Свора: Волчьей Тропой
Шрифт:
— Всё в порядке с ним, — Лаг Бо посмотрел на товарищей с осуждением.
Йору кивнул ульпийцу в знак благодарности и с усмешкой сказал Нотониру:
— Не зря же я твою отраву пью второй день.
— Отраву? — колдун выкатил глаза в наигранном возмущении. — Нет, понос от моих снадобий бывает крепкий, но чтоб отрава… Как у тебя с этим делом, кстати?
— Ладно, хватит, — Йору выставил ладонь.
Под заливистый смех Висиды и осторожные смешки Лаг Бо они продолжили путь по извилистой дороге вдоль речки. Постоянные подъёмы и размытые дождями спуски заставляли челюсть Йору скрипеть от напряжения, но всё же они становились ближе к Марау с каждым шагом.
— А ты и сам повеселел, Нотонир, — вдруг подметила Висида, сметая с дороги угловатый камень.
— Силы имеют особенность восстанавливаться, — пожал плечами колдун Своры. — У меня хорошее предчувствие насчёт Марау.
Висида остановилась и выставила посох перед его лицом:
— Ты обещал, что Клеп будет там, — напомнила она с видом строгой матушки. — Я поймала тебя на слове.
— Лови, сколько хочешь, — уверенно ответил Нотонир, скользя глазами по корявым ветвям над головой. — В своём слове я сомневаюсь редко.
Йору глянул на него искоса и поправил сползшие наперёд ножны:
— Ты их чувствуешь?
— С каждым шагом — всё сильнее, — заверил колдун. — Не их одних, если уж на то пошло… Впрочем, показалось, наверное.
По тому, как часто заморгал Нотонир, было видно, что показалось ему едва ли. После десятка лет в пути у Своры набралось немало преследователей, о которых, впрочем, Висида и даже Лаг Бо толком и не знали. Пусть: тем спокойнее будет им на вотчине Хозяина Корней.
«Что такое?»
В груди закопошился Хлад, дремавший с самого ухода из деревни. Йору замотал головой, выискивая опасность, но чем пристальнее он смотрел, тем сильнее расплывался мир вокруг. Стала мягкой земля, дрогнули колени.
Точнее, дрогнул сам его дух, утопая в Хладе.
***
— Марадо? — вкрадчиво спросила усталая женщина, прикрытая лишь просторным покрывалом, накинутым на плечи.
«Санги. Её звали Санги, я помню.»
— М-м? — промычал Йору чужим голосом. Чужим — но всё же знакомым.
— Зачем ты это сделал?
Он опустил голову, взглянул на багровые разводы на ладонях. Вымоченные в крови перчатки лежали на сухой земле, присыпанной пожелтевшими листьями. Лишь на чернённой стали клинка эти разводы были не видны — но они там всё же были.
Йору ещё слышал их крики. Они молили его остановиться, просили пощады. В ответ им звучал ледяной отзвук Хлада:
«Нет.»
Теперь же над головой осуждающе шелестели ветви священного древа.
— У меня не было времени на разговоры, — сухо произнёс Марадо. — Я должен был найти Борроса.
— И как? — горько спросила Санги. — Удалось?
Вслед за её тонкой рукой устремился и взгляд Марадо. Поляна в самом сердце рощи оставалась усеяна телами всех, кто решился встать ну пути, не успел броситься прочь с холма. Рассечённые, разрубленные, изувеченные — следы Хлада ещё ползли по их коже пятнами инея. Десятки пустых глаз, жизнь в которых угасла под его клинком и теперь стекалась к корням Древа вязкими ручьями.
Раскосого взгляда Борроса среди них не было.
— Он не мог уйти, — сквозь зубы проговорил Марадо. — Но он был здесь, я уверен!
— И как это возможно? — Санги скинула русую прядь с плеча.
— Ты мне скажи.
Хлад сам повёл его руку к клинку. Санги отстранилась, осторожно поднялась и попятилась, пока не наткнулась на отсечённую руку с грубыми буграми мускулов. Кажется, то был первый силач всего Олони.
— Иди за мной, — попросила она со слезами в каштановых глазах.
Спустя лишь несколько шагов Санги остановилась у выемки среди могучих корней. Как толстые, скрюченные пальцы, они зарывались глубоко в землю под рощей. И даже наваленный поверх булыжник помехой их силе не стал.
За этот плоскобокий валун и взялась Санги.
— Помоги, — бросила она, потянув за острый край.
Марадо приставил меч к корню так, чтобы мигом до него дотянуться, случись нужда. Камень поддался легко, стоило ему навалиться всем весом. Земля под нижним краем ещё хранила следы, довольно свежие: кто-то проделал то же самое совсем недавно.
— Тебе сюда, — сказала Санги.
За камнем таился провал, открывавший проход в тоннель. Из тёмной дыры повеяло холодом. Марадо отпрянул было, но тут же вернулся и просунул внутрь гудящую после схватки голову.
— Если это ловушка… — затянул он, не разжимая зубов.
— То ты вернёшься и отомстишь, — протараторила Санги. — Но это не ловушка, поверь. Последнее, чего мне сейчас хочется, это чтобы ты вернулся.
— Как всё поменялось.
Марадо осторожно нащупал ребристый скат, выдолбленный в каменном нутре холма. Стоило ему протиснуться в тоннель целиком, как темнота окутала его целиком. Лишь отголосок Санги ещё доносился ему вслед:
— Не возвращайся в Олони, Марадо! Никогда!
***
— Опять загадки, — простонала Висида, возобновляя шаг.
Йору мотнул головой, собираясь с мыслями. Кажется, для Своры прошёл один лишь миг. Никто и не заметил, как дрожит его кадык и подгибаются колени.
— Загадки — наше всё, — с улыбкой на смуглом лице проговорил Лаг Бо. — Так только интереснее. Правда ведь, Йору?
— Угу, — буркнул тот.
Йору напряг всю грудь и закашлялся. Он надеялся, что вместе с воздухом, ещё чадящим Нотонировым лекарством, выйдет и эхо кровавых мыслей Марадо.
***
Дорога стала ровнее, колея в ней — глубже. То и дело встречались разбитые постройки, каждую из которых Клеп изучал с интересом: старые фермы, гнилые остовы дозорных башенок, пара святилищ. Запустение на этот клочок Лемии явно пришло давно: дерево уже почернело, покрылось коричневыми шапками мха.
— Далеко ещё? — спросил Арачи. Он шагал впереди, руку с намёком водрузив на плечо Горго.
— Трудно сказать, — проводник судорожно бегал глазами меж иллюзорных стволов в поисках ориентира.