Святая - святым
Шрифт:
– А если нет - плеер мой!
– Только на одну неделю!
– На месяц...
– начал торговаться Ваня, но тут из окна высунулась Лена.
– Вань, карась опять виляйхвостов гоняет!
– Скажи ему, что если не перестанет, я его в карьер брошу, вот и будет там ры...
Ваня вдруг осекся на полуслове. Глаза его сощурились так, что лицо стало совсем хитрым:
– А давай так, - быстро предложил он.
– Оба закинем удочки, и если кто что поймает, тому приз. Тебе - монету, а мне - плеер, только, чур, уже насовсем!
Глава вторая
1
Видя темные окна, он с замирающим сердцем постучал...
Всю ночь проворочался Стас, сладко робея от предстоящего и торопя время. Лишь под утро его сморил глубокий, как омут, сон.
– Стасик, пора!
– шепотом позвала его мама.
– Рыбалку проспишь!
– громовым голосом напомнил отец, который всю ночь работал над диссертацией.
Стас мигом оделся и кинулся в угол, где лежал приготовленный еще с вечера рюкзак. Завернутый в пакет огромный окунь, бутылка лимонада, которую, по плану, выпьет Ваня, чтобы, отбежав по нужде, дал возможность нацепить на крючок рыбу, - все было на месте.
– Ни пуха ни пера!
– пожелала мама.
– Ни рыбьей чешуи!
– поправил её отец.
«И ни серебряного рубля!» - суеверно подумал Стас, выбегая из дома.
На улице было темно и зябко. Звезды, устав гореть над спящей деревней, разом уставились на него. Поеживаясь, Стас добежал до Ваниного дома. Видя темные окна, он с замирающим сердцем постучал и услышал:
– Заходи, мамы нет дома!
– А я думал, ты спишь!
– радостно сказал Стас.
– Нет, мы по звонильнику встали!
– послышался голос Лены.
– А чего без света сидите?
– А Ванька не хочет, чтобы я видела, что он у аквариума делает...
Тут раздался звонкий шлепок, и Лена выскочила в коридор, потирая затылок.
Через минуту вышел и Ваня: в руках удочки, через плечо - сумка.
– Ну что, пошли?
– деловито спросил он, незаметно показывая сестре кулак.
– Как!
– удивился Стас.
– И она с нами?
– А куда ее девать? Мама теперь день и ночь у бабы Поли. Вот и обуза на мою голову!..
– Не обуза, а обяза!
– капризно возразила девочка.
– Ты за мною следить обязан? Обязан! Значит, кто я тогда? Обяза!
И, победно вскинув голову, первой направилась к выходу.
2
Словно сто скорых поездов загрохотали над Стасом...
Они вышли из дома и направились по предрассветной дороге к карьеру.
– Как пойдем - бежком или тишком?
– с готовностью спросила Лена.
– Пешком!
– оборвал ее Ваня.
– И никуда не отходя от дороги!
Тут Стас сообразил, что Лена может отвлечь Ваню лучше всякого лимонада, достал бутылку и, отступая от тщательно разработанного плана, сам припал к ней. Вдоволь напившись, он предложил:
– Угощайтесь!
Лимонада хватило как раз до карьера.
Дойдя до обрыва, Ваня взял Лену за руку и повлек за собой. Спуск был крутой, сыпучий, и Стас с облегчением выдохнул, оказавшись внизу.
Холодно, мрачно было в карьере. От черной, в радужных пятнах, воды пахло ржавым железом и бензином.
Где-то невдалеке загрохотал поезд. Все вокруг задрожало, сверху посыпались мелкие камни.
– Московский?
– разматывая удочки, сказал Ваня и, услышав скрежет тормозов, удивился: - Странно, вроде, как поздно для него. А другие скорые у нас не останавливаются!
– Может, стоп-кран сорвали?
– предположил Стас.
– Да нет, опаздывает, наверное!
– А мы вовремя приехали!
– похвастал Стас и побежал к валуну, ругая себя за то, что сам опился «Фанты».
Когда он вернулся, Ваня подозрительно быстро закинул свою удочку. Но что было Стасу до этого?
– Гляди, где твоя Ленка!
– показал он на прыгавшую с валуна на валун девочку.
– А ну, стой!
– крикнул Ваня, бросаясь к сестре.
Стас дрожащими пальцами развернул пакет, насадил на крючок окуня и поспешно опустил в воду.
– Эй!
– позвал он, водя удочкой из стороны в сторону.
– Поймал! Честное слово, я что-то поймал!
– Гусеницу от трактора?
– язвительно прокричал Ваня.
– Сам ты трактор!
– Стас вытащил рыбу на берег и несколько раз стукнул по ней камнем, чтобы не было вопросов, почему она не живая: - Гони рубль!
– Не может быть!
– подбежал к нему Ваня. Он склонился над рыбой, и глаза его округлились: - Ч-что это?...
– Как что?
– удивился Стас.
– Окунь.
– Но ведь он же - морско-ой!!!
Словно сто скорых поездов загрохотало над Стасом, причем, в каждом из них сорвали по стоп-крану. Он понял свою ошибку. Чтобы не встречаться с уничтожающим взглядом друга, он заерзал глазами и увидел, что оставшийся на воде поплавок неожиданно ожил.
– Клюет!..
– прошептал он.
– Неужто?
– Ваня схватил удочку, потянул её на себя и прямо на леске подвел к лицу Стаса затрепетавшую рыбешку: - Моя взяла!
Тот с недоумением уставился на длинный роскошный хвост, радужную окраску… И, вспомнив про Ванин аквариум и слова его сестры, с усмешкой окликнул:
– Лен! Хочешь виляйхвоста посмотреть?
– Что? Кого?!
– Ваня поднес к себе рыбку и смущенно почесал затылок: - Это что же, я его в темноте с карасем спутал?..
– Так, значит, и ты...
– заморгал ошеломленный Стас.
– Почему это я? Мы!
– поправил его Ваня, и они, не сговариваясь, захохотали так, что к ним тут же присоединилась ничего не понявшая, но с радостью разделившая их веселье Лена.
3
Внизу страшно затрещало, заклокотало...
Не переставая смеяться друг над другом, они смотали удочки и поднялись на гребень карьера.
Солнце уже встало. От ласковых первых лучей и того, что мрачный котлован остался внизу, хорошо, легко было на душе. До конца тропинки оставалось шагов пятьдесят, а до речки, по словам Вани, - всего две версты.