Чтение онлайн

Я подхватил коляску, Дашкину курточку, свое пальто. Ида забрала свои вещи и подхватила на руки дочку. Одевались уже в коридоре, чтобы никому не мешать. Разговор явно не складывался. Уже когда мы вышли на улицу, Ида едва слышно шепнула:

– Илья умер всего год назад. Не знаю, Паш, что ты себе придумал… Какого вообще обо мне мнения, но у меня нет никаких мужиков, ясно?!

Её голос прозвучал негромко, но в нём было столько возмущения, что я тут же пожалел о своих словах. Пропустил ее вперед, залипнув на том, как будто в замедленной съемке ей на волосы ложится снег.

– Ида, я дурак, да?

Моя партнерша встряхнулась. Нервно поправила ветрозащиту на коляске. Облизала губы. Зачем? Обветрятся ведь…

– Сам решай.

– Дурак, да… Но легкая придурковатость в моем случае, наверное, простительна.

– В каком таком случае? – поджала губы Ида.

– Я сто лет не испытывал такого интереса к женщине, – сказал как есть, не видя смысла в хождении вокруг да около. – А у нас еще такая стремная история, что я вообще не знаю, как к тебе подступиться. Вот… – развел руками.

Ида пожевала губы, нервничая больше обычного. Сунула руки в карманы куртки. И тут же вытащила, толкая вперед коляску.

– Костик просто друг. И если что, я это говорю безо всякого… А не для того, чтобы перед тобой оправдаться, – вздернула нос. Хотя было очевидно, что для нее важно чужое мнение.

– Значит, ничто не мешает тебе принять мое предложение? Кроме Дашки.

– Н-нет, – не то чтобы уверенно качнула Ида.

– Мы что-нибудь, в крайнем случае, наймем няню. Ну же, Ид, соглашайся. Ты должна согласиться. Хотя бы для того, чтобы спасти мою репутацию танцора, – пошутил я. – Да и в целом… Ты прости, но, кажется, тебе не помешает немного развлечься, отдохнув от домашних дел. Это ни к чему тебя не обязывает, – вынул из рукава последний свой козырь.

– Я не знаю. Последняя няня, с которой я попыталась сработаться, притащила в наш дом своего мужика.

Я хохотнул:

– Капец.

– Мне было не до смеха, когда я вернулась немного раньше и застала его с моим полотенцем на бедрах.

– Могу представить. – Я нервно провел ладонью по волосам, стряхивая снег. Казалось, если я не найду сейчас аргументов, Ида попросту ускользнет, чудо развеется, и неизвестно, появится ли у меня шанс пригласить ее куда-нибудь впредь, или она закроется и ни за что меня к себе не подпустит. – Слушай, я могу попросить отца приглянуть за няней.

– Нет, что ты. Зачем? – горячо запротестовала Ида, – ты вроде говорил, он болеет?

– Проблемы с сердцем – штука не заразная.

– Да разве я об этом? Просто… Он же, наверное, устает и все такое.

– Мы уйдем пораньше, делов-то… – беспечно пожал плечами. И совсем никак этот жест не вязался с тем напряжением, что я ощущал в ожидании ее ответа.

– Ну-у-у… Не знаю. А когда корпоратив? В пятницу?

– Ага, двадцать четвертого.

– Нет… Я не могу. Вдруг что-то случится? А ты на меня рассчитываешь.

– Например?

– Например, Даша заболеет. Или я.

– Я тоже могу заболеть. Что ж, теперь ничего не планировать?

– Я просто не понимаю, зачем, Паш, – призналась Ида. – Ну, ладно, в пятницу. Мы найдем, куда Дашку сплавить, а потом? Она же никуда не денется.

– Это ты к чему? – сощурился я, и тут не желая гадать.

– К тому, что женщине с ребенком трудно найти время на личную жизнь. Пока тебе, может, интересно, и все такое… А потом оно очень быстро приестся. К тому же я совсем не уверена, что мне вообще это надо. Кажется, я просто не готова к чему-то серьезному. А может, и вообще… ни к чему… не готова.

– Ну, знаешь. Если не попробуешь, не узнаешь наверняка. Я же не предлагаю тебе сразу прыгать с головой в омут. Для начала хотя бы попробуй воду – как тебе температура и глубина, а там посмотрим… Что скажешь?

Ида

Как это ни странно, няня нашлась совершенно случайно. В смысле, так это выглядело со стороны. Я же была уверена, что все неспроста случилось. Что это едва ли не знак небес. А может, даже благословление. Вот почему я все же согласилась составить Паше компанию.

С Валентиной Петровной мы познакомились на детской площадке, где она гуляла с мальчишкой, за которым присматривала три дня в неделю. А там слово за слово, и я сама не заметила, как мы договорились, что она посидит с Дашкой. Меня очень подкупило, что та к ней сразу пошла. Принюхалась, потрогала пуговицу на её куртке и неожиданно улыбнулась. Накануне мы созвонились, и Валентина Петровна подтвердила, что точно придет к оговоренному времени, но я до последнего боялась, что все сорвется. Расслабилась, лишь когда зазвонил домофон, и я увидела немного тучноватую женскую фигуру. Широко улыбаясь, открыла дверь, принялась возбужденно рассказывать, где у нас тут что… Но Валентина Петровна мягко меня прервала, заверив меня, что я могу спокойно продолжить сборы, а с остальным она разберется. Разве не прелесть?

Пока я красилась и пыталась покрасивее уложить волосы, пожалуй, в первый раз пожалев о том, что их остригла, Валентина Петровна накормила Дашку ужином и увлекла в детскую с такой лёгкостью, будто знала моего ребёнка всю жизнь. Я стояла в дверях и наблюдала, как Дашка играется, и постепенно оттаивала... Покой! Вот чего мне не хватало последние месяцы. Покой и уверенность, что при случае меня есть кому подстраховать.

Я вернулась в спальню. Достала из гардероба маленькое чёрное платье. Покусала щеку, вспомнив, куда надевала его в последний раз. А надевала я его на свидание с мужем. Впрочем, учитывая, что за прошедший год я не купила ни одной новой вещи, все мои наряды, были так или иначе связаны с Ильей. Ну не идти же мне голой! В моей плачевной ситуации лучше было радоваться, что я влезала в свои «добеременные» вещи, и мне не пришлось тратиться еще и на одежду.

Павел пришёл ровно в пять. Позвонил, но не стал подниматься. Сказал только:

– Выходи. Я внизу.

Из квартиры я выскользнула тайком, пантомимой объяснив Валентине Петровне, что ухожу, дабы не напоминать о себе Дашке. Накинула шубку, схватила сумочку. Напоследок обвела себя пристальным взглядом, с сожалением констатируя, что проигрываю Иде прошлогоднего образца. И дело тут вовсе не в длине волос, которые мне, кстати, удалось уложить в стильную прическу, а в потухших глазах и в губах с горестно опущенными уголками... Впрочем, Павлу я, похоже, нравилась и такой. И это осознание было таким волнительным!

Выйдя на улицу, святошу я узнала не сразу. Ну, во-первых, глаза искали знакомый Патриот, а он приехал на шикарном Мерсе. А во вторых… И вот это стало для меня полным шоком – Паша побрился!

– Господи, – вырвалось у меня. – А где твоя борода?

Павел растерянно коснулся квадратного, выбритого до скрипа подбородка.

– Да вот, прихорошился. Не нравится?

Я пожевала губу, гадая, что бы такое ему сказать…

– Эм… Ну, необычно, конечно.

– Значит, нет, – лукаво усмехнулся он.