. Ждут. Как шакалы. За нами облако пыли, музыка давно заглохла, только сердце стучит в висках. Ветер завывает, будто знает, что сейчас здесь польется кровь. А небо висит низко, как перед бурей.
— Оу, — тянет Фей, прищурившись. — Кажись, нам сегодня начистят фейсы.
— Заебутся, — ухмыляюсь, нащупывая в кармане кастет.
Металл ласкает ладонь. Надеваю и сжимаю кулак. Холодный металл будто вливает сталь в вены. Я не боюсь. Адреналин мой любимый наркотик.
— Я вообще-то за конструктив, — бурчит Вик, вращая шеей, как перед боем.
— А я за честную драку, но ее не будет, — усмехается Кот, первым вылезая из тачки.
С другой стороны ангара выходят они. Старые знакомые. Те, кому мы в прошлый раз неплохо наваляли. Полные старых обид и жажды расплаты.
— Смотрите, кто у нас тут, — усмехается один, вытаскивая зубочистку изо рта. — Сброд из интерната, пришел сдохнуть, да?
— Мы пришли закончить начатое, — делаю шаг вперед. Громко. Четко. Чтобы слышали все.
— Надо же, — тянет он, вытирая ладони. — А я думал ты зассал.
— Я не прячусь, — иду вперед. Прямо. Спокойно. — Зато ты спрятался за спинами своих отморозков.
— Ты нанес мне личное оскорбление. Придется заплатить.
— Плачу кулаками. Устроит?
Он делает шаг ближе, и я чувствую, как пацаны за спиной напрягаются. Готовые к бою.
— Тебя я лично закопаю, — рычит он, вгрызаясь в меня взглядом.
— Ну попробуй, раз считаешь себя бессмертным, — я усмехаюсь, но внутри все пылает. Даже боль отходит на второй план.
Из-за спин противников выходят еще бойцы. Я узнаю их. Из клуба. Сражался с ними. Жесткие. Без тормозов. Пипец…
— Вечер перестает быть томным, — бурчит Кот, скривившись.
— Да уж, — шепчет Фей.
— Я говорил, надо больше конструктива, но вы же упертые, как стадо. — вздыхает Вик, но в глазах у него пылает азарт.
— Раз пиздец нельзя предотвратить... — начинаю я, но не успеваю закончить.
— Кай, нет! Стой! — женский голос режет воздух. Снежок летит ко мне, как метеорит, и врезается в грудь. Обнимает. Виснет на шее. Бледная, испуганная.
— Не смей, пожалуйста, — шепчет, глядя в глаза. — Ты только выкарабкался.
Цепенею на мгновение, но быстро прихожу в себя, услышав ржание с другой стороны.
— Ты откуда здесь? — рычу, отлепляя сестру от себя. Злость путается с тревогой.
— А вот и приятный бонус, — тянет тот бык, прищуриваясь. — Ее я, пожалуй, заберу себе.
— Ты выживи сначала, — шиплю, сжимая кулаки до хруста.
— Может еще мамку подождем? — стеб продолжается, распаляя моих демонов все больше.
— Бери бабу и валим, пацаны.
— Только через мой труп, — отодвигаю Снежка за спину и предупреждающе оскаливаюсь. За нее порву любого голыми руками.
— Это решаемо, — огрызается главарь.
— Мамки нет, есть папка, — доносится знакомый голос из темноты. Появляется Раф, а за ним еще трое крепких парней. — Ну и что тут у вас?
— Тебя еще не хватало, — закатываю глаза, немного расслабляясь. — Ты нахрена ее сюда привез?
— Вообще-то это она меня привезла, — тянет он с усмешкой. — Чтобы прикрыть твой зад.
Смотрю на нее. Взгляд упрямый. Страх сквозит отчетливо, но не отступает. В груди что-то дергается. Несносная девчонка. Сквозь злость пробивается тепло. Ее забота… цепляет.
— Может, кто-то уже объяснит, в чем суть претензий? — один из парней Рафа выходит вперед.
— Тихир, подожди... — говорит Раф, без особой надежды.
— Да задолбался я ждать, — цедит тот. — Давайте уже разрулим и разойдемся. Меня ждут.
Кулак со стороны врывается в диалог. Тих уклоняется, и начинается замес. Как в кино, без предупреждения. Крики. Удары. Земля под ногами дрожит.
— Иди в машину! — рявкаю на Снежка, заслоняя собой.
— Садись за руль, — добавляет Раф. — Если что уезжай.
Киваю, в кои-то веки соглашаясь с вампиром.
— Я не умею водить.
— Научишься, — рычу я.
Она колеблется, но уходит. Бежать некуда. Только спасти себя. Я киваю ребятам, мы остаемся. Нас восемь на пятнадцать, но это не имеет значения. Мы заряжены на победу, и никто не остановится.
Первый мой удар прямо в челюсть противнику. Второй в бок. Кто-то хватает меня сзади, я бью локтем, чувствую хруст. Меня отталкивают, я падаю на колено, тут же поднимаюсь, встречаю следующий удар щекой, кровь мгновенно наполняет рот. Блядь!