Чтение онлайн

20. (8) Оставится дщерь Сионя, яко куща в винограде и яко овощное хранилище в вертограде. Воздаяние равным за равное служит доказательством Божия правосудия. Поскольку оставила Господа дщерь Сионя, то и она оставится. Но Господь сохраняет еще к ней Свое человеколюбие, именует ее дщерью, называя прежним именем, какое имела до своего отчуждения. Оставится, яко куща в винограде. Для охранения плодов в виноградниках ставятся кущи [1244] . Посему, когда виноградник изобилен свойственными ему плодами, о куще заботятся и прилагают всякое попечение, чтобы сторож смотрел из нее, не обирают ли винограда проходящие мимо; когда же виноградник бесплоден, то необходимо небрегут об охранении винограда. Посему Бог угрожает израильскому народу оставлением за то, что не приносит надлежащих плодов. Убоимся и мы стать бесплодными, чтобы не остаться без Божия призрения! Страж наш есть Дух Святой. Когда душа приносит плоды, достойные вечных житниц, Дух пребывает с нею, охраняет ее и отражает козни уединеннаго дивия [1245] (ср. Пс. 79:14). Но когда произращает грозд желчи и приносит грозд горечи (ср. Втор. 32:32), тогда Дух оставляет бесплодную душу, и она попирается зверонравными помыслами и скотскими пожеланиямивсякого рода.

Писание же нередко в переносном смысле называет виноградом Израиля, например: Виноград из Египта пренесл еси (Пс. 79:9), и виноград бысть Возлюбленному (Ис. 5:1), и Аз же насадих тя виноград плодоносен, весь истинен (Иер. 2:21). А ежели Израиль – виноград, то куща сего винограда – дом и, может быть, храм. Ибо он называется селением славы (Пс. 25:8) и селением, идеже вселися в человецех (ср. Пс. 77:60). Посему, пока виноград сей приносил многие плоды, стояла и куща для сбережения плодов. Но поскольку Насадивший его ждал, да сотворит гроздие, и он сотвори терние (ср. Ис. 5:2), которым увенчали Господа, и весь обратился в горечь, ибо сотворил грозд желчи и грозд горести, почему и в снедь Господу дали желчь, то за сие оставлена [без попечения] куща винограда. Ибо сказано: Се, оставляется вам дом ваш пуст (Мф. 23:38). Тогда исполнилась сия угроза, ибо Израиль оставлен, как куща в винограде; с тех пор уже заповедано и облаком, еже не одождити на виноград (ср. Ис. 5:6). Поэтому нет у них пророков, нет небесной благодати, но стали они лядиной [1246] , годной к попранию (ср. Ис. 5:6). Разорены ограждения народа [1247] сего, то есть защита святых Сил: если и по Закону что сделают, и то послужит им в погибель.

21. Посему ныне обымают мимоходящии путем, озоба и вепрь от дубравы, и уединенный дивий пояде (Пс. 79:13–14): ныне попирают их невидимые силы. И яко овощное хранилище в вертограде. Для сбережения овощей строят осенью хранилища. Почему вертоград [1248] есть место, приносящее плоды временные, скоро пропадающие, служащие более к услаждению, нежели на пользу. Но таков и Закон, который имеет кратковременное употребление. Ибо служение было временное и процветало недолго, потом предоставило продолжение жизни пище истинной и более твердой – евангельскому учению. Итак, оставится Сион и яко овощное хранилище, место, в котором хранятся овощи. Но овощи – не твердая и постоянная, а нежная и временная пища. А таков Закон, имеющий в себе подобие служения, а не самую истину, почему он есть образ и стень небесных (ср. Евр. 8:5). Поскольку же и душа каждого из нас уподобляется винограду, как в псалме: Жена твоя яко лоза плодовита (Пс. 127:3) и как Господь говорит: Аз есмь лоза, вы же рождие (Ин. 15:5), то да не постигнет и нас сия угроза, если не приносим должных плодов.

