Святые ночи. Страшные вечера
Шрифт:
– Анчутки! – прокричала я, ветер подхватив имя бесов, разнес его по амбару, прошелестел Валику на ухо и унес дальше.
После первого раза в амбаре появилось всего несколько шокированных и в непонятках оглядывающихся монстриков. Поначалу они вели себя тихо, стелясь по заметенному снежной пылью полу, размазываясь по бревнам стен. Пытаясь понять, как они из тепла бань и парилок попали в холодную ночь.
Чем чаще я выкрикивала их имя, чем больше их переносило из натопленных облюбованных ими терм в этот промерзший сарай, тем сильнее они начинали паниковать. Со стоном и воем они бросались врассыпную, натыкаясь на невидимую стену, образованную над рассыпанной солью. Анчутки дрались, верещали и в суматохе безуспешно искали выход.
Где-то на пятом оклике их стало чересчур много. Здесь появилось больше сорока особей, насчитанных в баньках, и все они становились все опаснее, понимая, что выбраться отсюда им невозможно. Они уже поглядывали на меня, скаля зубы и решая, стоит ли им нападать.
Я никогда не славилась храбростью и уж точно не являлась охотником. Если бы границы были открыты, бесы сильнее – я бы навряд ли решилась помогать бизнесменам, предложив им спалить их заведения. Сейчас же, не смотря на свою напускную храбрость, бесы были слабы и уязвимы, но их стало слишком много. Они могли бы взять количеством, наплевав на качество, поэтому я решила поспешно удалиться из амбара, перепрыгнув через солевую преграду.
– Поджигай! – прокричала я Вальку, стараясь перекрыть гвалт бесов.
Благоразумный парень не подвел, не промедлив ни секунды, он поджег бензиновую дорожку, ведущую к амбару. Через пару мгновений строение вспыхнуло, полностью разрушаясь и заглушая неистовый вой.
– Вот это да! – выдохнул Валя, когда гомон затих окончательно. – Парни не поверят!
– Ты видел? – удивилась я.
– Нет, но слышал. Это ого-го как!!
Я усмехнулась, глядя в его завороженные светлые глаза. Будет главной звездой в своей компании, оплетая эту недостаточно красочную историю все большими невероятными подробностями. Эти подробности он начал придумывать сразу же. Пересказывая мне свое необычное приключение по дороге домой. В своем рассказе он выступал главным героем, спасшим город от полчища кровожадных монстров, которые пытались оглушить его ультразвуком, нападали с мечами, а когда Вале удавалось выбить из их лап оружие, беспятые раздирали его тело своими длиннющими когтями.
Я же осталась без шоколада. А мозг окончательно сдался под напором Вальки.
Время опять неумолимо подвело черту и разрушило хрупкий мир ночных грез. Я проснулась, как от толчка. Некоторое время просто смотрела перед собой, постепенно вспоминая, кто я и где, стряхивая путы очередного кошмара.
Снова наос, снова ядовитый свет ламп. За окнами, на фоне темного неба, ветер играл в догонялки со снежинками, периодически кидая их в витражные стекла.
Видимо, вчера я уснула в кресле, плотно закутавшись в тяжелый плед, который, однако, не спас меня от утреннего мороза.
По утрам почему-то всегда было холоднее. Пара стареньких электрических обогревателей, итак не справляющихся с обогревом такой большой площади, совсем сдавались перед рассветом.
Чувствовала я себя отвратно. Голова гудела, конечности, затекшие в неудобной позе, теперь прокалывали миллиарды иголок. Некоторое время я пыталась вспомнить свой ночной кошмар, но оставшиеся обрывки изображений лопались как мыльные пузыри, оставляя за собой лишь мерзкие брызги неприятных ощущений.
Я какую неделю подряд искала Кощея, искала безрезультатно. Находила лишь тупики. Ломала голову над загадками. У меня не было ничего. Никакой информации. Я не знала, как его найти, а тем более, как его заточить. Я даже уже не была уверена, что он существует. Голова кипела и взрывалась, не желая сотрудничать, словно неведомая сила путала мысли. Я нуждалась в отдыхе, временной передышке, чтобы потом снова взглянуть на все, но уже под другим углом. Но я не могла ничем себя занять, продолжая судорожно копошится в книгах и интернете, натыкаясь на однотипную информацию. Даже вчерашняя вечерняя прогулка не помогла отвлечься.
