Чтение онлайн

— Алекс! — возмущённо восклицаю. — Даже не думай об этом!

— Ань, ну зачем мне он, если ты будешь далеко, в другом городе, и видеться мы будем редко. Я же сдохну от тоски, — крепко обнимает и зарывается носом в мои волосы. — Ну и со временем, думаю, наши родители уже смирятся и помогут.

Хмыкаю в ответ, не веря, что мама когда-нибудь меня простит за такое непослушание. Скорее, наоборот, сделает вид, что её не касаются эти проблемы, потому что она уже дала мне возможность выучиться на “приличную профессию”, как было сказано, когда меня поставили перед фактом.

— Там главное в творческом испытании на экзамене набрать сто баллов, а ты с лёгкостью это сделаешь. Ты целеустремлённая, находчивая, волевая и безумно талантливая. У тебя обязательно всё получится, — отстраняется и смотрит мне в глаза. — У нас получится, — нежно целует, а затем прислоняется своим лбом к моему.

— Я не знаю, Алекс, — задумчиво говорю, хотя уже колеблюсь, потому что перспектива того, что мы с ним будем рядом и расставаться не придётся перевешивает все логические доводы.

— Ничего пока не говори, — с жаром произносит, — просто подумай. Я когда вернусь с выездных, съездим в этот институт, посмотрим, что к чему, поговорим с людьми. Если тебе не понравится, значит, вернемся к первоначальному плану. Идёт?

— Ну хорошо, уговорил, — улыбаюсь встаю на цыпочки и целую его в губы. Такие мягкие и податливые, которые тут же целуют меня в ответ.

По телу разливается тепло, а сердце сдавливает какая-то невероятно щемящая нежность. Вот он, тот человек, который принимает твои проблемы, как свои, который выслушает и даст совет, постарается помочь. И который решит то, что тебе решить не под силу. Алекс прерывает поцелуй и говорит, смотря мне в глаза:

— Ань, я люблю тебя и хочу быть всегда рядом. Я не прошу тебя отказываться от мечты, нет. Просто прошу сменить место, где эта мечта будет осуществляться.

— Я тоже тебя люблю. И давай посмотрим, что это за институт, щедрый на такие гранты.

Алекс отрывает меня от пола и начинает кружить, а я хохочу до колик в животе. Потом мы с размаха падаем на кровать и долго молча лежим в объятиях друг друга, каждый думая о своем. Хорошо, когда есть человек, с которым можно вот так просто помолчать рядом, и даже это молчание делает вас ближе. И я верю, что всё у нас с Алексом будет хорошо.

Алекс

Вхожу в раздевалку, подхожу к шкафчику и роюсь в сумке в поисках шмоток. Нужно принять душ после игры, может он сможет меня успокоить. Эти выездные прошли погано. Серёга чуть не подвёл команду, он сегодня словно с цепи сорвался. А ведь один из лучших игроков команды.

Когда было такое, чтобы в игре он намеренно провоцировал соперника? Сергей играл грубо, блокировал, нарушая правила, заработал максимальное количество фолов. И в итоге сел запасным, а ещё и обвинил во всём нас! За все игры в этом сезоне у нас не было такого количества штрафных бросков, как сегодня. Нас чуть не размазали, и всё по вине психа, какая муха его укусила?

Закрываю шкафчик, со всей силы грохнув дверцей. Провожу рукой по волосам и несколько раз глубоко вдыхаю и выдыхаю, стараясь успокоиться. Нужно держать эмоции под контролем, что бы сказала Аня, увидев меня сейчас? При мысли о ней в груди растекается тепло, губы сами складываются в улыбку, и я успокаиваюсь. Аня меня тормозит: мою злость, ревность, неконтролируемые вспышки гнева. Она делает меня лучше, чем я есть. С ней я становлюсь совершенно другим.

Я безумно по ней скучаю, не могу расставаться с ней даже на пару часов, а уж на выездных мне её особенно не хватает. Хотя она поддерживает меня — звонит, желая удачи и обещая зацеловать в случае нашей победы. И как бы смешно не звучало, мне это жутко нравится и придаёт уверенности. Словно я слюнявый двенадцатилетка, которому впервые улыбнулась понравившаяся девочка и разрешила нести свой портфель.

И я никогда не говорю Ане результат игры заранее, только по приезду, это стало нашим своеобразным ритуалом. Я хочу выиграть прежде всего для нее, чтобы увидеть радость в её глазах, искреннюю улыбку и да, банально услышать из ее уст, что я лучший. Это невероятно окрыляет, заставляя стараться и тренироваться еще больше и лучше.

Знаю, что она совершенно не разбирается в правилах и тонкостях игры, но всё равно прошу пацанов, сидящих в запасных, снимать самые лучшие моменты игры, и отправляю ей. Хотя я предпочёл бы, чтобы она сидела на трибунах и болела за меня каждую игру этого сезона.

От мыслей об Ане меня отвлекают парни, которые вваливаются в раздевалку, громко споря. Увидев меня, они замолкают, а ко мне подходит Макс и, посмотрев в глаза, спрашивает только одно:

— Нормально? — кладёт руку на плечо, без лишних слов показывая свою поддержку.

— Да, — коротко отвечаю, кивая головой, и он отходит к своему шкафчику.

Поле я покинул раньше всех, не подойдя к тренеру, как остальные. Мне нужно было просто успокоиться, чтобы не натворить глупостей. Но теперь, когда мой взгляд натыкается на Сергея и его самодовольную рожу, во мне снова поднимается гнев. Чуть не подставил команду, а ему все по барабану, такой же надменный с этой вечной дерзкой ухмылкой.

— Ты не с той ноги встал сегодня? Что за игра? — спрашиваю, смотря на него, стараясь придать своему тону максимум спокойствия.

— А что ты такой злой? — ухмыляется Серёга. — Ну перегнул, с кем не бывает, — пожимает плечами, а у меня кровь закипает от его спокойствия.

— Перегнул? Да ты чуть всю игру не запорол! Из-за тебя мы чуть не просрали результаты, к которым шли столько времени! — срываюсь на крик, и ребята в раздевалке резко замолкают, в гробовой тишине мы с Серёгой сверлим друг друга взглядами.

— Успокойся, сказал же — бывает, — повышает он голос. — Хорош нюни распускать, подумаешь, игра. Тебя есть кому утешить в случае проигрыша, — слышу смешок. Сергей приближается ко мне, наклоняется и полушёпотом, чтобы слышал только я, произносит: — Или твоя баба тебе не даёт, вот ты и срываешься? Я не виноват, что твоя девка держит тебя на голодном пайке.

И тут я уже не выдерживаю, замахиваюсь и врезаю ему кулаком по скуле, голова Сергея чуть откидывается, и он отходит на пару шагов назад.

— Ты придурок? Из-за какой-то бабы друга…

— Заткнись! Ещё хоть одно слово в сторону Ани и пожалеешь, — не давая ему договорить.

Сергей делает шаг вперёд, но его перехватывают парни, оттаскивают назад, и между нами встаёт Макс.

— Хватит, пацаны, — громким спокойным голосом. — Мы команда, а такое только хуже для всех нас. — Не обращай внимания и не ведись, ты ведь знаешь, каким он может быть засранцем, — это было сказано уже мне.

Молча киваю, беру полотенце и иду в душ. До меня доносятся голоса Макса и Сергея, но разбираю я лишь слова Макса о том, что Жарову не мешало бы извиниться.