Ибо куща, может быть, означает и тело, в котором обитает Святой Дух: Или не весте, яко телеса ваша храм живущаго в вас Святаго Духа суть? (1 Кор. 6:19). Виноград же есть душа, от которой требуется плодоношение, достойное первоначального насаждения и Божиего возделывания. Ибо она насаждена, будучи сотворена истинной, по образу истинного Бога; возделывается же особенными о каждом попечениями Творца, Который очищает плодоносящее, чтобы приносило больший плод. Если посвящаем себя чистой жизни, Бог вспомоществует нам в очищении себя от страстей, усовершая нашу старательность и ревность о добре. Посему как обрезывается виноград, когда излишние побеги останавливают его плодородие, так и мы обсекаем в душе попечение о суетном, сберегая всю силу ее к плодоношению добрых дел, чтобы она, разросшись в тщеславном мире, не источила всей своей силы на человекоугодие, рассееваемая образами мира сего, как бы листьями и молодыми побегами.

Но душа и окапывается также, чтобы все близкое к ней могла обращать в свойственную себе пищу и таким образом приуготовиться к принятию учений Духа. Как неокопанный виноград глохнет и от плотности окружающей его земли не участвует в пользе, доставляемой водой, так и душа, не свергнувшая с себя плотского и без отдыха им отягощаемая, будучи угнетена тяготой вещественного, не способна к плодоношению и потому, не приемля помощи свыше, пребывает бесплодной. А когда душа бесплодна, удаляется от нее Дух Святой; падают ограждения – вспомоществование Ангелов; вторгаются же мимоходящие чужеземцы – это силы, производящие в ней заблуждения разума; и предварительно поселившиеся в ней страсти оскверняют ее, подобно свинье, которая предается неразумным стремлениям и валяется в зловонной тине. И тогда исполняется на таковой душе слово: Оставится дщерь Сионя, яко куща в винограде и яко овощное хранилище в вертограде.

Не приносящие плодов, достойных небесной житницы, но восхищающиеся скорогибнущими плодами мира сего, полагающиеся на богатство, превозносящиеся славой [1249] высоко думающие о благородстве предков или о телесном здравии уподобляются вертограду, потому что производят плод непитательный, который наполняет тщеславным надмением и суетным обременением приготовляет душу к напыщенности и надутости. Таких плодов возжелал похотливый народ и погребен в пустыне. Ибо сказано, что они плакали, вспомнив об огурцах и дынях, египетских снедях (см. Чис. 11:5), которых не стал бы вкушать израильтянин, питающийся небесным хлебом – манной. Но ее пренебрегли тогдашние израильтяне и возжелали червленаго лука (Чис. 11:5). Да не постигнет сие и нас, если жизнь сластолюбивую предпочтем жизни разумной. Ибо плотские удовольствия действительно подобны луку и чесноку: сообщают много остроты и раздражительности; кто вкусил оных, у того из внутренности издают они тяжелое и едва истребимое зловоние и причиняют много слез вкусившим. Между угрозами сказано и то, что оставится, яко град воюемый. Нас ожидают неприятели, поджидая, когда ослабеем, чтобы напасть на нас, неосторожных.

Как в городе, который взят приступом, по расхищении находившегося в нем богатства, остаются ворота незапертыми, на стенах нет бодрствующих стражей, так и душа, лишенная находившихся в ней по Божиему дару сокровищ, остается в пренебрежении, как недостойная уже Божиего охранения. Посему и сказано: Всяцем хранением блюди твое сердце (Притч. 4:23). Посему не только будем бодрствовать и трезвиться, но помолимся, чтобы и нам за бдительность на страже своей получить, да не воздремлет, ниже уснет храняй Израиля (Пс. 120:4). Ибо аще не Господь сохранит град, всуе бде стрегий (Пс. 126:1). Когда же за неимение нами добрых дел оставит нас без охранения, тогда пред врагами останемся готовыми к похищению, пленению и отведению в рабство.

22. (9) И аще не бы Господь Саваоф оставил нам семене, яко Содома убо были быхом, и яко Гоморру уподобилися быхом. Если целый народ грешен, все людие исполнени беззаконий, все сынове беззаконнии (Ис. 1:4), то какое же семя осталось у Израиля и препятствует ему потерпеть то же, что потерпели Содом и Гоморра? Бывшее у Израиля семя было семя лукавое (Ис. 1:4), оно не могло служить виной спасения, но достойно было погибели. Какое же это было семя? Не то ли, о котором сказано в обетованиях Аврааму: тебе дам и семени твоему (Быт. 13:15)? Не глаголет же, говорится, и семенем, яко о мнозех, но яко о единем: и семени твоему, иже есть Христос (Гал. 3:16). Сие-то Семя Своим явлением в мир остановило казнь тех, которые по заслугам дел должны были претерпеть участь Содома и быть истреблены огнем и жупелом за злобу, пришедшую в меру содомской.

