Чтение онлайн

— Тебе дал напиться твой король, а не я. — Юсуф встал и обнажил меч.

Рено побледнел.

— Ты не можешь этого сделать.

— Стража!

Сакр и другой мамлюк схватили Рено за руки и подняли со стула.

— Не будь глупцом! — закричал он. — Я властитель Трансиордании. Мой выкуп будет стоить целое состояние!

— Никакое золото не будет для меня дороже твоей смерти. Ты давал клятвы и нарушал их. Ты убивал невинных и пытался осквернить святые места. Ты клялся в мире лишь для того, чтобы напасть, как только мы повернемся спиной.

Рено выпрямился.

— Я — правитель. Я делал то, что должен был.

Юсуф шагнул ближе, так что его лицо оказалось всего в нескольких дюймах от лица Рено.

— Ты убил мою сестру, — прошипел он. Он отступил и кивнул стражникам, которые заставили Рено опуститься на колени. Сакр накинул кожаный ремень на шею Рено и пригнул его голову к одному из стульев. Юсуф занес меч.

— Свинья ты, сосущая хер! — взревел Рено. — Дерьмо…

Юсуф опустил меч. Первый удар убил Рено и забрызгал Ги кровью. Второй отсек голову. Она упала на пол и подкатилась к ногам Ги.

Король побелел как полотно. Он сполз со стула и рухнул на колени, сложив руки в мольбе.

— Умоляю, великий король, пощади меня! Это Рено нарушил договор! Я дам тебе золото. Я…

Юсуф поднял руку.

— Твоей жизни ничто не угрожает. Король не убивает короля. За тебя дадут выкуп, но сначала ты должен поклясться, что никогда больше не поднимешь оружия против ислама.

— Клянусь.

— На своем кресте.

— На Животворящем Кресте и кровью Спасителя, клянусь.

— Я припомню тебе эту клятву. — Юсуф указал на труп Рено. — Помни об участи тех, кто предает свое слово. Стража, отведите короля в его шатер.

Когда Ги увели, Убада повернулся к Юсуфу.

— Я хочу кое о чем тебя попросить, дядя.

— Ты хорошо сражался сегодня, племянник. Проси, и если это в моей власти, ты получишь желаемое.

— Мы взяли в плен священника, Джона из Тейтвика. Позволь мне убить его.

Брови Юсуфа сошлись.

— Если бы не Джон, Волк бы сбежал. Я намерен его пощадить.

— Ты не можешь. Он предал тебя, чтобы служить франкам, дядя.

— Он спас мне жизнь.

— И отнял ее у моего отца! — крикнул Убада. — Я был еще ребенком, но я помню. Он убил Хальдуна.

— Хальдун погиб во время великого землетрясения.

— Он погиб, пытаясь защитить честь моей матери. — Убада опустился на колени. — Прошу, дядя. Умоляю тебя. — Он указал на безголовое тело Рено. — Ты получил свою месть. Дай мне мою!

— Ты не знаешь, о чем просишь, племянник. Я не могу позволить тебе убить его.

Убада встал. Его костяшки побелели на эфесе меча.

— Ты не сможешь меня остановить.

— Я твой король! — рявкнул Юсуф. — Ты будешь делать, что я говорю.

— Только не в этом. Делай со мной что хочешь. Я поклялся Аллаху убить Джона, и я намерен исполнить свою клятву. — Убада направился к выходу из шатра.

— Стой! Джон не убивал твоего отца, племянник.

Убада замер, его рука лежала на пологе шатра. Он повернулся и встретил взгляд Юсуфа.

— Что ты имеешь в виду?

— Он… Джон — твой отец.

— Ты лжешь!

— Посмотри в зеркало, племянник, а потом скажи, лгу ли я.

Рука Убады соскользнула с меча, плечи его поникли.

— Ты… — начал он, но осекся. — Я никогда тебя не прощу. — Он сплюнул к ногам Юсуфа и покинул шатер.

Юсуф почувствовал внезапную усталость. Он подошел к своему стулу и, сгорбившись, сел, глядя на тело Рено. Он так долго желал смерти Волка, но не чувствовал никакой радости. Он обещал своей сестре никогда не говорить Убаде правду. Но Зимат поняла бы, что он должен был защитить Джона. Она тоже его любила. Юсуф выпрямился и посмотрел на Сакра.

— Приведи ко мне Джона, пока Убада не натворил глупостей. — Он указал на тело Рено. — И уберите эту грязь.

Тело Рено как раз вытаскивали, когда Джон вошел в шатер. Он поморщился, но тут заметил голову, все еще лежавшую на ковре. Он встретил взгляд Юсуфа.

— Шукран, Юсуф.

— Это я должен благодарить тебя. Мои люди рассказали мне, что ты сделал. Рено сбежал бы, если бы не ты. Садись. Пей.

Джон поморщился от боли, опускаясь на один из стульев. Он сделал большой глоток воды.

— Что теперь?

— Я сказал Убаде правду.

Глаза Джона расширились.

— Зачем?

— Иначе он бы тебя убил. Он все еще может попытаться.

Лоб Джона прорезала морщина.

— Ты собираешься оставить меня в живых?

— Ты доставил ко мне моего злейшего врага. За это я дарую тебе свободу. Тебе следует покинуть Восток, Джон.

— Мой долг здесь.

— Твоя смерть, ты хочешь сказать. Армия Иерусалима разбита, Джон. Больше некому защищать твои земли. Я отберу у христиан каждый город до последнего. Я сброшу их в море, и тебя вместе с ними, если ты останешься.

Джон пожал плечами.

— Если такова моя судьба, так тому и быть. — Он сделал еще глоток. — Я видел тамплиеров и госпитальеров. Тот Юсуф, которого я знал, не сделал бы этого.

— Тот, кого ты знал, не одержал бы этой победы.

— Ты победил, да, но какой ценой? Когда-то ты говорил мне, что великий король должен вести святую жизнь.

Боль в животе Юсуфа вернулась. Он отвел взгляд от голубых глаз Джона.

— Я не стремлюсь быть великим, Джон. Я — слуга Аллаха, не более.

— Зло, совершенное во имя Бога, все равно остается злом, друг. Я это знаю слишком хорошо. Понюхай воздух. Разве так пахнет добродетель?

— Довольно. Тебе пора уходить. Я не могу гарантировать твою безопасность, пока ты остаешься в моем лагере. Тебе дадут коня и припасов на три дня.

— Еще раз, шукран. — Джон двинулся к выходу, но остановился у полога шатра. — В тебе есть сила быть лучше этого. Я буду молиться за тебя, друг.

И с этими словами он ушел.

Сентябрь 1187 года. Иерусалим

— Слишком много народу на этой дороге, — обронил Джон, ни к кому не обращаясь.

Уже не в первый раз он пожалел, что не с кем разделить тревоги. Но Аэстан погиб при Хаттине, а Раймунд, недолго после прибытия Джона в Триполи, скончался от незаживающей раны. Реджинальд Сидонский был в плену у Саладина, как и Ги, и большинство других великих сеньоров.

— Слишком много ртов, — пробормотал он, — и слишком мало мечей.