Чтение онлайн

Битва с амаликитянами. Следующее чудо — это поражение Амаликитян, которые пришли и воевали с Израильтянами. Иисус Навин — ученик Моисея, руководил битвой, а Моисей в это время молился на вершине холма. Причём было замечено, что когда Моисей молится, воздевая руки, то побеждают израильтяне, когда Моисей ослабевает, то израильтяне начинают проигрывать. Тогда встали по сторонам его Ор и Аарон, которые и поддерживали его руки таким же образом, каким впоследствии были распростёрты руки Христа во время распятия.

Важной чертой является и то, что победу одерживает Иисус, а не Моисей, чем показывается немощь закона. Иисус, подчиняющийся Моисею, изображает Сына Божия, подчинившегося закону.

Перед приходом на Синай по совету своего тестя Иофора Израиль получает новое административное устроение. До этого Моисей сам решал все проблемы, сам судил все споры, и поэтому народ с утра до вечера стоял, ожидая, когда сможет к Моисею попасть. Иофор, придя, увидел это и сказал, что нельзя так мучить народ, и чтобы он устроил систему десятников, пятидесятников, сотников и тысячников, которые бы решали все мелкие вопросы. И только самые важные дела должен был решать Моисей.

Заключение Завета и его смысл.

Конечным пунктом первой части путешествия была гора Синай, возле которой через пятьдесят дней после Пасхи был заключен Завет.

Народ расположился станом у горы, а «Моисей взошел к Богу [на гору], и воззвал к нему Господь с горы, говоря: так скажи дому Иаковлеву и возвести сынам Израилевым: вы видели, что Я сделал Египтянам, и как Я носил вас [как бы] на орлиных крыльях, и принес вас к Себе; итак, если вы будете слушаться гласа Моего и соблюдать завет Мой, то будете Моим уделом из всех народов, ибо Моя вся земля, а вы будете у Меня царством священников и народом святым; вот слова, которые ты скажешь сынам Израилевым. И пришел Моисей и созвал старейшин народа и предложил им все сии слова, которые заповедал ему Господь. И весь народ отвечал единогласно, говоря: все, что сказал Господь, исполним. И донес Моисей слова народа Господу» (Исх. 19:3–8). Как видим, Моисей выступает в роли посредника.

В течение трех дней народ готовится к получению откровения. И вот в день, который был пятидесятым с момента выхода из Египта, Господь в громе, молнии, дыме и трубном звуке сошел на гору и возвестил Моисею и народу слова Закона, которые начинались десятью заповедями — декалогом. Надеюсь, что вы их прекрасно знаете.

Сразу отметим, что Завет заключается в пустыне, на ничьей земле, не принадлежащей даже никакому богу. И, таким образом, этот завет имеет характер не местный, но всемирный, относящийся ко всему человечеству.

О том, что такое завет, мы уж говорили. Давайте посмотрим, в чем особенность завета Синайского.

Структура завета, как замечено современными исследователями, формально имеет довольно большое сходство с обычными или, как сейчас говорят, типовыми договорами между повелителем (сюзереном) и подданным (вассалом), известными во втором тысячелетии до Рождества Христова. Немало таких договоров было найдено у хеттов в архиве Богазкей. В них есть ряд стандартных разделов: первый — преамбула, где определяется, кто вступает в договор, приводятся титулы. Здесь Господь говорит: «Я Господь, Бог твой» (Исх. 20:2). Дальше, обычно, исторический пролог, где указывается история предыдущих отношений вассала со своим господином, и те благодеяния, которые он оказал, которые должны лечь в основу последующих взаимоотношений — «Я Бог, который вывел тебя из земли Египетской». Затем оговариваются условия договора: первое и самое главное условие — условие твёрдой верности союзу. Затем частные условия, которые регулируют те или иные стороны взаимоотношения. Это в первую очередь декалог и потом множество различных указаний. Особым пунктом предусматривалось, что текст договора должен храниться в храме, как это было и с законом Моисеевым, который хранился в скинии, и, что этот договор регулярно должен оглашаться вслух всему народу, что в книге Второзаконие указано (Втор. 31:10–13). И, наконец, проклятия и благословения соответственно за нарушение и исполнение договора. Они также содержатся в книге Второзаконие. Затем предполагалась формальная клятва или процедура вступления в договорные отношения. Единственно, чего Синайский завет в себе не содержит — это перечисления тех богов, которые будут поручителями этого договора. Причина вполне понятна. Какие идолы могут быть поручителями при Боге — Творце?

