Чтение онлайн

В Беларуси во время того судьбоносного путешествия и ждала нас с мужем встреча со святым Шарбелем. Позже мне неоднократно приходилось рассказывать о ней и хорошо знакомым, и впервые увиденным людям. И у всех моих случайных и неслучайных слушателей мой рассказ пробуждал надежду – веру в то, что силы небесные все видят и все знают, что святые не нуждаются в многословных исповедях, что не только физические, но и душевные раны под силу излечить великому врачевателю и целителю святому Шарбелю.

Судьбе было угодно, чтобы несколько месяцев спустя я снова посетила городской поселок Свирь, что под белорусской Сморгонью. На этот раз я ехала одна, чтобы вознести благодарственные молитвы святому Шарбелю, который внял моим горячим просьбам и сотворил для моей судьбы подлинное чудо. Разумеется, прежде всего я навестила свою подругу Наташу, чтобы и ее страстно поблагодарить за то, что, получается, еще много лет назад она явилась в моей жизни предвозвестницей чудесной встречи со святым ливанским отшельником. Разве могла бы я иначе заинтересоваться Белоруссией, разве мне захотелось бы побывать в этой стране, если бы не многочисленные рассказы и приглашения моей подруги?

Мы с Наташей пили чай в ее уютной минской квартире, и я рассказывала ей о том, что муж мой, Алексей, неожиданно получил приглашение от своего друга, крупного физика, который сейчас возглавляет совместную русско-французскую лабораторию, занимающуюся технологическими разработками. Работа подразумевала не только задействование колоссального опыта моего супруга, не только заработок, в два раза превышающий тот, что он имел, но и возможность частых регулярных поездок не только во французский городок Гренобль, где расположена лаборатория, но и практически по всей Европе.

Моя Наташа – человек довольно саркастичного склада ума. Еще бы – ученым свойственно не доверять всему тому, что не подпадает под определение окончательно проверенного факта. И Наташа заулыбалась, слушая мой взволнованный рассказ. Я, было, внутренне насторожилась, – ведь человеку трудно рассказать о чуде, свидетелем которого ты стал. Оказалось, Наташа смеется не над моим повествованием, а над моей наивностью. Я-то уверяла ее, что в России уже хорошо знают о святом Шарбеле, рассказывала, что у нас много всяких газет, чрезвычайно популярных в народе и посвященных народной медицине, приготовлению домашних лечебных снадобий. Рассказывая о сумасшедшей популярности святого Шарбеля в тех местах, куда дошли первые книги и публикации о нем, я говорила Наташе о том, что, наверное, и в Белоруссии скоро заговорят о святом, что не только в поселке Свирь будут так уважительно его почитать.

Наташа звонко рассмеялась и объяснила мне, что я перепутала причину со следствием. Оказывается, белорусам нет никакой нужды получать информацию о святом Шарбеле из наших российских источников, потому что в Белоруссии со святым Шарбелем жили всегда. Здесь, в стране, где почти в каждой деревеньке соседствуют православная церковь и католический костел, а осведомленность в делах «соседней» религии считается признаком культурности и образованности человека, о святом Шарбеле знают так же хорошо, как о Николе-угоднике. И знали, оказывается, всегда! Десятилетиями ездили в Свирь, чтобы опустить в «ящик Шарбеля» свои горячие просьбы и слезы о помощи. А многие специально отправляли родственникам в Россию изображения святого, приобретенные в Свири.

Так я испытала страшное потрясение: долгое время тайна святого целителя существовала рядом с нами, а россияне ничего не знали о ней. Позже, листая одну из книг российского журналиста Анатолия Баюканского, я натолкнулась на сообщение о том, что информация о святом Шарбеле попала к нему от подписчика белорусского журнала «Целитель». Оказывается, в пределах реальной досягаемости, по российским меркам и вовсе «под боком», есть у нас место, где можно приобщиться к духовному общению со святым Шарбелем.

Мне захотелось снова написать святому Шарбелю – ничего не просить у него, просто поблагодарить. Ведь так часто мы забываем на радостях сказать «спасибо» тому, кто оказал нам великую, неоценимую услугу.

И еще одна мысль посетила меня впервые тогда, на теплой Наташиной кухне. Вспоминая все истории, слышанные мной ранее об исцелении с помощью святого Шарбеля, прочитав огромное количество материалов, равно как славящих, так и хулящих святого, я поняла, что очень хочу встретиться со служителями храма, в котором меня коснулось сотворенное святым Шарбелем чудо, расспросить их о том, каким образом письма, написанные людьми, попадают в Ливан, к усыпальнице святого Шарбеля, о том, часто ли им самим приходится выслушивать рассказы людей, исцеленных Шарбелем.

