Священный обман
Шрифт:
— Опусти платье, — скомандовал Маттео, не сводя глаз с моей груди, выглядывающей из-под платья. — Я хочу увидеть эти великолепные сиськи.
Я, не колеблясь, спустила платье вниз, чтобы оно сбилось на талии. Мои соски мгновенно затвердели, умоляя о внимании под его пристальным взглядом.
Он наклонился вперед, теперь уже сам взяв свечу, и медленно побрызгал маслом мне на грудь. Она потекла между моих грудей, согревая кожу, заставляя ее блестеть в янтарном свете костра.
— Поиграй с ними, — приказал он, откидываясь назад, его член подпрыгнул.
Я обхватила свои груди, пальцы скользнули по маслу, пощипывая соски, посылая искры прямо в мою сердцевину. Я перекатывала их, приподнимая и сжимая, масло усиливало каждое ощущение.
У меня вырвался стон, и я возобновила свои поглаживания, возобновляя с отчаянием – теперь быстрее, от основания к кончику, большим пальцем обводя чувствительную нижнюю часть.
Я наклонилась, прижимаясь своими намасленными грудями к его члену, обволакивая его. Его длина скользнула между моих сисек, когда я раскачивалась вперед и назад, мои руки сжимались, создавая сильное трение. Он был таким горячим рядом со мной, головка его члена выглядывала с каждым толчком, размазывая больше предварительной спермы по моей коже. Так близко к моему рту ...
Я посмотрела на него сквозь ресницы, наши глаза встретились в тусклом свете, на его лице было выражение неприкрытой потребности.
Ритм, в котором мои груди скользили по его члену, разжег огонь в моих венах. Стоны Маттео стали глубже.
Я наклонилась вперед, мой язык прошелся снизу от основания до кончика, пробуя солоноватую смесь масла и его возбуждения.
Его бедра дернулись от соприкосновения, и я полностью взяла его в рот, обхватив губами головку, когда опустилась ниже. Его тепло наполнило меня, головка уперлась в заднюю стенку моего горла, когда я втянула щеки и сильно пососала. Сначала я двигалась медленно, обводя языком гребень, наслаждаясь тем, как он пульсирует во мне. Мои руки сжали его бедра, ногти впились в мышцы.
— Ты так хорошо меня принимаешь. Так чертовски хорошо, — прохрипел Маттео, его голос был напряжен, глаза потемнели и были прикованы к тому месту, где мой рот обхватил его.
От похвалы по мне пробежал трепет, моя киска сжалась от желания, когда я промурлыкала по всей его длине, вибрация вызвала у него шипение.
Я ускорила темп, посасывая с влажными, непристойными звуками, которые мягким эхом отдавались в библиотеке.
— Открой рот, — внезапно скомандовал он, его рука обхватила мой подбородок, большой палец прижался к нижней губе.
Я чуть отстранилась, широко раскрыв губы, высунув язык, и посмотрела на него водянистыми глазами. Он выдержал мой пристальный взгляд с озорным блеском в глазах, прежде чем склонился надо мной. Его слюна, горячая и неторопливая, попала мне на язык, этот акт был грубым и собственническим, заставляя мою сердцевину пульсировать от подчинения, а влагу стекать между бедер.
— Хорошая девочка, — пробормотал он, слова были подобны бархату вокруг стали, отчего у меня по спине пробежали мурашки.
Я нырнула обратно, обхватывая его губами. Теперь моя голова двигалась быстрее, каждый раз захватывая его по самую рукоятку, задыхаясь от того, каким большим он был.
— Вот и все, детка. Вот так. Да... — Ободрение Маттео прозвучало в виде гортанного стона, его свободная рука уперлась в диван, а тело напряглось.
С последним, глубоким толчком в мой рот он жестко кончил. Я жадно проглотила, впитывая каждую каплю, не пролив ни капли, когда его член дернулся у моего горла.
Он наклонился, его сильные руки подняли меня с пола. Я поднялась на дрожащих ногах, губы все еще покалывало от его вкуса, и он прижал меня к себе, впиваясь своими губами в мои в страстном поцелуе.
Его поцелуй был неряшливым и непримиримым. Это длилось долго, глубоко и требовательно, прежде чем он оторвался ровно настолько, чтобы провести губами по моей челюсти. Мое тело гудело от интенсивности доставления ему удовольствия, мое нутро болело от неудовлетворенной потребности.
Руки Маттео прошлись по моим бокам, пальцы вцепились в платье. Грубым, преднамеренным рывком он стянул ткань с моих бедер. Я полностью стянула с него штаны вместе с боксерами, отбросив их в сторону.
Оседлав его на диване, я обвила руками его шею, запустив пальцы в волосы у него на затылке, пока он направлял меня по всей длине. Я медленно опускалась, дюйм за дюймом, моя киска растягивалась вокруг него, полнота заставляла меня задыхаться.
С удовлетворенным стоном Маттео откинулся назад, небрежно закинув руки на спинку дивана. Он наблюдал за мной напряженным взглядом, на его губах играла легкая улыбка, когда я начала двигаться. Я раскачивала бедрами, прижимаясь к нему, давление на мой клитор посылало по мне толчки удовольствия. Мое дыхание участилось, и я приподнялась, затем опустилась обратно, задавая ритм, который заставлял меня тихо постанывать.
Он наклонился вперед, опуская лицо, пока оно не оказалось рядом с моей грудью, достаточно близко, чтобы мои соски касались его лица при каждом толчке. Ощущение его теплого дыхания на моей коже в сочетании с тем, как он легко целовал меня там, только заставило меня сжаться вокруг него крепче.
Но по мере того, как мой оргазм накатывал все сильнее, мои бедра дрожали, контроль Маттео лопнул. Его руки крепко обхватили мою талию, сильные ладони легли на поясницу. Он взял верх, приподняв меня и насадив на свой член мощными толчками. Сила загнала его глубже, задев что-то внутри меня, от чего у меня перед глазами вспыхнули звезды.
Я вскрикнула, мои ногти впились в его плечи, когда наслаждение достигло пика. Моя киска содрогалась вокруг него, волна за волной экстаза накатывала на меня, пропитывая его член, когда я жестко кончала, разрушаясь в его объятиях.
За решеткой тихо и ровно горел огонь. В библиотеке было темно, если не считать света от костра – темно-красных занавесок, полок, уходящих в тень, золотого шара, ловящего отблески света.
Мы лежали, прижавшись друг к другу под толстым пледом, на диване, глядя на камин, кожа все еще теплая, тела расслабленные и тяжелые в этой тишине.
Маттео лежал на спине, одной рукой обнимая меня, другой медленно, отсутствующе проводя по моему плечу. Я полулежала у него на груди, слушая его дыхание, ровный ритм успокаивал меня.
Я уже закрывала глаза, наполовину засыпая, когда он поцеловал меня в висок и пробормотал.
— Я люблю тебя, Франческа.
Слова застряли между нами, как нечто неизбежное.