Чтение онлайн

Она знала, что будет дальше.

И она не остановила его.

Она извивалась в воздухе — без дыхания, дрожа, полностью беспомощная в коконе его щупалец. Гладкое, тёплое давление его прикосновений ласкало её с разрушительной точностью — будто он знал её тело лучше, чем она сама. Каждое движение было выверенным, медленным, аккуратным… и безжалостно доводящим до безумия.

Её тело уже не принадлежало ей. Оно принадлежало ему.

И он играл на нём мастерски.

Она едва могла держать глаза открытыми, но когда это удавалось — она видела его. Всё ещё одетого — окутанного чёрными и серебряными тканями, как в королевские одеяния. Ровная осанка, отброшенная в сторону маска, а по коже — светящиеся голубые линии, вспыхивающие ярче каждый раз, когда из её горла вырывался звук.

А потом случилось нечто странное.

По бокам его шеи открылись узкие разрезы — жабры. Они мягко раскрылись, и она почувствовала: он вдыхает её.

Не носом. Не ртом.

Этими тонкими, живыми гребнями он втягивал её аромат, будто это самый сладкий, самый опьяняющий запах, который он когда-либо знал. Его глаза чуть прикрылись, а хватка едва — но ощутимо — усилилась, полная благоговения.

Волна возбуждения пронзила её так резко, что она едва удержалась от стонущего всхлипа.

Боже. Она хотела его увидеть. Всего его.

Хотела его обнажённым — увидеть, что скрыто под шёлком и тайной. Но губы не слушались. Горло рвало лишь хриплые вздохи, приглушённые стоны, бессвязные звуки.

А он...

Он отвечал так, будто слышал каждую её невысказанную мысль.

Щупальце между её ног двигалось уже увереннее — изгибаясь, нажимая на самые воспламеняющие точки, находя идеальный ритм. Другое обвилось вокруг её бёдер, мягко раздвигая их для него, удерживая раскрытой, податливой.

Её руки, поднятые над головой, дрожали. Всё тело содрогалось от растущей, кипящей, почти нестерпимой сладости, сжимающей её изнутри. Кожа горела, была влажной от пота, волосы прилипли к шее.

И всё это время он не произнёс ни слова.

Только его светящиеся глаза встретили её взгляд. Только тихий звук его дыхания через жабры. Только медленные, точные, безжалостно нежные движения его щупалец — упрямые в своём поклонении.

Она достигла грани стремительно.

Слишком стремительно.

И когда он сделал последний, точный, идеально выверенный толчок — слегка надавив, держа её там, где она уже больше не могла сдерживаться — она разорвалась.

Рассыпалась в его руках.

Закричала его имя, даже не осознавая, что знает его на вкус языка.

Её тело выгнулось, содрогаясь в воздухе, бессильное, полностью разорванное наслаждением. А он держал её — крепко, надёжно, оберегающе — пока последний дрожащий отклик не угас.

Лишь после этого он заговорил. Голос был низким, глухим, пропитанным чем-то первобытным, тёмным.

— Я хочу увидеть твоё лицо… когда ты снова будешь смотреть на меня так.

Её сердце колотилось. Она моргнула. Слёзы выступили на глазах — не от боли. Не от страха. От силы этого момента. От чистой, сокрушительной чувствительности.

И она прошептала:

— Тогда сними свои одежды.

Она всё ещё висела в его неумолимой хватке, когда увидела, как Кариан медленно тянется к застёжкам на груди. Его одежды — эти сложные, устрашающе-торжественные шелка — вдруг стали казаться лишь преградой.

Преградой между ней и истиной о нём.

И он это знал.

Его руки двигались медленно, нарочно медленно, как будто он смаковал каждый её взгляд. Длинные пальцы касались ткани, и с каждым жестом шёлк спадал всё ниже, открывая его светящуюся кожу. Он обнажал себя не как правителя. Не как воина. А как существо, которое создано, чтобы его желали. Чтобы на него смотрели.

Сначала открылся его торс — выточенный, как из лунного камня, но живой, дышащий глубоко и медленно. Неземные узоры — те самые, что она видела прежде — теперь светились ярче, переливаясь лазурным, серебристым, даже фиолетовым, будто это не рисунки, а живая энергия, текущая под кожей. Они стелились по его плечам, стекали вдоль рук, спиралями спускаясь по животу, исчезая под поясом.

Леони не могла отвести взгляд.

Она была подвешена не только телом — но и вниманием, желанием, чистым, хищным изумлением. Сердце гулко стучало в ушах. Тело ещё дрожало — слишком чувствительное после того, что он только что сделал с ней.

А он даже не начал по-настоящему.

Он зарычал — низко, гортанно, первобытно. Этот звук прошёл сквозь неё дрожью, ударом, будто её нервную систему настроили на его частоту. Его жабры раскрылись снова, вбирая её запах, её эмоции, её возбуждение.

И она поняла: он чувствовал её желание. Он буквально дышал им.

И от этой мысли её снова бросило в жар.

Последние ткани его одежды растворились на полу. Она втянула воздух. Резко. Неосознанно. Его тело… было невероятным. Чужим — да. Инопланетным — конечно.

Но потрясающе красивым.

Непростительным.

Опасным.

Совершенным.

По его бёдрам всё ещё стекали светящиеся узоры — обрамляя то, что находилось в центре.

Его член — толстый, тёмный, рельефный, будто вырезанный из обсидиана — пульсировал, словно в нём текла живая энергия. Вены светились тем же голубым светом, что и его кожные узоры.

А вокруг него…

Её губы приоткрылись.

Вокруг основного ствола извивались гибкие, гладкие, чувствительные щупальца — семь тонких отростков, двигающихся синхронно, словно дышащих. Они реагировали на неё, будто слышали её сердце, будто пробовали вкус её желания прямо из воздуха.

Комбинация была… Она даже не знала слова. Дикая. Неожиданная. Возбуждающая до трясущихся колен.

Её живот сжался, дыхание перескочило на более быстрый ритм, а между ног снова вспыхнул жар.

И в это время Кариан… Он не двигался. Просто смотрел.

Он смотрел на то, как она пожирала его глазами.

И выражение на его лице было хищно-довольным. Почти священным.

Как у божества, которого наконец-то правильно поняли — и правильно выполнили желания.

И от этого, от того, как он стоял перед ней — величественный, обнажённый, пульсирующий силой — она захотела его ещё сильнее, чем секунду назад.