Не раз и не два люди, в том числе близкие, которым я рассказывала о том, как помог моей семье святой Шарбель, недоумевали – неужели я, человек с образованием, не склонный к экзальтации и преувеличениям, действительно вот так сразу поверила в то, что внезапная удача, постигшая моего мужа, – следствие того, что оба мы написали во время белорусского путешествия письма святому Шарбелю. Как так можно соотносить впечатление от туристической поездки и просто совпавшее по времени приятное жизненное событие? Может быть, речь идет просто о совпадении? Ну что, скажите, чудесного в том, что моего мужа разыскал друг-сокурсник, который уехал в Израиль многие годы назад и с которым, казалось, связь утеряна безнадежно и навсегда? Да и дружил этот человек с моим мужем так давно, что в теперешней нашей жизни было бы странным вспоминать об этом, ждать от этого человека каких-то вестей, тем более предложения работы.

И действительно, я неоднократно спрашивала мужа – каким образом его друг, Антон, разыскал его, ведь они не виделись столько лет? Кто рассказал ему о том, каким высококвалифицированным специалистом стал мой муж за эти годы? Почему вообще Антон решил, что мой муж занимается именно такими исследованиями, которые совпадают с профилем работы созданной им фирмы? Надо сказать, что муж и сам очень был озадачен подобными вопросами, на которые, что удивительнее всего, Антон отвечал не менее странным образом. Как-то фантастически звучал его рассказ о том, что, делая покупки в одном из крупных московских магазинов во время своего приезда на родину, он встретил их общую знакомую, которая рассказала ему о том, чем занимается теперь мой Алексей, намекнула на то, что Алексей по ряду причин оказался фактически не у дел, что его способности практически не затребованы – короче, что мой муж сейчас «не на плаву». Что же тут удивительного? – спросите вы. Ничего, конечно же, если бы эту общую знакомую мы видели часто и действительно обсуждали с ней свои дела. Но Алексей уверяет, что в последний раз встречался с ней несколько лет назад. Конечно, в общих чертах рассказал тогда о себе, но, чтобы через несколько лет эта женщина вспомнила о его рассказе и стала настойчиво убеждать Антона побыстрее возобновить отношения с моим супругом – вот уж где мистика! Или все-таки не мистика?

Разве можно считать мистикой то незыблемое, во что мы все верим, – Бог видит всех нас, Бог знает всю правду о нас, Бог слышит все наши добрые и злые, даже безмолвно высказываемые желания. Вряд ли истинно верующий человек позволит себе в этом усомниться. Но разве святые – не орудие в руках Господа, разве не через них часто выказывает Он свою волю? Ведь если святой Шарбель всесилен, всевластен, разве не может он сделать так, чтобы один хороший человек вдруг встретился с другим хорошим человеком, которого не видел много лет, и тот искренне рассказал ему о еще одном хорошем человеке – и из всего этого родилось нечто доброе, способное устроить, облегчить земную жизнь, к примеру, одной российской семьи? Может, наверное.

Мы часто не замечаем, не осознаем в полной мере чудес, которые с нами происходят. Мне запомнился рассказ одной московской девушки, который я волею случая услышала в метро. Девушка взволнованно, не замечая того, что многие обращают на нее внимание и невольно слушают, рассказывала подруге, как нетрудно было понять, о недавней встрече со своим любимым человеком. Человек этот то ли не вполне отвечал на чувства девушки, то ли не очень приветствовал ее влюбленность, но тем не менее девушке было очень важно повидаться с ним, к тому же она явно ехала к нему «сюрпризом», не предваряя свой приезд звонками и письмами. А приехала девушка к своему другу не куда-нибудь, а в Киев. Оказавшись поздно вечером в огромном городе, где, как и в Москве, по улицам перекатываются огромные толпы народа, девушка набрала номер своего друга, полагая, видимо, удивить, изумить его. Но парня не оказалось дома. Дальше девушка стала набирать (она перечисляла подруге имена и прозвища своих, очевидно, знакомых) другие номера, но всюду ей отвечали – ушел куда-то. Между тем опускалась ночь. Растерянная девушка вышла из телефонного автомата, огляделась по сторонам: вокруг нее кишели толпы гуляющих людей, ведь дело было в воскресенье, в самом центре города. И вдруг среди этого людского моря она увидела своего друга, а вместе с ним почти всех знакомых ребят, которым она звонила. Меня поразило, как взволнованно, просветленно, лучась счастьем, рассказывала девушка эту историю. Из того, что она говорила подруге, можно было понять, что дальнейшее развитие событий – обрадовался либо нет молодой человек ее приезду, довольна ли она встречей – не так уж ее волнует. Главное – чудо. Меня поразило, как выговаривала это слово девушка, и как она старалась донести до своей подруги, что именно этот момент, это невероятное обстоятельство дало ей тот невероятный эмоциональный подъем, тот светлый толчок, за которым она, видимо, и стремилась. Особенно поразили ее слова: «Раз произошла именно такая встреча, если случилось такое чудо – значит, все правильно, мне нужно было поехать, если бы нет – такого чуда не было бы». Я порадовалась за девушку. Многие ли из нас умеют так искренне, всеобъемлюще принимать удивительные, неподвластные логике и так называемому здравому смыслу дары, которые иногда подносит нам Небо?