Стук в дверь застал меня, когда я уже размялась и сварила кофе, прокручивая в миллионный раз навязчивые мысли о Кощее. Как раз когда наливала горячий ароматный эспрессо, предвкушая наслаждение, с которым буду им отогреваться. Не дожидаясь моего ответа, нежданный посетитель, скрипнув дубовой дверью, ввалился внутрь, запуская с собой стужу и вихры заблудшего снега.
– Яся, я так и знал, что ты уже проснулась! – кряхтя закрыв за собой тяжелую створку, подал голос утренний гость. – И это, мне кофе тоже сделай.
– И вам, Андрей Леонидович, доброе утро. Спасибо, что поинтересовались, можете проходить. Как у меня дела? Да как обычно, все прекрасно, а у вас как? Предложить вам кофе?
– Ой, не паясничай. Я же по делу пришел, времени мало. Кофе мне, кофе. Там такой мороз, брр, одевайся теплее.
Я как стояла, так и замерла, лишь брови мои поползли вверх. Неужели из-за спаленного заброшенного амбара? Меня ведь убеждали, что его точно можно сжечь. А может Валек уже что-то натворить успел, рассказывая чудаковатые подробности вечернего похода. Или упомянул имя бесов и теперь на город спустилась тьма беспятая.
Я рассматривала невысокого пухлого мужчину в расцвете сил и возраста, пытаясь угадать причину столь раннего визита. Его раскрасневшееся лицо, покрытое испариной, таращилось на меня маленькими глазенками, выражающими полное недоумение моей неторопливостью.
– Чего застыла? – одной рукой стягивая цигейковую шапку, а другой расстегивая верхние заклепки бушлата, произнес он – У тебя тут тоже холодрыга, сдалось тебе здесь жить!
Оставляя за собой влажно-снежные следы, Андрей Леонидович подошел ко мне и, взяв со стола чашку остывающего кофе, одним глотком ее опустошил.
– Да что происходит? Сегодня воскресенье, еще и раннее утро! Я ничего не сделала! Это не моя идея с амбаром была! – пик возмущения был покорен. – И это был мой кофе!
– Я тебе в городе куплю, некогда, говорю же. И что еще за амбар?
– Ну тот, вчера который…
– Какой амбар? Не морочь мне голову! Все, одевайся давай это! Быстрее! Долго тебя ждать?
– Да куда? Я никуда не собираюсь. Это вообще…вообще. Вы хоть и следователь, но переходите все границы!
– Я хоть и следователь, – передразнил он меня, – Но ты на мои звонки не отвечаешь. А следователи, знаешь ли, просто так не звонят. Да я тебе, это, все написал в смс, ты что, не читала?
– Не читала, – буркнула я, отправляясь на поиски телефона.
Признаваться, что видела его звонки, я не стала. Телефон трезвонил вчера весь день, разрушая хрупкую тишину, откликаясь эхом от сводчатого потолка, заполняя полностью мое жилище. Где-то после пятого неотвеченного звонка я психанула и выключила телефон, забросив куда подальше. Теперь бы найти куда. Ну не люблю я разговаривать по телефону, сложное для меня дело. Да и вообще, мы живем в XXI веке, уже столько мессенджеров придумано, да даже голосовое можно было отправить, особенно зная, что я не отвечаю на звонки.
Но Андрей Леонидович Кочмарин это Андрей Леонидович Кочмарин, либо возраст в пятьдесят лет не позволял ему пользоваться мессенджерами, либо служба в полиции оставляла свой отпечаток. Каждый раз, когда он звонил, я не брала трубку. Каждый раз он в итоге решал, что я поняла все, что он хотел сказать. А я, ясное дело, ничего не понимала.
– Куда ты залезла? – пробился сквозь кучу тряпья глухой голос.
– Телефон ищу, интересно узнать, вы что, и правда что-то написали?
– В сундуке?