Впрочем, и после того, как согрешили они против Христа, останок по избранию благодати (Рим. 11:5) спасен, а прочие ослеплены и преданы разорению, как говорит Амос: Разорих вы, якоже разори Бог Содому и Гоморру, и ниже тако обратистеся ко Мне, глаголет Господь (Ам. 4:11). Хотя Бог многократно угрожал и многократно прощал, но напоследок на нераскаянное сердце послал бедствия, достойные дел. Так, у одного пророка Бог устремляется уже отмстить народу за неправду, но медлит по свойственному Себе человеколюбию. Что тя устрою, Ефреме? Что сотворю тебе, Иуда? Якоже Адаму положу тя, и якоже Севоим (Ос. 11:8). Города же сии принадлежали к Содомскому пятиградию. Потом, по избытку человеколюбия, тотчас присовокупляет: превратися сердце Мое в нем, смятеся раскаяние Мое. Не сотворю по гневу ярости Моея (Ос. 11:8–9). Однако же когда впали они в крайнее беззаконие, тогда храм сожжен, весь город предан пламени, сами же истреблены голодом, заразой, мятежом и кознями друг против друга. Из всего Израиля спаслась только часть уверовавших во Христа, потому что избрание нашлось не во многих. Сия-то часть, став закваской для народов, соделала всех подобными себе, так что с сего времени уверовавший из язычников называется Израилем и народом Божиим и есть иже в тайне Иудей (Рим. 2:29) и наследник обетований духовных. Поскольку же Содом в переводе значит «уклонение», а Гоморра – «мятеж», то толкование имен наводит нас на такую мысль, что если бы не пришло обетованное Семя, то нам, уклонившимся от Бога, ничто не воспрепятствовало бы впасть в совершенную погибель; и если бы не воссиял нам мир с высоты, превосходяй всяк ум (Флп. 4:7), то каждый из нас был бы истреблен от собственного мятежа и от живущей в нем брани. Ибо греховные страсти и все неразумные движения обыкновенно производят в душах неумолкающую молву и неукротимый мятеж.

23. Посему Церковь, сознавая, сколько благодетельно пришествие Спасителя, Который, как малое семя, чрез плоть человеческую вошел к нам в мир, в виде благодарения говорит сие:

(10) Услышите слово Господне, князи Содомстии; внемлите закону Божию, людие Гоморрстии! – дабы показать, что явление семени, оставленного ей Господом Саваофом, сделалось для них виной спасения [1250] Поскольку они сами по себе заслуживали бедствия содомского города, то называет их князьями содомскими и народом гоморрским, то есть более и князей порочными, потому что Содом был как бы столицей нечестия, а сей город по преизбытку пороков брал верх и над князьями. Но за что же князья содомские? Или за то, что как содомляне, когда справедливо рассуждающий Лот старался избавить принятых им странников, не послушали его, говоря: пришел еси обитати, еда ли и суд судити? (Быт. 19:9), так и они не послушали правдивого Судию, вопия: распни, распни, истреби Его с земли (ср. Лк. 23:21; Ин. 19:15). Но здесь гораздо большее злодеяние. Содомляне нагло поступали со странниками, ничем не оскорбившими их, а они поступили так с Тем, Кто оказал им в преизбытке великие благодеяния; содомляне – со странниками, а они – с Тем, Кто во своя прииде (Ин. 1:11); содомляне – с Ангелами, а они – с Богом. Посему справедливо дается им название князей содомских.

Впрочем, благодетельствующий им Бог призывает их к слышанию полезных Его глаголов, а управляемый ими народ, который за лукавые учения называется людие Гоморрстии, заставляет внимать Закону: тем, которые более смыслены, повелевает слушать, а неразумным – внимать, или принимать слухом, что преподали другие. Какое различие между словом и законом, такое же – между слушанием и принятием на слух. Закон есть правило для праведных и неправедных, предписывающее то, что должно делать, и запрещающее то, чего не должно делать; его многие соблюдают, даже не зная заключающейся в нем пользы; а слово представляет и причину, почему учреждено что-нибудь. Особенно же наше слово, которое объясняет Закон возвышенно и духовно, превосходнее одного буквального соблюдения Закона.