Чтение онлайн

3. О, ты, что восседает на Земле! (так сказал мне некто, кто Скрыт от меня) Ты не более велик, чем твоя мать! Ты крошечная частица праха! Ты Господь Славы и нечистый пес.

4. Согнувшись, опустив свои крылья, я вошел в сумрачные великолепные чертоги. Там, в этой бесформенной бездне, я стал участником извращенных Таинств.

5. Я страдал от смертельных объятий Змея и Козла; я платил дань адского уважения стыду Хема.

6. И благодаря этому Одно стало всем.

7. И еще, у меня было видение реки. Там был маленький корабль; и под пурпурными парусами была золотая женщина, образ Аси из чистейшего золота. Также река была рекой крови, а корабль — из сияющей стали. Потом я любил эту женщину, и, потеряв пояс, бросился в поток.

8. [Затем] я вернулся на маленький кораблик, и много дней и ночей я любил ее, возжигая благовония перед нею.

9. Да! Я отдал ей цветок своей юности!

10. Но это не возбуждало ее. И только мои поцелуи сумели развратить ее, и она обратилась ко мне своей темной изнанкой.

11. Но я все же поклонялся ей, и отдал ей цветок своей юности.

12. Прошло время, и тогда она изменилась и рассыпалась предо мною. Я чуть не бросился в поток.

13. В конце концов, ее тело стало белее молока звезд, ее губы алели и были теплыми, словно закат, ее жизнь раскалилась, точно полуденное Солнце.

14. Затем она восстала из бездны Векового Сна и обняла меня. Я полностью растворился в ее красоте и был счастлив.

15. Река стала рекою Амриты, а маленький кораблик — колесницей плоти, а паруса — кровью сердца, что несет меня, что несет меня.

16. О, змеиная женщина Звезд! Я, именно я, создал Тебя из бледного подобия чистого золота.

17. Также Святейший снизошел на меня, и я увидел белого лебедя, парящего в синеве.

18. Я сидел меж его крыльев и летел сквозь эоны.

19. И лебедь летел, поднимался ввысь, опускался, но мы не могли достигнуть цели.

20. Маленький сумасшедший мальчик, что сидел рядом со мной, обратился к лебедю со словами:

21. Кто ты, что летит, поднимается вверх и опускается столь бесцельно? Посмотри, много эонов уже осталось позади; Откуда ты взялся? И куда ты направляешься?

22. Смеясь, я упрекнул его, говоря: Ниоткуда! Никуда!

23. Но лебедь молчал, и тогда мальчик сказал: если нет цели — для чего это бесконечное путешествие?

24. И я приник своей головой к шее лебедя, и засмеялся, говоря: "Разве нет невыразимого удовольствия в этом бесцельном парении? Разве усталость и нетерпение не одолевают того, кто стремится к какой-либо цели?

25. А лебедь продолжал молчать. Ах! Но мы плыли в бесконечной Бездне. Восторг! Восторг! О, белый лебедь, возноси меня всегда на своих крыльях!

26. О, тишина! О, восторг! О, конец вещей, видимых и невидимых! То — мое, что есть Ничто.

27. Сияющий Бог! Позволь мне создать Твой образ из золота и драгоценных камней! Чтобы люди низвергли и растоптали его в пыль! Чтобы смогли увидеть Твою славу!

28. Пусть не говорят на торговой площади о том, что я — тот, кто должен прийти. Но о твоем появлении будет сказано одно слово.

29. Ты проявишься в непроявленном, в тайных местах люди встретят тебя, и ты возьмешь верх над ними.

30. Я увидел бледного грустного мальчика, что лежал на мраморе в солнечных лучах и плакал. Рядом с ним была брошена забытая лютня. Ах! Но он плакал.

31. Потом из сияющей бездны появился орел и накрыл его своей тенью. И такой густой была эта тень, что мальчика не стало видно.

32. Но я слышал радостные звуки лютни, плывущие в застывшей синеве.

33. Ах! Посланник Возлюбленного, пусть Твоя тень скроет меня!

34. Может быть, Твое имя — Смерть, или Стыд, или Любовь. Ты принес известие от Возлюбленного, и я не спрошу твоего имени.

35. Где же сейчас Мастер? — кричат маленькие сумасшедшие мальчики. Он мертв! Он покрыт позором! Он женат! И их насмешки разнесутся по всему миру.

36. Но Мастер получит свою награду. Насмешки станут прядью в волосах Возлюбленного.

37. Смотри! Бездна Величайшей Глубины. Там — могучий дельфин, подставляющий бока ударам волн.

38. Есть там и золотой арфист, играющий бесконечные мелодии.

39. Дельфин наслаждался ими, и, оставив свое тело, стал птицей.

40. И арфист оставил арфу и играл бесконечные мелодии на свирели.

41. И тогда птица страстно возжелала этого блаженства, и, сложив крылья, стала лесным фавном.

42. А арфист оставил свирель и стал напевать бесконечные мелодии человеческим голосом.

43. И тогда фавн, зачарованный этой музыкой, шел за арфистом, пока тот не умолк, и фавн стал Паном в самом сердце Лесов Вечности.

44. Ты не сможешь очаровать дельфина тишиной, О, мой пророк!

45. Потом адепт был поглощен блаженством и больше, чем блаженством, и наслаждался избытком избытка.

46. И его тело сотрясалось и шаталось под бременем этого блаженства, и этого избытка, и этой предельной потери себя.

47. Они кричали: "Он пьян", или "Он сошел с ума", или "Он болен", или "Он при смерти", но он не слышал этих криков.

48. О, мой Господь, мой возлюбленный! Как я буду сочинять песни, если даже воспоминание о тени твоей славы превосходит любую музыку речи или молчания.

49. Смотри! Я — человек. Даже маленький ребенок не в силах выдержать Тебя. И, о, чудо!

50. Я был один в огромной долине, и на вершине одного холма была поляна сочной яркой травы, где веселились какие-то прекрасные существа, одетые в зеленые одежды.

51. Их игра привела меня в землю Чудесного сна. Все мои мысли были одеты в зеленое, и они были прекрасны!

52. Всю ночь они танцевали и пели, но Ты — утро, О, мой дорогой, мой змей, обвивающий это сердце.

53. Я — сердце, а Ты — змей. Сожми меня своими кольцами крепче, чтобы ни свет, ни блаженство не смогли проникнуть внутрь.

54. Раздави мою кровь, как виноград на языке белой провинциалки, ослабевшей в объятиях своего любовника в лунном свете.

55. И тогда пусть Конец проснется. Долго же ты спал, о, Великий Бог Исхода! Много веков ждал ты на окраине города и в конце городских дорог. Пробудись! Не жди больше!

56. Нет, Господь! Но я пришел к Тебе. Я тот, кто ждет до конца.

57. Пророк крикнул, стоя у горы: "Приди сюда, чтобы я мог говорить с тобой!".

58. Но гора не шевельнулась. Поэтому пророк взошел на гору и стал говорить с ней. Но он устал, и гора не услышала его голоса.