Связана с Мараком
Шрифт:
Резкое. Тихое.
Она резко обернулась.
Нуак.
Главная служительница стояла у входа в комнату — неподвижная, как всегда, но… что-то было не так. Её глаза были слишком широкими, слишком застекленевшими. Губы приоткрыты. Дыхание — рваное.
А в руке…
Клинок.
Длинный, тонкий, чёрный, как вулканическое стекло.
— Нуак?.. — прошептала Леони.
Ответа не последовало.
Нуак рванулась вперёд.
Инстинкт взорвался в Леони. Она отпрыгнула назад, перекатившись с кровати — и в тот же миг клинок вошёл в подушки там, где секунду назад была её грудь. Крик сорвался с её горла. Она ударилась о пол, скользя босыми ступнями по гладкой плитке.
Нуак обернулась к ней мгновенно — слишком быстро.
И снова бросилась вперёд.
Леони ударила ногой, стараясь хоть куда-то попасть. Удар пришёлся в туловище Нуак, та отшатнулась, ударилась о низкий столик. Затем послышался хруст стекла.
Леони резко вскочила на ноги. Сердце стучало так, будто хотело вырваться. Она пятясь отступала к арке коридора.
Нуак поднялась.
— Я не позволю Мараку пасть, — прошипела она. Голос — дрожащий, сорвавшийся, словно чужой. — Ты разрушаешь его. Ты принесёшь Люксару гибель.
— О ч-чём ты говоришь?!
Но ответа не последовало.
Нуак рванулась снова.
И тут....
Грохот.
Глухой, как удар небесного грома.
Воздух в комнате взорвался давлением — словно невидимая буря пронеслась сквозь стены. Нуак замерла в прыжке, клинок застыл в волоске от лица Леони.
Кариан.
Он стоял в проёме — огромный, словно тень самого неба, его щупальца уже расправлены, а глаза сияли чёрным светом, как звёзды перед штормом. Аура вокруг него кипела яростью, такой сильной, что стены тихо дрожали.
Одно движение его ладони — и тело Нуак взметнулось вверх и прижалось к дальней стене. Клинок звякнул о пол.
Леони закашлялась, сглатывая всхлип.
Она рухнула на колени.
Кариан преодолел расстояние в три шага, опустился рядом и заключил её в свои руки и щупальца — медленно, осторожно, но с такой силой, что у неё перехватило дыхание.
— Она больше не коснётся тебя, — прорычал он. Голос низкий, сорванный.
— Ч-что это было?.. Почему она… — она судорожно сглотнула. — Почему она хотела меня убить?
Кариан закрыл глаза, выдыхая тяжело.
— Она больше не Йерак, — сказал он глухо. — Её разум… был сломан. Кто-то из Мараков должно быть дотронуться до неё. Изменил. Подчинил себе.
Леони задрожала в его руках.
Её путешествие на Землю внезапно стало куда более опасным, чем она могла вообразить.
Глава 40
Леони поднялась на ноги — шатко, всё ещё прижимаясь к боку Кариана, её пульс колотился судорожно. Нуак висела на стене, распята невидимой силой, которую он призвал — её тело выгнуто, конечности растянуты противоестественно, губы сжаты от боли. Кинжал лежал на полу, сверкая в свете — как обнажённая правда.
Ярость Кариана была живой.
Осязаемой.
Дышащей.
Его светящиеся узоры переливались бешеными всплесками. Его жабры на шее раздувались с каждым выдохом. Даже щупальца были напряжены — туго свёрнутые, подрагивающие, словно готовые сорваться вперёд.
Он был прекрасен и ужасен одновременно — как воплощённая буря.
Она чувствовала его мощь — как она кипит под кожей, едва удерживаемая.
Кариан медленно поднял одну руку.
— Она пыталась убить тебя, — произнёс он, голос глухой, тёмный, гладкий, как шёлк, натянутый поверх грома. — За это она умрёт.
Нуак не умоляла. Не плакала.
Её лицо оставалось странно спокойным, хотя грудь дёргалась от напряжения, а глаза блестели от боли. Но Леони увидела — под маской хладнокровия скрывался страх. И… возможно… сожаление.
— Подожди, — сказала Леони и коснулась его руки, вставая между ним и Нуак.
Он моргнул — будто впервые увидел её.
— Ты хочешь остановить меня? — тихо, почти не веря спросил он.
Она сжала губы.
— Да. Хочу.
— Ты видела, что она сделала. Что она пыталась сделать.
— Видела. — Она кивнула. — Но убийство ничего не исправит. Это не вернёт то, что произошло. Это просто сделает тебя тем, кого они смогут назвать монстром.
Его челюсть напряглась. А глаза искали её — тёмные, штормовые.
Она положила ладонь на его широкую грудь, почувствовав глубокий, тяжёлый удар его сердца.
— Ты сказал, что сделаешь для меня всё.
Мир застыл в порыве ветра. И затем… медленно… буря начала стихать.
Свет на его коже угас. Щупальца ослабели. Давление в комнате рассеялось, словно ночной ветер.
Взмах руки — и невидимая сила исчезла. Нуак рухнула на пол, кашляя, хватаясь за воздух. Она приподнялась — и взглянула не на Кариана, а прямо на Леони.
В её взгляде был… шок.
— Ты… пощадила меня, — хрипло сказала она. — Ты…
— Ты не мой враг, — прошептала Леони. — Но если ты ещё раз поднимешь на меня руку — я не остановлю его.
Нуак сжала челюсть и коротко кивнула. Не благодарность — но признание.
Кариан ничего не сказал. Потом подошёл и снова обнял Леони, прижимая к себе, его губы коснулись её лба.
После этого он шагнул к Нуак — вырос над ней, огромный и властный.
— Ты совершила измену, — произнёс он, вернувшись к холодному, торжественному тону Марака. — Ты покусилась на ту, кто под моей защитой.
Нуак подняла голову.
И тихо сказала:
— Она меняет тебя.
Кариан ответил мгновенно:
— Да. Меняет.
Он взмахнул рукой.
В комнату вошли двое Йерак — молчаливые, в масках, напряжённые. Он указал на Нуак.
— Заберите её. Она останется жива. Её допросит Совет. И она ответит за содеянное.
Стражи подняли её и вывели из комнаты. Леони смотрела ей вслед, ощущая, как сердце всё ещё бьётся в бешеном ритме.
Кариан вернулся к ней, обнял, обвил своими тёплыми, живыми щупальцами.
— Я бы убил её ради тебя, — тихо сказал он, коснувшись губами её лба. — И, возможно, всё ещё убью. Но пока… твоего слова достаточно.
Она прижалась к нему — дрожащая, но почему-то спокойная.
И впервые она осознала: его сила — это не только разрушение.
Это способность выбирать, а не разрушать.