Таким образом, формальная сторона дела представляется достаточно очевидной. Однако мы уже имели возможность убедиться в отличии понятия завета от понятия договора. Это отличие остается в силе и здесь.

«Не за праведность твою и не за правоту сердца твоего идешь ты наследовать землю их, но за нечестие народов сих Господь, Бог твой, изгоняет их от лица твоего, и дабы исполнить слово, которым клялся Господь отцам твоим Аврааму, Исааку и Иакову; посему знай, что не за праведность твою Господь, Бог твой, дает тебе овладеть сею доброю землею, ибо ты народ жестоковыйный» (Втор. 9:5–6).

Соблюдение закона не есть способ получения от Бога различных благ. Это очевидно из того, что завет предлагается уже после того, как Бог их вывел из Египта, спас от фараона, получили в пустыне пищу и воду, победили амаликитян. И притом, что от них ничего не требовалось взамен. Это показывает, что, на самом деле, ничего Господь не требует в качестве непременного условия для подачи милостей, Он их раздаёт даром. Но Господь хочет быть среди них, Господь хочет водительствовать этим народом. И для того, чтобы Господь мог пребывать среди них, для того чтобы Господь мог в них действовать, они должны стремиться к святости, должны стремиться к чистоте. Поэтому не Бог привязывается к народу израильскому, как это нередко впоследствии им казалось, а привязывался народ к Богу. Хранение их от гибели, от отпадения от Бога — вот главная цель закона.

Господь говорит: вы «будете Моим уделом из всех народов, ибо Моя вся земля, а вы будете у Меня царством священников и народом святым» (Исх. 19:5–6). Итак, они становятся уделом Божиим среди всех народов, потому что Господь Сам их избирает и желает именно в своем уделе произрастить плод спасения. Затем, они должны быть царством священников. Как священники были выделены для особого служения внутри самого этого народа, точно так же и сам этот народ выделяется из числа прочих на особое служение. Через них должно освятиться человечество. И еще они должны быть народом святым, для того, чтобы быть способными служить Богу. «Святы будьте, ибо свят Я Господь, Бог ваш» (Лев. 19:2). Здесь начало пути к Евангельской заповеди. Еще не указана мера, но названа причина.

Здесь мы не будем подробно входить в рассмотрение заповедей, этому будет посвящена отдельная тема.

Сначала весь народ слышит голос Божий, идущий с горы, а потом в страхе отказывается и предлагает Моисею взять на себя функцию посредника, чтобы Моисей возвещал им. И Моисей, действительно, становится таким посредником: он возвещает слова, которые Бог ему говорит народу, и народ отвечает: «все, что сказал Господь, сделаем, и будем послушны» (Исх. 24:3). В обличительной евангельской притче о двух сыновьях первый из них сказал: «пойду» и не пошел. Под этим первым сыном подразумевается народ Израильский. Вот этот момент при горе Синай, когда они все дружно решают: «все, что сказал Господь, сделаем и будем послушны».

Устроив у подножия горы жертвенник, Моисей совершает жертвоприношение и, окропив половиной крови жертвенник, другой половиной окропил народ. «Первый [завет] был утвержден не без крови» (Евр. 9:18), замечает апостол Павел. Кровь эта жертвенная была прообразом крови Христовой, на которой утвержден был уже Завет Новый.

После заключения завета Моисей снова взошел на гору, где ему было дано откровение о скинии. Но пребывание на горе было прервано, и первые каменные скрижали с заповедями были разбиты Моисеем, когда Израильтяне в его отсутствие устроили себе тельца и стали ему поклонятся, стали петь и играть вокруг него. Возникает вопрос: почему буквально через несколько дней после того, как пообещали, что «все, что сказал Господь, сделаем и будем послушны», почему после всех чудес понадобилось сооружать какого-то тельца?

Можно дать здесь некоторое психологическое объяснение. [57] Это был момент наибольшего благоприятствования, момент, когда кажется, что Бог максимально расположен к ним, и нельзя ли сделать что-нибудь такое, чтобы эту ситуацию зафиксировать, чтобы Бог случайно как-то не переменил своего поведения. Но и понятно, что можно попробовать как-то этого Бога отлить в виде идола, начать приносить Ему жертвы, чтобы Он никуда не убежал и ничего не стал делать неположенного.